Чёрная полоса

Тяжелые, темные тучи с самого утра нависли над Бейкон Хиллс, предвещая дождь. Ветер, словно бешеный завывал, чуть ли не срывая кроны деревьев. Погода уже который день нагоняла мрак на город. Поежившись от холода, Стайлз продолжал чинить свой джип, который за последнее время ломался все чаще и чаще. Как назло, автомобиль решил выйти из строя именно тогда, когда подросток проезжал через лес, поэтому увы, но помощь он будет ждать еще долго, если она, конечно, вообще будет. Ведь мало ли кто, вечером, в такую неблагоприятную погоду будет ехать этой дорогой, здесь-то и в обычный день не так уж и много водителей ездит. Нет же, ну угораздило его так допоздна засидеться в библиотеке, чтобы сейчас уже на протяжение тридцати минут пытаться завести старенький джип. Так ко всему этому счастью, еще и связь ловить перестала, поэтому о помощи отца или друзей он может забыть. — Чёрт! — выругался парень, ударяя кулаком об двигатель внедорожника, при этом ощущая резкую боль в кисти. Он уже понял, что это бесполезно, и его джипу требуется ремонт. Стилински ничего не остается, как пойти домой пешком, или же продолжить ждать помощи. Выбрав из двух вариантов первое, он примерно рассчитал сколько потребуется времени, чтобы добраться домой. И, если все верно, то где-то через час-полтора он наконец-то будет на месте. Ветер неприятно забирался под тонкую рубашку Стайлза, заставляя худощавое тело подростка дрожать от холода. Он успел пройти только метров двадцать от джипа, как ко всему его счастью с неба начали срываться капли ледяного дождя. За считанные минуты вся его одежда и волосы стали мокрые. Даже та ноющая боль в кисти ушла на второй план, оставляя лишь мысли о теплой кроватке и горячем кофе. Понимая, что продолжать путь будет глупо, да и он попросту замерзнет, подросток побежал обратно к джипу, заваливаясь на водительское сидение. Было невероятно скучно сидеть одному, вот была б компания в виде Скотта, Лиама или же даже Дерека, он бы уже непременно вынес им весь мозг бестолковыми разговорами, а так, согласитесь, говорить сам с собой это странно... наверное.

***

Что только подросток не делал последние двадцать минут. Он тарабанил пальцами об руль, представляя себя великим барабанщиком, напевал и пританцовывал под какой-то инди-рок, который ему едва удалось словить на радио, сквозь сплошные помехи. Не сказать, что в джипе было тепло, но благодаря глупым танцам, парню удалось хоть немного, но согреться. Ливень и не думал прекращаться, наоборот, усиливаясь, тарабаня об крышу внедорожника. За немного запотевшими окнами было почти ничего не видно, лишь темноту и ветки деревьев, которые из-за ветра бушевали. Иногда можно было заметить свечение луны, которая пробивалась сквозь тяжелые тучи. Из-за своей гиперактивности, Стайлз не мог просто так сидеть и ждать, он решил вновь выбраться к капоту и постараться завести свой джип, хоть это и глупая затея. Открыв бардачок, он достал фонарик, нажимая на кнопочку и убеждаясь, что тот рабочий. Вылезая из салона и вновь ощущая на своем теле ледяные капли дождя, подросток поспешил к работе, засовывая фонарик в рот, дабы не мешал. Несколько трудных попыток завести двигатель не принесли плодов — джип, как стоял, так и стоит. Тонкие пальцы парня замерзли настолько сильно, что каждое движение вызывало неприятное покалывание, но Стайлз и не думал останавливаться, продолжая попытки завести внедорожник и уехать отсюда. Сейчас его начинал пугать каждый шорох, тем более зная, что где-то поблизости обитает малознакомая стая. Тихий, протяжный вой, а сердце парня на секунду прекращает биться, и он замирает, оглядываясь по сторонам и на счастья никого и ничего не замечая. — Ну давай, детка, заводись, — шепчет он, вновь усаживаясь за руль и пытаясь завести джип с места. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — и снова провал. От безысходности парень просто ложится головой на руль, не удосужившись даже захлопнуть дверь. Кисть руки еще от первого удара отдается ноющей болью, а холод из-за открытой дверцы заставляет парня все же подняться и закрыть её.

***

Проходит еще десять минут полнейшей скуки и безысходности, из-за чего Стайлз на мгновение проваливая в дремоту и, когда он в следующий раз открывает свои карие глаза, резкий и яркий свет слепит их, заставляя поморщиться и прикрыть ладонью. «Спасение» — первая мысль в голове подростка, которая тут же рассеивается, стоит зрению полностью сфокусироваться на водителе — Питер Хейл собственной персоной. Мужчина подъезжает ближе к сломанному джипу, так, что их окна находятся друг напротив друга, и это не нравится Стайлзу. Меньше всего на свете, он хотел бы встретить этого недо-альфу ночью в лесу, но видимо сегодня явно не его день. Повторяя за Хейлом, подросток открывает окно, сразу же встречаясь взглядом с холодными глазами волка. — Тебе не пора быть в кроватке? — насмешливо произносит Питер, пристально смотря на подростка, из-за чего последний неприятно поежился. — А тебе не пора ехать дальше? — в своей излюбленной манере изрек парень. Оборотень лишь хмыкнул на слова подростка, произнося: — Да ладно тебе, Стайлз, тебе же нужна помощь. Я могу подбросить тебя домой, — уж слишком подозрительно слащаво прозвучали эти слова. — Это с каких пор ты стал так любезен? Неужто блохи до мозгов добрались? — изогнув бровь, поинтересовался подросток. Питер просто-напросто пропустил колкость мимо ушей, спокойно отвечая на первый, заданный парнем вопрос. — Если не забыл, сейчас я на вашей стороне. Так что мы в одной стае, Стайлз. Или ты боишься меня? — с нескрываемой издевкой спросил Хейл. Стилински всего минутку решил посмотреть на ситуацию с другой стороны. Да, он застрял на половине дороги около леса под сильным дождем. Да, он терпеть не может Питера, который увы, но является единственным, кто сейчас может помочь ему добраться домой... Да и что греха таить, Стайлзу охота поесть, поэтому уверенно посмотрев на Питера, он без толики страха ответил: — Боюсь? Тебя? Волк, ты явно переоцениваешь себя и своё влияние на окружающих, — Стайлз врал. Он боялся Питера. Всеми фибрами своей души он боялся этого волка. И пусть тот уже не альфа, но его взгляд, такой холодный и устрашающий, заставлял подростка чуть ли не дрожать от ужаса. Но сейчас он держался молодцом. Ни один мускул его лица не дрогнул, выдавая истинные чувства. Однако кажется парень забыл о том, что Хейл без особого труда может понять его настоящую реакцию на свою особу, стоит лишь немного сосредоточиться, и ухмылка появляется на лице оборотня. — Неужели? — теперь очередь Питера изогнуть бровь. Проигнорировав оборотня, Стилински все же решается сесть к нему в машину, пытаясь как можно быстрее преодолеть расстояние от его джипа до дверцы иномарки, при этом одарив мужчины снисходительным взглядом, будто это он ему еще одолжение делает. По-хозяйски развалившись на переднем сидение, парень чуть ли не замурлыкал от удовольствия. Ведь мало того, что было удобно, так еще и тепло, а если ко всему еще и не обращать внимание на зомби-дядюшку, то вообще шикарно. Но не успел подросток насладиться всеми удобствами, как голос Питера заставил вернутся его в реальность. — Если не секрет, давно ты там застрял? — как бы там ни было, ненависть-ненавистью, но Стайлз заскучал по разговорам. — Не знаю. Может как час или два назад. А ты? Где ты был? — для поддержания разговора поинтересовался парень. — Дела были. Ничего особенного, — вот на этом месте темы для продолжения общения закончились, поэтому половину дороги они проехали в тишине, изредка переглядываясь. Стайлз и сам не заметил того, как начал разглядывать мужчину. Сначала его взгляд скользил по серьезному лицу, ненадолго останавливаясь на щетине. Глупо, но парень почему-то подумал о том, как она будет колоться при поцелуе. Затем ключицы, по которым хотелось провести подушечками пальцев, коснуться губами. Кофта, в которой был оборотень подчеркивала его сильные руки, и почему-то Стилински был уверен, что под ней просто потрясающее тело. Он уже даже представлял, как целует живот мужчины, языком проводя по солоноватой коже, спускаясь все ниже, ниже и... Чёрт! Подростка резко передернуло от того, что он только что представил, и это не могло не привлечь внимания оборотня. — С тобой всё хорошо? — Д-да, все отлично! Просто восхитительно, — отворачиваясь в сторону окна, Стайлз пытался скрыть своё лицо, попросту не в силах больше смотреть на волка. Но то, что произошло дальше, заставило его подскочить на месте, ошарашено смотря в лазурные глаза. Питер одной рукой продолжал держаться за руль, а другой он взял подростка за руку, отвечая на его немой вопрос: — Я помогу с болью, — до парня не сразу дошло о какой боли говорит Хейл, но посмотрев на свою руку, он вспомнил, что повредил её, со всей силы ударив двигатель джипа. Ощущение горячей ладони жгло не хуже огня. Можно было заметить, как на руке оборотня появляются вены, а ноющая боль, о которой так удачно и позабыл подросток, вовсе исчезла. Вроде бы уже пора забирать руку, но Питер не спешил, продолжая сжимать ледяную ладонь Стайлза. — Зачем врешь? — О чём ты? — невинно, и как можно более естественно изрек юноша, смотря в окно. — О том, что ты не умеешь врать, Стайлз, — уж слишком весело прозвучали эти слова, однако следующая фраза, заставила парня подавиться воздухом, просто-напросто лишая дара речи. — Хочешь чтобы я трахнул тебя? Питер был доволен вызванной реакцией, наблюдая за взбешенным подростком и тем фейерверком эмоций, который тот испытывал: от стыда до похоти, от ненависти к желанию. Мужчина чувствовал, то возбуждение, которое исходило от парня, и это забавляло его. — Я хочу, чтобы ты заткнулся, — наконец-то недовольно произнес Стилински, молясь о том, чтобы они быстрее доехали. — И убери свою лапу от меня! Ухмыляясь, оборотень вернул руку на руль, устремляя свой взгляд на дорогу.

***

Всю оставшуюся дорогу они провели в тишине. От греха подальше, Стайлз даже отвернулся от Питера, пытаясь сосредоточить свои мысли на предстоящем тесте по истории, и какого было его счастье наконец-то оказаться около привычного и родного дома. Подросток уже намеревался покинуть автомобиль и навсегда забыть об этом дне, как сильные руки оборотня крепко схватили его за ладонь. Стайлз уже собирался сказать Хейлу все, что думает о нём, как произошло то, чего он уж точно не ожидал, но в тоже время желал. Мужчина потянул подростка на себя, губами соприкасаясь с его. Языком оборотень провел по нижней губе парня, а затем резко и неожиданно укусил её, из-за чего парень непроизвольно открыл рот, чем несомненно и воспользовался Питер, углубляя поцелуй, пытаясь добиться от замершего подростка хоть какой-то реакции. Одной рукой мужчина залез под тонкую и мокрую рубашку Стилински, ощущая, насколько его тело холодное. Ладонь нежно и не спеша оглаживала ребра, живот парня, чувствуя, как тот вздрагивает от каждого его прикосновения. Питер готов в любую секунду принять удар на себя, понимая, что подросток скоро очнется от шока, однако он знает наверняка, что этого не будет. Стайлз слабо выдыхает носом, а затем рукой неуверенно тянется к щеке мужчины, прикасаясь к колючей щетине. Он неуверенно, даже неумело отвечает на поцелуй. Он ненавидит Питера каждой частичкой собственной души. Он боится его, но хочет. Любовь? Симпатия? — отнюдь. Просто хочет. Видно не хватает ему в жизни острых ощущений. Поцелуй затягивается, а рука мужчины уже лежит на его паху, начиная гладить член сквозь грубую ткань джинсов. Стайлз стонет прямо в губы оборотню. Его глаза блестят желанием. Но все прекращается, когда Стилински разрывает поцелуй, убирая руку прочь от лица Хейла, и пока тот не успевает среагировать, он просто-напросто вылетает из автомобиля, успевая услышать фразу оборотня. — А как же "Спасибо, что подвез"? — но ответом ему служит средний палец подростка. В ответ на жест парня Питер ухмыляется, загадочно произнося: — Потом скажешь.