Рождественский сюрприз

Этот сочельник Эмма Свон проведет на рабочем месте. И дело тут не только в том, что у шерифа Сторибрука не бывает выходных. Просто так сложились обстоятельства. Ее сын, Генри, решил провести эту ночь со своей второй мамой — Реджиной, которая тяжело переживала смерть своей матери. И Эмма была совсем не против. Ей было искренне жаль женщину и она даже в каком-то смысле понимала ее боль. А что касается ее семьи, то Девид и Мэри Маргарет решили провести сочельник вдвоем, уединившись в квартире. Так что у Эммы просто не было выбора куда идти. Впрочем, женщина не была так сильно расстроена сложившейся ситуацией. Это был не первый сочельник, который она проводит на работе. Так было последние одиннадцать лет. И приехав в Сторибрук, Свон знала что ничего не изменится. Но сейчас Эмма действительно не чувствовала себя покинутой, она знала, что завтра ее большая семья соберется за рождественским столом и все будет хорошо. А сегодняшнюю ночь она проведет здесь, в своем участке, и закончит кое-какие дела. Но вот похоже что у судьбы на этот счет свои планы. Войдя в кабинет, Эмма включила свет и собиралась сесть за стол, но услышала за своей спиной знакомый голос. — Здравствуй, лапочка. Не ожидал тебя здесь увидеть. Эмма обернулась и увидела перед собой Крюка, сидевшего за решеткой. — Учитывая то, что я здесь работаю, твои слова не к месту, капитан, — раздраженно произнесла Свон. — А вот что ты здесь делаешь?! — Твой отец запер меня здесь вчера, когда я пытался ограбить лавку Крокодила, — пояснил он. — Не самое приятное времяпровождение, не находишь? Свон вздохнула. — Для тебя в самый раз, меньше вреда принесешь. — Будем считать, что я не слышал твоих слов, душа моя, — Джонс улыбнулся. — Ты собираешься провести сочельник сидя здесь? Серьезно? — Мне нужно закончить кое-какие дела. Почему ты собственно интересуешься? — Просто я хотел предложить тебе кое-что поинтереснее, — Киллиан подмигнул ей. — Что ты задумал, Джонс? — Ты выпускаешь меня отсюда, и мы вместе находим занятие по душе, — сказал он, делая акцент на слове «вместе». Свон закатила глаза. Этот пират невыносим. — И не мечтай, Крюк. Ты проведешь здесь еще пару дней. — Брось, Свон. Давай забудем старые обиды и начнем все с начала. В Рождество так принято. — Для того, кто не знаком с этим праздником, ты слишком осведомлен. Откуда? — Я не выдаю свои источники, лапочка. Пусть это останется моим секретом. — Дело твое. Но боюсь свое первое Рождество ты проведешь за этой решеткой, — улыбнулась Эмма, не скрывая злорадства. — А мне надо поработать, так что будь добр — помолчи. — Как скажешь. На несколько минут в кабинете повисла тишина. Свон села за стол и погрузилась в дела, удивленная тем, что Джонс так быстро успокоился. За этот год бумажной работы накопилось очень много, что Эмма боялась неуправится до наступления Рождества. Но когда Девид стал помогать ей все нормализавалось. И к концу года бумажной работы осталось совсем немного. Так что она расчитывала закончить все за пару часов. Если, конечно, ей никто не будет мешать. — Тебе кто-нибудь говорил как ты красива в этом свету лампы, а, Свон? Эмма усмехнулась. Конечно же Крюка на долго не хватило. Она оторвалась от бумаг и посмотрела на «пленника». Тот как ни в чем не бывало лежал на кушетке, глядя куда-то в потолок. Разумом женщина понимала, что все его слова лишь способ задурить ей голову. Но даже если это так, то делал это весьма профессионально. Поэтому она не смогла сдержать улыбки. — Я вижу как ты улыбаешься, лапочка, — сказал Киллиан. — Почему ты делаешь это так редко? — Я не улыбалась, тебе показалось, — Свон тут же нацепила маску аля «суровый шериф». Мужчина усмехнулся. Ему нравилась эта женщина. Не только своей красотой. Было в ней что-то такое, что притягивало его к ней. Возможно, это была ее неприступность. И ему хотелось сломать ее стены и узнать может ли она быть нежной. — Хотя образ строго шерифа мне тоже по душе. Может, поиграем? — улыбнулся он. А Эмме захотелось прибить его. Как он за несколько минут смог вывести ее из себя?! У него действительно талант. Эмма опустила голову и вновь погрузилась в работу, пытаясь сосредоточиться. Но Джонс похоже и не думал останавливаться. — Свон, мне скучно! Может, ты все-таки выпустишь меня и я скрашу твой одинокий вечер. — С чего ты взял, что мне одиноко? — сказала Свон, нахмурившись. — Я просто хочу закончить дела. — Ты открытая книга, помнишь? — улыбнулся Киллиан.  — Тогда ты читаешь ее вверх ногами, капитан, мне не одиноко. — Ты можешь сколько угодно убеждать себя в этом, но мы оба знаем, что я прав, — сказал мужчина, вставая. - Ну, же, лапочка, скажи мне что ты хочешь? О чем мечтаешь? Женщина вздохнула и отложив ручку, взглянула на Джонса. — Единственное о чем я мечтаю, это о том, чтобы ты заткнулся и дал мне поработать! — Как грубо, лапочка. Я могу и обидеться! А ты знаешь, нет никого хуже.. Но договорить ему не дали. — Это невыносимо! Невозможно сосредоточиться! — разозлилась Свон, и взяв из-за стола связку ключей, направилась к Джонсу. — Мудрое решение, Свон. Мы можем прекрасно провести вечер. Вместе ведь веселее. Но женщина проигнорировала его слова и открыв дверь решетки, произнесла: — Ты свободен. Но я не составлю тебе компанию. Можешь и не мечтать об этом. Просто уходи и оставь меня в покое! — резко произнесла она и Киллиан понял, что она не шутит. — Но имей в виду, если я узнаю, что ты напал на лавку Голда, тебе не поздоровиться… Мужчина усмехнулся: — Арестуешь меня? Так сделай это прямо сейчас. Эмма сурово посмотрела на него. Похоже она не была настроена на шутки. — Ты не знаешь от чего отказываешься, душа моя. Ведь ты могла провести этот вечер с очаровательным мужчиной. — Знаешь кого-то на примете? Сообщи. А если нет — попрошу на выход. Свон была непреклонна и ему пришлось отступить. Он взглянул на нее, но Эмма уже отвернулась к окну. Она не понимала почему присутствие Джонса так разозлило ее. Ведь он не сделал ничего такого, что выходило бы за рамки. Просто был тем, кем являлся. Самовлюбленным пиратом, которому нравится раздражать ее. И возможно, вечер в его компании был не самой плохой идеей. Но это было слишком для нее. — Знаешь, Свон, я не позволю тебе быть одной в пред рождественскую ночь. И пусть ты возненавидишь меня, но я знаю, чего ты хочешь. — И чего же? — усмехнулась она, поняв, что он никуда не уйдет. — Просвети. Мужчина усмехнулся и подошел ближе к ней. Сейчас их разделяла всего пара сантиметров. — Посмотри наверх. Свон выполнила его просьбу. И увидев омелу над их головами, усмехнулась. Эта ситуация начинала забавлять ее. — Я вспомнил еще одну добрую традицию. Согласно ей поцелуй под омелой принесет счастье в Новом Году, — произнес он, улыбнувшись. — И ты в это… веришь? — тихо спросила она. — Верю. А ты? — с интересом спросил Киллиан. — Я Спасительница, помнишь? — усмехнулась женщина. — Мне положено верить в чудеса. И я …верю… Сама не осознавая, что она делает, Эмма сократила расстояние, разделяющее их и коснулась его губ своими. Сначала Свон планировала просто поцелуй, но как только его руки легли ей на талию и крепче прижали к себе, что-то пошло не так. И ей как ни странно это нравилось. Нравилось чувствовать его дыхание, его объятия и вкус его губ. Киллиан боялся спугнуть ее своим напором, поэтому целовал ее очень нежно, как ни одну девушку до этого. Но женщина и не думала отстраняться. Слишком велико было желание. Она не понимала, что двигало ей в этот момент, но, возможно, она подумает об этом чуть позже. Но отстраниться все же пришлось, когда им обоим нужно было восстановить дыхание. Киллиан прервал поцелуй, отчего Эмма издала жалобный стон, требуя продолжения. Мужчина улыбнулся: — Видишь, я оказался прав. Ты этого хотела. — Если я признаю это, ты поцелуешь меня еще раз? — спросила она, переводя дыхание. Просить его дважды не нужно было. Киллиан накрыл ее губы в нежном поцелуе, унося их в мир, где существовали только они. А Эмма поняла, что не пожалела о том, что именно Киллиан оказался за решеткой. Это был ее лучший сочельник. И возможно, Рождество будет еще лучше.