Я верну тебя, зверёк!

Следующее утро началось неприятно. Шатен с трудом поднялся с кровати. Грудь немного побаливала, а в заднем проходе ощущался знакомый зуд. Течка! Вздохнув, Тсуна пошёл на кухню, где достал из ящика коробочку с красным крестом на крышке. К его возмущению, таблеток, облегчающих состояние омег во время этого периода, осталось только на один приём. Сетуя на свою невнимательность, Савада выпил пилюли и принялся за работу. За дневными делами парень почти забыл о своём состоянии. У него был крупный заказ на большой именинный пирог и, вдобавок, куча сладостей. Лишь неприятная тяжесть внизу живота напоминала, что ему следует быть осторожнее. Ведь среди его покупателей были альфы, кто-нибудь мог и наброситься. Со спокойным сердцем Тсуна вечером закрывал лавочку. В гостиной раздалась трель телефона. — Алло. — Йоу, Тсуна. Ты уже закончил? — раздался радостный голос Такеши. — Привет Ямамото-кун. Да, тяжёлый был день. — Мы с ребятами решили устроить маленькую вечеринку, может ты присоединишься к нам? — Знаешь, я не могу. Я… у меня… ну… это... — Тсуна густо покраснел. Брюнет подавил смешок. Савада был таким робким. — Я понял. Может, в чём помощь нужна? — Нет-нет, спасибо. Я схожу за таблетками и всё. — Замахал руками шатен. — Вообще-то уже поздно, давай я с тобой схожу? — серьёзно предложил Такеши. — Это лишнее, я справлюсь. Ямамото-кун, не переживай, я тебе позвоню, как приду домой. Веселитесь. — Затараторил Тсуна. Альфа итак уже много лет с ним возится, должен же он когда-то отдыхать. — Ну, если только так. Ладно, не забудь позвонить. Савада положил трубку и тепло улыбнулся. Эх, вот почему его не тянет к Ямамото? Он был бы прекрасным мужем. Надев плащ, и закутавшись в шарф, Тсуна щедро надушился отцовским одеколоном. Действие таблеток уже начало заканчиваться. Парень торопливо вышел из дома и побрёл в сторону круглосуточного магазинчика. На улице уже стемнело, и только высокие фонари освещали путь. Шатен пугливо озирался по сторонам, не пропуская ни одной подозрительной тени. Внутри появилось липкое чувство. Забежав в магазин, Тсуна быстро прошёлся по помещению, заполненным стеллажами с продуктами и товарами для дома. Вскоре, на глаза попались заветные баночки. Савада взял сразу несколько штук и пошёл к кассе. Его оглядел, стоящий за прилавком, светловолосый омега. Поведя носом, он сморщился. — Ну и надушился же ты. Аж глаза режет. — Проворчал продавец, на бейджике значилось «Гокудера». Шатен прикусил губу, он почувствовал, что надо поторопиться, если он не хочет загнуться тут на полу. — Извините, можно побыстрее, пожалуйста! — довольно резко сказал Тсуна. Гокудера Хаято нахмурился. Надо же, какие в этом городке наглые люди. — С вас 1300 йен. — Отчеканил Хаято. Савада положил деньги на монетницу и метнулся к выходу, удивив продавца. Обратно домой парень уже нёсся сломя голову. Успокоился он, только когда закрыл за собой дверь. Убрав таблетки в аптечку, омега позвонил Такеши, заверив того, что всё хорошо. Пообещав зайти через несколько дней, альфа отключился. Тсуна решил сначала принять душ, а потом уже поужинать. Ну, хотя бы у него будут выходные. Раз в два месяца Савада закрывал лавочку на неделю. Шатена затошнило. Вот ведь, тот продавец был прав, он переборщил с одеколоном. Поскорее вымывшись, Тсуна спустился на кухню. Тут в дверь постучались. Омега замер, по телу прошлась дрожь. Повторный стук отрезвил его, немного. — Кто там? — спросил шатен, подойдя к двери. — Мне нужно позвонить. — Раздался повелительный голос. Савада сглотнул и приоткрыл дверь. На пороге стоял красивый темноволосый альфа в потрёпанном дорогом костюме. Хибари Кёя оглядел трясущееся существо и почувствовал раздражение. Он очнулся недавно, в месте, где сходятся углы домов. В правом виске пульсировало и неприятно ныло. Первые минуты он привыкал к темноте и силился вспомнить, как оказался в таком состоянии. Ах да, брюнет являлся президентом крупной строительной компании и приехал в родной город, чтобы лично осмотреть, выбранные его оценщиком площадки для возведения большого и модного торгового центра. Альфа забраковал все места, что были ему показаны. Он уволил лысеющего никчёмного бету и отправился в бар, немного выпить. После нескольких принятых на душу бокалов виски, Кёя решил прогуляться. Да! Точно! Примерно в этом месте брюнет получил удар в голову, но не потерял сознания. Он быстро нокаутировал напавшего, но вдруг почувствовал укол и через секунду рухнул. Придя в себя, альфа не обнаружил ни кошелька, ни телефона. Значит, его ограбили! Ярость захлестнула Хибари. О! Как только он найдёт тех, кто это сделал, а он точно знал, что найдёт, эти идиоты пожалеют, что на свет родились! Аккуратно поднявшись, брюнет пошёл в первый же, попавшийся ему на глаза, дом. — Ну и? Я долго ещё стоять буду? — рыкнул Кёя. — А, извините, проходите, телефон в гостиной. — Тихо пробормотал шатен, впуская альфу. Хибари быстро оказался у аппарата и набрал номер своего заместителя. «Абонент не в зоне действия сети». Подавив злость, Кёя набрал номер знакомого. — Кто бы это ни был, у тебя совести нет! — послышался сонный голос. — Каваллоне! Это я. Мне нужна машина. — Хибари назвал адрес. Каваллоне Дино прошёлся по бестактности друга. — Только завтра утром. — Это слишком поздно! Мне нужна сейчас! — процедил сквозь зубы брюнет. — Я не волшебник. Кёя, переночуй сейчас у того доброго самаритянина, что тебя впустил. Завтра утром машина будет ждать тебя, а сейчас, спокойной ночи. — Зевнув, сказал Дино. — Я тебе челюсть завтра выбью! — зарычал Кёя. — Это же будет только завтра, а сейчас я вернусь в постель. Тебе желаю того же. — Альфа скрипнул зубами. Видимо, придётся проситься на ночлег. Какое унижение! — Я… извините, я слышал, что… я… можете переночевать! Я дам вам одежду! Душ на втором этаже, третья дверь налево! — быстро протараторил Савада и убежал наверх, оставив после себя запах мёда и молочного шоколада. Кёя немного опешил от ТАКОЙ заботы. Он не понял, злиться ему или нет? Наплевав на это, брюнет поднялся в ванную. Сбросив с себя грязный костюм, альфа включил воду погорячее, и встав под град струй, с наслаждением прикрыл глаза. Тсуна в это время метался в своей комнате. Боже! Что он творит-то?! Парень сейчас не в том состоянии, чтобы пускать альфу в дом. Из груди вырвался стон. Что же делать? Не выставит же он теперь брюнета. Надо принять ещё таблеток и закрыть дверь на замок. Да, это подойдёт. Савада вышел из комнаты и прислушался. Поняв, что мужчина принимает душ, омега проскользнул в бывшую комнату родителей. Сердце болезненно сжалось, успокаивая себя, Тсуна взял из шкафа домашние вещи отца, затем он, крадучись, пошёл в ванную. Шатен быстро оставил чистые вещи и, схватив аккуратно сложенный грязный костюм, пулей вылетел наружу. Он играет с огнём. Однако альфа не подал и признака заинтересованности. Может Савада накручивает себя? Когда Хибари вышел из ванной, он спустился обратно на первый этаж. Ни в гостиной, ни на кухне хозяина дома не было. Зато на столе стояла еда и лежала записка. «Ваш костюм я постирал, комната для гостей на втором этаже, вторая дверь направо. Спокойной ночи.» Брюнет нахмурился, по почерку было видно, что парень торопился. У этой омеги совсем нет мозгов? Оставлять незнакомого человека одного! Решив, что у каждого свои тараканы в голове, мужчина быстро проглотил вкусные суши, и прибрав за собой, поднялся наверх. Проходя мимо первой двери, он резко остановился. До ушей донёсся приглушённый стон, в нос ударил запах мёда и молочного шоколада, тело пронзило возбуждение. Альфа пошатнулся и облокотился о стену. Мысли начали путаться. Что за хрень?! Тсуна глотал слёзы, вертясь на кровати, кусал губы до крови. Шатен тихонько скулил. Он не понимал, что происходит. Никогда ещё у него не было такой течки. Тело дрожало, зуд был невыносим, напряжённый член ныл от боли, требуя разрядки. Савада не слышал, как дверь с треском распахнулась, не слышал он и утробного рычания, вырвавшегося из груди брюнета. Только когда комнату заполнил запах возбуждённого альфы, парень отчаянно поднял заплаканное лицо. Брюнет завороженно наблюдал за изгибающимся омегой, карие глаза смотрели на него с мольбой. Тсуна хотел попросить мужчину уйти, но из открытого рта вырвался лишь всхлип. Хибари перестал сдерживаться, стащив с себя одежду, он оказался сверху слабого шатена. Разорвав мешающую одежду, Кёя страстно впился в припухшие губы, прижимая к себе желанное тело. Савада тут же обвил шею альфы. Его руки запутались в чёрных волосах мужчины. Хибари рыкнул и завёл руки омеги за голову. Шея, грудь, плоский живот, Кёя не оставил без внимания ни один сантиметр кожи. Брюнет никогда не думал, что тело омеги может быть настолько идеальным и сладким. Тсуна остро реагировал на умелые ласки, он уже давно перестал соображать и отдался своей природе. Жаркие стоны шатена подстрекали Хибари к более активным действиям. Ему хотелось глубоко погрузиться в податливое тело и в быстром ритме довести обоих до желанной разрядки. Вернувшись к губам омеги, Кёя раздвинул коленом ноги парня и аккуратно ввёл один палец. Савада простонал прямо в губы брюнета и подался бёдрами навстречу. Выругавшись, альфа приподнялся и резко вошёл во всю длину. Глаза Тсуны широко распахнулись, в них отразились боль и страх, тело выгнулось дугой. Хибари этого не заметил, внутренние мышцы сжали его член, заставив брюнета окончательно подчиниться своим инстинктам. Он начал быстро двигаться, не ощущая, как острые коготки омеги расцарапывают ему спину. Боль ушла так же быстро, как и появилась, уступая место нарастающему наслаждению, когда Кёя обхватил его член и начал двигать рукой в такт своим движениям, Савада начал бесстыдно просить не останавливаться альфу. Через мгновение Тсуна бурно кончил. Хибари глубоко погрузился последний раз и излился прямо в омегу. Кёя не отпустил шатена, он начал целовать его, чувствуя, что всё ещё возбуждён. На следующий день, Савада проснулся довольно поздно. Тело ломило, а задняя точка саднила от жгучей боли, но он чувствовал себя, как никогда отдохнувшим. С трудом дойдя до ванной, он встал под прохладный душ. Четыре раза! Они сделали это четыре раза! Парень прижал руки к горящим щекам. Боже! Что он наделал? Что же альфа подумал о нём? И тут Тсуну осенило. Мужчины не было рядом в постели. Выйдя из ванной, омега обошёл весь дом. Он был один. Савада горько усмехнулся, а чего он хотел? Что бы с утра ему преподнесли обручальное кольцо? Он сам во всём виноват, пустил альфу во время течки, но, если честно, его тело впервые так ломило. По щекам потекли слёзы. Тихонько добравшись до кровати, он уснул. Разбудил его стук в дверь. На пороге стоял Такеши. Ямамото сразу увидел следы на шее. — Тсуна, ты… Шатен уткнулся брюнету в грудь и расплакался. Перепуганный альфа отнёс Саваду на диван и стал расспрашивать. Тсуна сбивчиво рассказал другу о вчерашнем, опустив все пикантные моменты. Ямамото гневно сжал кулаки. Твою мать! Ну почему он вчера не пришёл к омеге?! Парень начал горячо извиняться, но шатен остановил его. — Я сам во всём виноват. — Слёз уже не было, на губах была грустная улыбка. Последующую неделю, Такеши находился рядом с Савадой. Оба понимали, что теперь Тсуна вряд ли выйдет замуж. На его теле навсегда останутся отметины неизвестного альфы. Шатен довольно быстро смерился с этим фактом, вскоре всё вернулось в своё русло, хотя внутри парень мечтал, чтобы красивый мужчина вновь появился в его жизни. Иногда, по ночам, ему снились сильные руки, что умело ласкают его тело. Ямамото начал частенько подолгу разговаривать по телефону. Наконец Такеши признался, что, кажется, влюбился. Спустя несколько дней, брюнет пришёл в лавочку Тсуны с тем самым продавцом из круглосуточного магазинчика. Сначала Гокудера немного враждебно отнёсся к шатену, но вскоре они сдружились. Прошло четыре месяца, и омега заподозрил неладное. — Ну, что могу сказать вам, Савада-сан, поздравляю, через пять месяцев у вас будет пополнение. — Весело сказала женщина в белом халате, осматривая результаты анализов. Тсуна прижал руки к животу. Ребёнок! У него будет ребёнок!