Все оттенки Прелести

…Льются отвертки в глубокие глотки Разноцветные лампы хрустят под ногой Он пойдёт проводить тебя до остановки Ты вернешься домой завтра утром… Совсем другой… (Сплин) В наушниках играет старая песня, он спешит в первый рабочий день, ему всё интересно, новый офис, новые люди, Майрон словно жить начинает по — новому. Будто и не жил до этого. В офисе его встречает секретарь на ресепшене — улыбчивая брюнеточка с пухлыми губами. -Вы к кому? — интересуется девушка. -К генеральному на собеседование, вас не предупредили? -А, так вы по поводу освободившейся вакансии, — девушка смерила его взглядом с ног до головы. -Да. Мне здесь подождать? -Ну, если вы наш новый программист, то я сейчас свяжусь с отделом кадров и зачем тревожить главного. -Погодите, вы не поняли. Я не программист, я на собеседование по поводу замещения вакансии в отделе управления, мне ваш генеральный директор назначил встречу на 8. -Ну, надо же… — девица вытянула пухлые губки трубочкой и цокнула языком, — а так и не скажешь. - Однако, связываться с начальством она не спешит, снова уткнувшись в монитор. -Тхури, привет! — На стойку с громким шлепком ложится стопка глянца, частично обёрнутая в бумагу и связанная шпагатом. Пышногрудая кучерявая блондинка облизывает яркие губы быстрым язычком, поправляя глубокое декольте. — За мной из печати увязались и просили передать, мало мне своих балансов и счетов. -И что я с этим буду делать? — Скосилась на стопку брюнетка. -Не знаю, мне сказали: оставь на ресепшне. Я и оставила, мне бежать надо. А всего лишь шла кружку помыть… — вздохнула блондинка, стрельнула глазами в мою сторону. — А это кто у тебя такой красивый, почему не знакомишь? -Говорит, что на собеседование, — нехотя бормочет Тхури. -А!!! — Блондинка звонко смеётся. — Так начальства ещё нет, ни босса, ни генерального. Они к 9 обычно заявляются. Что же ты чайку, кофейку не предложишь парню? Совсем дикая стала со своей «дотой». А пойдём в бухгалтерию, — там у нас тортик остался. Девушка берет Майрона за рукав, но тут Тхури отворачивается от монитора, вздрогнув на звук открывающейся двери, вперив в нее взгляд. В офис в облаке дорогого парфюма и мороза с большими пластиковыми пакетами в руках бодрым шагом входит генеральный директор, правая рука шефа, Саурон. Он ставит пакеты на диванчик для посетителей и направляется прямо к стойке. -Ооо, Саурон Аулиевич, вы как всегда внезапны и обворожительны, — лепечет брюнетка. -Тхури, солнышко, подай-ка мне ключики 4 и 6, как обычно. — Он накрывает своей ладонью узкую ручку девушки с ключами и на мгновенье задерживает, другой же слегка приобнимая Майрона за талию, — это чудо со мной. — О, Тэвильдо, — Саурон замечает Теви с кружкой в руках, собиравшуюся было уходить, — вы как всегда обворожительны! Милая моя, занесите мне тот конверт, что я вам вчера давал, где-то после одиннадцати, пожалуйста. Майрон, воспользовавшись всеобщим замешательством, цапает пакеты с дивана и спешит следом за генеральным в лифт. -Вам не тяжело, мой прелестный друг? -Вовсе нет, — Майрон заливается краской, благо дело в коридоре темно, ещё очень рано и свет не везде успели включить, — я подумал, что вам двери ещё открывать… -Благодарю за помощь. — Саурон вызывает лифт. Они поднимаются на 11 этаж в молчании. -А почему у вас так странно всё устроено? Я думал, что 4 и 6 — это первый этаж. -У нас на каждом этаже номера кабинетов от 1 до 10. — Саурон смеется, открывая дверь. Заходит и снимает плащ и шарф, вешает их на вешалку. Кивает замершему в дверном проёме Майрону: -Ты заходи, не стесняйся… Ничего, что я сразу так на «ты»? -Ничего. — Майрон снимает и аккуратно вешает своё пальто. -Располагайся. — Саурон указывает ладонью на стул возле шикарного большого стола, а сам включает электрочайник и закрывает дверь. Усаживается напротив Майрона и вытягивает сложенные в замок руки, выжидательно глядя на парня. — Познакомимся? Саурон Аулиевич Гортхауэр. -Майрон Аулендилович Кузнецов. — Майрон представляется, опуская глаза. -А ты не опускай глаза, — попросил Саурон. — Почему в глаза не смотришь? Юноша молчит, стремительно краснея. -Нравлюсь? — Саурон поднимается, обходит стол и кладет ладони на плечи Майрона. — Вот ты мне нравишься. -А что, если я скажу да? — Майрон поворачивает голову и смотрит в глаза соблазнителю. -Это будет значить, что наши мнения сошлись. — Саурон быстрым движением проводит по губам языком. -Наши мнения сошлись. — Тихо говорит Майрон, вставая навстречу. — И что, так вот прям можно…? -Можно, — отвечает Саурон со смехом, — тебе можно, я не фарфоровый, можешь убедиться. Он хватает юношу за руки, не давая опомниться, и прижимает к себе, впиваясь в нежные губы поцелуем. У Майрона кружится голова и подкашиваются ноги, — он приседает на край стола, в поисках опоры. -Что с тобой, Майрон? Ты не хочешь продолжения? — Глаза Саурона загораются оранжевым огнём. Он берет юношу за подбородок и пристально смотрит в глаза. — Хочешь, признайся. Майрон смотрит в янтарь этих глаз, — и все страхи и неуверенность умирают в тот же миг. Он обнимает Саурона, увлекая на себя, а сам при этом ложится на стол. Саурон ухмыляется, узкие губы его изгибаются, но глаза горят мягким цитриновым светом. Он нависает над Майроном, опираясь на руки и выжидающе смотрит на него. -Ну что, согласен, да? Вижу, что согласен. — Он начинает расстегивать на Майроне рубашку. — А знаешь, детка, сколько мне стоит моя выдержка? С явным удовольствием Саурон наблюдает, как Майрон кусает губы, заливаясь краской. –И сколько? — Тихо на автомате переспрашивает юноша. — Ровно столько, сколько стоит твоя дорогая рубашка, глупый. — Саурон наклоняется и покрывает поцелуями белую кожу, чуть отдающую яблочным ароматом. -Я… рубашку снять хотел, — Майрон шепчет, прикрывая глаза -Потом снимешь, она мне пока не мешает. — Сил терпеть нет никаких, так страстно хочет Саурон совратить это неиспорченное дитя. Горячие длинные пальцы опускаются на брюки, расстегивая молнию. Пальцы Саурона касаются члена, и Майрон тихо стонет, вздрагивая. -А ты не стесняйся, не бойся меня, — шепчет Саурон, оторвавшись от соска Майрона, — у меня тоже есть сердце, две ноги и две руки, и я тоже хотел бы, чтоб меня ласкали и целовали. Голос его звучит мягко, одурманивающе. Он выпрямляется и выжидающе смотрит на Майрона. Тот стремительно встает на колени прямо на столе, скидывает рубашку. -Я не боюсь. — Ледяные пальчики касаются алой рубашки Саурона, ловко расстегивая пуговицы, юноша сам стягивает ее и вешает на спинку стула. — Ну что ж, раздевай дальше. -Я хочу… -Губами коснуться? Как я тебя? Не спрашивай меня ни о чём. Вообще не спрашивай, иначе психану, оденусь и уйду, так и не приняв на работу, или изнасилую, наплевав на правила этикета, и ты сам не захочешь со мной сидеть в одном кабинете! — Саурон улыбается, но внутри сгорает от желания. И сам на себя немного злился: надо же так вспыхнуть к какому-то мальчишке, которого вообще он впервые видит. Ну да, красив, ничего не скажешь, но … нельзя ведь так… Ледяные пальчики расстегивают брюки, касаются члена, — и Саурон понимает, что можно. Прямо сейчас и прямо здесь, — можно. Еще колеблясь, он тянется, чтобы остановить Майрона, но тот смотрит с мольбой. — Ты же мне сам разрешил? -Ладно, делай что хочешь, — шепчет Саурон, теряя остатки разума. Майрон ловко орудует языком и губами. И без того горячая плоть увеличивается, затрудняя дыхание, но он забирает ее целиком, а взгляд его полыхает. Кабинет плывет перед глазами Саурона, окутываясь красной пеленой тумана. Это нереально. С ним такого ещё никто не делал. В основном у него случался жёсткий секс от шефа и жестокая благотворительность в компании похабных девиц из бухгалтерии и коммерческих отделов на корпоративах. Но так… Он забывается, прижимая Майрона за волосы к паху, тот задыхается и, сильно сомкнув губы на члене, выпускает его изо рта, шумно хватая воздух. Саурон в бешенстве переворачивает Майрона на живот, стягивая штаны, пристраивая головку члена между ягодицами юноши. Отверстие оказывается слишком узким, даже будучи смазанным слюной член проходил туго. Саурон закусывает губу, слушая всхлипы Майрона -Ты что, первый раз что ли? -Да. -Глупый, почему ты сразу не сказал? — Саурон резко дергает на себя ящик стола, вытаскивает охлаждающую смазку. Смазывает член, пальцами массирует раздраженное отверстие, подготавливая вход. Надавливает головкой на мышцы, член входит с трудом, но теперь хотя бы можно двигаться. Саурон входит полностью, с упоением ощущая жар чужого тела, постепенно и неотвратимо становящегося родным. Он покрывает кусающими поцелуями шею и спину парня. Майрон впивается ногтями в стол, ранит собственные ладони, по его лицу текут слёзы. Уже порядком накрученный горячим минетом, Саурон не в состоянии долго сдерживаться. Он взрывается в узком отверстии Майрона, заливая горячей спермой. Руками помогает кончить парню, многого тому не требуется. Падает, не выходя из такого желанного тела, прикрывает глаза, зарываясь лицом в роскошные волосы Майрона. — Ну что ты плачешь? — Саурон слизывает слёзы, такие горячие с такого холодного, прекрасного, будто кукольного лица. -От счастья плачу, — всхлипывает Майрон, отвечая на поцелуи. — Я так долго хотел и ждал, но даже представить не мог, кто бы мог меня захотеть и кому бы я мог понравиться. -Ты глупый. Ты очень красивый, многие бы отдали все, лишь бы трахнуть тебя, детка, я уверен. — Саурон откидывает локоны Майрона с шеи и проводит языком влажную дорожку. — Долго я тебя содомировал. Ты устал? -Нет, я бы хотел, чтобы это продолжалось долго. Я люблю поддаваться. Я согласен на всё. Делай, что хочешь с моим телом. -Детка… Такое слепое доверие с твоей стороны… Я сам сейчас умру, ты слишком покорный для меня. — Саурон огромным усилием воли сдерживает вновь накатывающее возбуждение, достает из стола салфетки, приводя в порядок Майрона и себя. Тот нервничает, прикрывает глаза -Это плохо? -Нет, это просто охренеть, как прекрасно! У меня слов нет… -Тебе помочь одеться? — зеленые глаза Майрона сияют, он тянется к рубашке, висящей на стуле. Саурон перехватывает его руку. -Нет, а то опять заведусь. Я с тобой тут с ума сойду. — Саурон отбирает из рук юноши свою рубашку и накидывает на себя. Рубашка Майрона валяется на столе, он берет ее и покрывает бледные плечи. — Оденься, детка. А то вдруг шеф прикатит. Я бы тебе помог, но боюсь, что у меня просто рванет башню, ты такой сладкий. Саурон наблюдает за тем, как юноша дрожащими пальцами застегивает пуговицы, и облизывает губы сухим языком. — Да и скажи-ка мне, что тебя привело к нам в «Мордор Пресс»? -Ты же читал моё резюме… -Читал… И знаешь, ты мне всё больше нравишься… У меня к тебе всего лишь один вопрос: ты точно хочешь здесь работать? Если ты скажешь: да, то ты будешь зачислен в штат, если же колеблешься, то мы забудем наш разговор. Пойми меня правильно, ставки высоки, но и корпоративная тайна тщательно охраняется. -Во всех корпорациях есть свои тайны, особенно такие… — Майрон вздыхает и облизывает губы. — Если только дело за этим, то я могила. Однако интересная у вас организация… — Отлично! — Саурон обжигает юношу взглядом. — Босс чуть позже приедет, и я ему скажу, чтоб подписал приказ о твоём зачислении в штат. -А разве вы не вместе принимаете решения? -Я являюсь соучредителем и… Он мне доверяет, как себе, — Саурон крутанулся на стуле, вспомнив о чайнике, но тут в дверь постучали. Это оказалась секретарша с пухлой стопкой глянца. -Саурон Аулиевич, вам просили передать на подпись, а я так заработалась, что забыла про всё. -Спасибо, милая, Мелькора Илуваторовича ещё нет, как только, так и сразу, — Саурон мягко ловит девушку за запястье. — Без него, увы, не могу, при всём желании.. Не разольешь нам чаёк, солнце? Чашки в шкафу и чай там, и печенье. Ты ведь не торопишься, правда? Девушка с трудом отрывает завороженный взгляд от Саурона, смеривает Майрона уничижительным взором и идет разливать кипяток. -Так вот, продолжаем нашу беседу. — Саурон крутит в руках дорогую ручку, улыбаясь каким–то своим мыслям. — Мне нужен заместитель по экономическим вопросам, ну и чтоб мог, если что, с кадрами разобраться, и с отделом печати совладать. Я научу всему, что сам умею. Секретарша яростно колотит ложечкой по черным стеклянным чашкам, размешивая сахар, размышляя про себя: надо же, родственник наверное, они такие, скоро вся родня тут у них в офисе будет жить, а порядочным людям негде всунуться. Она ставит на стол чашки и вазочку с печеньем. -Спасибо, милая, — благодарит ее генеральный с улыбкой. — Что-то жарковато, может окошко откроешь? -Всегда пожалуйста, Саурон Аулиевич. — Звонко цокая каблуками, девица подходит к окну, открывает и замечает возле входа джип шефа. Из него выходит высокий мужчина, одетый в черный костюм, окутанный шикарной волной черных волос. Лица не видно: как обычно, босс предпочитает черные очки и не расстается с этим аксессуаром ни зимой, ни летом. -Мелькор Илуваторович приехал, — возбужденно докладывает секретарша. -Вот и отлично, беги, сворачивай лишние окна на своем компьютере. Пока он дойдёт, я думаю, успеешь спуститься, –Саурон хитро улыбается, —, а то не любит ведь босс, когда от работы отвлекаются. Секретарша убегает к лифту, цокая каблучками. -Довольно строгая у вас дисциплина — замечает Майрон. -Ну, с системой штрафов и премий я тебя ознакомлю, не всё же в первый день. Вперёд босса в комнату вплывает стойкий терпкий сладковатый аромат туалетной воды, примешанный к нему аромат дыма и что — то ещё, еле уловимое. Он двигается очень грациозно для своего роста, длинные безупречные черные локоны водопадом спускаются на спину. Босс садится в кожаное кресло в сторонке, снимает очки, убирая их в карман пиджака. -Сау, познакомь нас, кто этот обаятельный молодой человек? — Голос у него оказывается бархатным и глубоким. -Мелькор, это Майрон Аулендилович. Майрон, познакомься, Мелькор Илуваторович Бауглир, хозяин и генеральный директор издательства «Мордор Пресс». -А разве не вы генеральный директор? — Майрон понимает, что сморозил глупость, и заливается краской. Мелькор же только хохочет в ответ. -Конечно нет, Саурон является соучредителем и моим заместителем. -Очень приятно с вами познакомиться — говорит Майрон. -Вам тут на подпись передали, — Саурон ловко меняет тему, переводя внимание Мелькора на пухлую стопку журналов. -Когда это я не подписывал? Надо, значит надо. — Шеф ставит размашистую подпись на стопке. — Позвони, скажи, пусть забирают. Я к себе, но к тебе ещё зайду, работайте. Бауглир выходит прочь, оставляя их вдвоем.