Его звали Нейт

Нейт всегда был очень брезглив и, даже, обращался к врачам по этому поводу. Что ж через две сотни лет, согласно принципам здоровья, от брезгливости его излечили солнце, воздух и вода, буквально светящиеся от радиации. Кажется, отбиваясь от гигантских крыс с двумя комплектами челюстей (не думать о том, что внутренняя пара зубов так похожа на человеческие!), он немного сходит с ума. Новый разум – новое имя. Мэттью. Мэттью проще, он находит в себе силы вырезать куски филе из измазанной в земле, огрубевшей и покрытой водянистыми пузырями язв кожи. Но есть ЭТО?! – увольте, это отвратительно, он не станет такое есть. Все подарки Стронга приходится тайком скармливать Догмиту, с отвращением вытирая выпачканные в крови пальцы о жесткую шерсть. Кстати, не забыть поискать средство от блох. С починкой Нику по большей части приходится справляться самому: Мэттью может только принести проводку и микросхемы, в крайнем случае, может в достаточной мере пересилить себя и поправить узлы на руке и только на руке робота: и пусть она абсолютно металлическая и отвратительно ржавая и пусть его прививка от столбняка просрочена на двести десять лет, но вот эта свисающая лохмотьями пластиковая софт-тач кожа… ни за что. А потом он находит институт и вспоминает ощущение слова чистота: горячая ванна, заткнувшийся (пришлось раз пять проверить, а не сломался ли?) пип-бой, это уверенная сцепка с хромированными деталями маленького подземного рая: эти перила не знали ржавчины и не отслаиваются кусками под пальцами. Это горьковатый привкус зеленых, по-настоящему зеленых листьев: на секунду забывшись, Нейт растирает травинку между пальцами и почти чувствует щиплющую язык горечь… горечь и соль. Что? Нет, откуда слезы? Светло-салатовые костюмы химзащиты, человекоподобные твари в них похожи на комиксных инопланетян с повернутыми на бок лицами и люди, выходящие из булькающей и дымящейся красноватой жидкости (не думать о пищевой пасте!) Интситут прав, до войны он был ученым и все еще продолжает им быть и, разумеется, внемлет голосу разума… вот только есть одно но: Мэттью, наемник и гражданин Содружества сумел справится с брезгливостью, но не Нейт, нет. Институт взлетает на воздух.