Белые джинсы

Бля, сука, как же я его хотел! До дрожи, аж яйца поджимались. А он, блядина, жопой вилял ещё... Блин, чё я вру – нихера он не вилял, он же натурал натуральский. Так и я не пидор, так, с Илькой пару-тройку раз перепихнулись, ничего такого. Ну, с Димасом, так тут он сам на мне повис. А в жопу давать – щас, разбежался! Тварь такая, припёрся в школу в этих белых джинсах своих, у Людки сразу слюни потекли, заюлила вокруг него, как кошка. Я б тоже заюлил... Не, нафиг, лучше прижать его в уголочке, да через ткань стиснуть покрепче задницу, потереться стояком об него, сдёрнуть джинсу вниз... Чёрт. Пойти отдрочить, что ли… В школьном туалете тихо, замазанное краской окошко выходит на угол здания, на маленький закуток, который ниоткуда больше не просматривается, там все курят, да ещё Людка в прошлом году у двоих отсосала. А у нас типа окно закрашено, типа и не видно нихера, ага. Все ждали, что она потом хоть одному прямо там даст, да обломались – это у неё дома случилось и не с ними, а со мной. Хрен знал, что я у неё первый был, вела-то себя как шалава, в штаны сразу залезла, тёрлась, а как до дела дошло, так сама даже вставить хотела, да я опередил. Думал, сопли-слёзы будут, а она ржала чего-то, как под кайфом, а потом только морщилась, говорила «ты не глубоко и вытаскивай сразу». И крови немного было, так, пара капель. Я потом уж думал, что она, может, совала себе чего туда, да не дорвала до конца и попробовать захотела, как оно будет, если хером-то… Ну ты посмотри, сука, курит он, пепел аккуратно сбрасывает в сторону, чтоб джинсы не запачкать, а она уже на нём повисла, как обезьяна на пальме. Тьфу, хабалка. Во, хрен недоделанный, уже руку ей на жопу положил! Мать твою, да она ж давалка, у неё, говорят, и мужик есть, ему уже лет 25! Трется, гляди-ка, у него ж сейчас встанет, как пить дать! Ну, сука, бля буду, поставлю тебя раком, только срок дай! 2. Ага, поставил один такой, как же! Он когда к нам в школу перевёлся, тихий был, не видно не слышно. На такого чтоб встал, так я прям не знаю, чё сделать надо… А потом ррраз! и после зимних каникул загорелый приехал. Куда-то за границу родаки отправили, типа простужается мальчик часто, надо к морю. Мальчик, ну-ну. Мачо целый. Но, сука, красивый! Морда загорелая, волосы светлые и глаза синие. Полный набор. А тут ещё джинсы его эти белые. Я как глянул и всё. Пропал. Теперь без бугра в штанах ни один день не проходит. Хорошо ещё, он не в нашем классе, а то ваще отсношал бы его где-нибудь прилюдно и пока бы не кончил, не отцепился. А он такой, пиздец какой важный, на меня вообще ноль вниманья, фунт презренья. Я к нему и так и этак, ну не буду ж при всём народе под него прогибаться! Я ж по-хорошему закорешиться с ним хотел, так он меня при наших прямо отбрил так, что пришлось ему рыло начистить в том закутке, который из мужского туалета только и виден. Ну ладно-ладно, мне он тоже хлебальник попортил, так что один-один, вот только теперь не помириться никак. Он ходит с высокомерной моськой, и я морду кривлю, типа крути-педали-пока-не-дали! У него уже и свита образовалась своя, и Людка в девушки записаться желает, и Катька краситься начала, хоть с Катькой никому не светит, Катька никому не даёт, динамит, дура. Дни летят - хрен заметишь. Уже третья четверть заканчивается, а я его так и не трахнул. И теперь на Илью не встаёт, хоть тот и намякивает время от времени на былое.