Тайная игра

Они возвратились в участок, когда всё вокруг снова погрузилось в работу. Мэтт обвёл взглядом комнату, где сидели констебли, и стал всё больше убеждаться в том, что ходит вокруг да около. Он, как и его бывшая жена, не замечал очевидного. Упускал какую-то деталь, вот только сегодня он никак не мог понять какую. Всю дорогу до участка он думал, что задержит Скотта, как только получит ордер, но до сих пор ловил себя на мысли, что это едва ли мог оказаться он. Или же он? Тогда чьего ребёнка носила под сердцем его жена? Ответ на этот вопрос он никак не мог найти. Чувство полного непонимания и накатившая несобранность возле Чарли раздирали Эванса на куски. Он злился на самого себя. Злился и проклинал это город, его жителей и искал хотя бы одно оправдание, чтобы не сорваться на Чарли за то, что она снова появилась. Сегодняшний обед в ресторане повлиял на него совершенно странно. Снова жар в груди, отчего ему кажется, что он едва ли дышит, несобранность и ощущение того, что он не сам по себе. Мэтт понимал и хорошо знал это чувство. Это чувство всегда губит дело. Неспроста супружеской паре нельзя работать в одном участке. Он снова почувствовал, что уязвим. Ему было жаль её, хотя сейчас, шагая к одному из констеблей, он старался придать себе серьёзный вид и выказывать лишь полную собранность, делая вид, что он абсолютно уверен в том, что делает. — Детектив, — обратился один из мужчин к Эвансу, и тот остановился на полпути настолько резко, что Чарли едва не врезалась ему в спину. — Вы просили найти мистера Миллса, — продолжил констебль, — но его нет на месте. — Что значит нет? — недовольно произнёс Эванс, отчего его шотландский акцент стал звучать угрожающе. — Его дома нет, как и его машины, — ответил мужчина, немного помедлив, смотря в глаза начальнику. — И куда он мог поехать? — с вызовом, недовольно произнёс Эванс и, чувствуя, как теряет самообладание, вздохнул, спокойно проговорив: — Ищите его. Проверяйте камеры. Далеко не уедет. Из города только одна дорога.

***

Поздним вечером, в четверть одиннадцатого, Чарли сидела за своим столом и просматривала камеры видеонаблюдения, не только не вернувшись домой к вечернему чаю, но и не успев ко времени, когда, очевидно, Йен уже лёг спать. Она позвонила ему, чтобы предупредить, что вернётся не скоро, но он так и не взял трубку. Тогда Чарли послала ему смс. В ответ пришло короткое сообщение, в котором Йен просил её быть осторожней. Он написал, что всё понимает, но она подумала, что, возможно, это всё не так и он говорит ей так, чтобы ей было легче. Чарли потёрла красные глаза, отодвигая от себя чашку остывшего напитка мутного зелёного цвета, в котором всё ещё плавал пакетик подозрительного дешёвого чая. Чарли поднялась с места и поплелась по ступенькам вниз, на проходную полицейского участка, чтобы выйти и подышать воздухом. В голове проскользнула мысль тихо отправиться домой, но совесть не позволила уйти, не попрощавшись. К тому же Скотта они так и не нашли. — Куда-то собралась? — Голос на спиной заставил Чарли остановиться. Она повернула голову. За ней спускался Мэтт, попутно натягивая на себя пальто. Чарли только сейчас поняла, что, выходя из участка, даже не взяла ничего накинуть на себя. На улице уже похолодало. Увидев, как Чарли ежится от холода и не решается выйти наружу, Мэтт поморщился, думая, стоит ли предложить своё пальто. Они остановились у двери. — Ты уже уходишь? — нарушила тишину Чарли. — А ты нет? — спросил он. — Мне казалось, меня никто не отпускал, — усмехнулась Чарли, смотря, как Мэтт медленно закипает от злости. — Я забыл, — признался он. Эванс так заработался, что действительно забыл, что в участке была Чарли. Он смотрел на неё, но в глазах не проскользнуло ни тени сожаления. Чарли уже давно смирилась с тем, что от Мэтта не нужно ожидать извинений. Она лишь вздохнула и небрежно указала рукой в строну двери. — Довезти тебя до гостиницы? — Чарли постаралась придать голосу спокойствие. — Я только пальто заберу. Эванс неопределённо, почти небрежно пожал плечами, давая Чарли сделать выбор. Кажется, она никуда не торопится, и он никуда не спешит. С минуту они стояли в полной тишине друг напротив друга, прежде чем Чарли с обречённым вздохом и чувством, что допустила ошибку, пошла за пальто. Они ехали вновь в полной тишине, словно два незнакомых человека, пребывая каждый в своих мыслях, пока машина Чарли не остановилась возле гостинцы, в которой горела пара окон. Мэтт отстегнул ремень и, не смотря на Чарли, произнёс совершенно будничным тоном: — Выпить не зайдешь? — Что я слышу, — усмехнулась Чарли. — Ты зовёшь меня выпить? Мэтт смотрел на Чарли совершенно серьёзно. И после недолгого молчания сказал совершенно уверенно, считая это весомым аргументом, чтобы соблазнить Чарли на выпивку: — День был тяжёлым. — Знаю, — произносит она, сомневаясь. Чарли открыла рот, чтобы отказать, но тут же замолчала. В мозгу замельтешили разные мысли, хаотичные и нестройные. На часах уже давно за полночь. Что с того, если она пропустит один стаканчик в баре? Вернётся домой тихо, Йен даже не узнает. К тому же он весь день общался с ней только по смс. Внезапное чувство обиды на Йена охватило Чарли, и она молча вышла из машины, давая понять, что согласна. Мэтт сдержал улыбку. Они поднялись по ступенькам, и Мэтт открыл перед Чарли дверь, пропуская внутрь. Чарли прошла мимо него, и Мэтт слегка коснулся её, отчего её сразу обволокло знакомое и сладкое, непреодолимое и опасное чувство, от которого необходимо во что бы то ни стало избавиться. — Не надо, — сказала она, отталкивая его. Мэтт усмехнулся, и Чарли залилась краской. Наверняка она расценила этот жест непристойным, Мэтт же и не думал о чём-то другом. Мэтт и Чарли прошли в гостиницу и, миновав пустую стойку регистрации, направились в ещё работающий бар. Чарли села за столик и подпёрла рукой голову, всматриваясь в окно. На улице темно, и горит лишь пара фонарей. Она словила себя на мысли, горели ли они в ночь смерти Анны точно так же. Мэтт вернулся к Чарли с разносом в руке. На нём — две пинты пива, солёные орешки и две тарелки с овощным салатом — единственное, что осталось в баре с вечера. Чарли почувствовала подступающий голод и уже была готова вонзить зубы в орехи. Мэтт поставил на стол еду и присел рядом. Они ели в тишине, словно люди, которые никогда не были знакомы. Будто бы кто-то из них просто подсел в другому, потому что было свободное место. Когда Мэтт почти залпом осушил пинту, он попросил виски. Чарли, которая сегодня даже не притронулась к пиву, с укором бросила взгляд на Мэтта, и ей показалось, что она видит в его глазах вину. — У меня в голове всё смешалось, — быстро сказал он, словно оправдываясь. — Никак не могу собраться с мыслями. Да, чёрт побери, чёрт побери, я не знаю, что делать, — наконец признался он и тяжело вздохнул. Чарли впервые увидела, что он действительно устал и не знает, что делать. И она удивлена. Это дело было не самым сложным в его карьере, но сейчас, в этом крохотном городке, где убийц найти было намного легче, чем в Эдинбурге, он просто в тупике. Он просто устал. — Соберешься с мыслями – сообщи. А пока я хочу спокойно поесть, — сообщила ему Чарли, стараясь придать голосу твёрдость и уверенность. Как её учили. Она прекрасно знала, что нельзя давать Мэтту раскиснуть. Он усмехнулся и в несколько больших глотков быстро выпил виски, невольно содрогаясь, когда огненная жидкость обожгла горло и побежала по пищеводу. Чарли почувствовала волнение и отпила пиво, следя за Мэттом. Он, не доедая салат, поднялся с места. Ноги его ещё держали, и после выпивки он кажется вполне трезвым. В отличие от Чарли. Её внутреннее волнение только наросло, когда она вспомнила, что за рулём. — Кажется, я за рулем, — вдруг сказала она, понимая, что к моменту, как она доберётся до дома по первым заморозкам, алкоголь ещё не выветрится. И ей будет очень стыдно, оттого что её могут лишить прав. Впервые ей действительно стыдно и страшно. Мэтт с мгновение внимательно изучал её лицо. Затем, словно вынужден был это сделать, вздохнул. — Ты можешь ночевать у меня. Из уст Чарли вырвался нервный смешок. — Серьёзно? — усмехнулась она. — Ты и я? — Её голос от волнения зазвучал звонче. Мысль о том, что она останется на ночь у Мэтта, пугала и соблазняла одновременно. Чарли слишком устала, чтобы сопротивляться. — Ты можешь снять номер, — предложил Мэтт, прекрасно понимая, что это вряд ли возможно. Они вышли к стойке, но никто так и не пришёл. Эванс кинул на Чарли свой уверенный взгляд. Она уверен в том, что хочет, чтобы она пошла с ним. Как раньше. Просто потому, что им обоим нужно побыть теми, кто они есть. Просто потому, что они устали и им нужна разрядка. Она знает об этом, так же как и он. Чарли понимает его, но всё ещё сомневается. — Мне не нравится, как ты на меня смотришь, — усмехнулась она, продолжая подниматься за мужчиной. — Если об этом кто-то узнает... — То будет повод для сплетен в этом сонном городке, — усмехнулся Эванс, доставая ключ. — Видишь, как будет весело? Наконец-то о тебе будут говорить. — Я сейчас просто развернусь, — пригрозила Чарли, хотя понимала, что выглядит это по-детски глупо. Она тут же пододвинулась ближе к двери и Мэтту, словно её тянула к нему невидимая верёвка. Мэтт открыл перед ней дверь, но Чарли не решалась войти, она захотела сказать ему, что передумала, но не смогла. Чарли попыталась сглотнуть, но появилось такое ощущение, будто язык распух и едва ворочался во рту. Выражение его лица стало мягче. Заходя в комнату, Чарли услышала, как за Мэттом закрылась дверь, и мгновенно вздрогнула. Она почувствовала себя как раньше. — Я буду спать поверх одеяла, ты под. — Мэтт прошёл в номер, снимая галстук и бросая его на кровать, расстегнул рубашку. Чарли прикусила губу. Конечно, Мэтт не такой сильный и красивый, как Йен, но это тело она тоже когда-то желала. — Ты всегда знал, как привести меня в чувство, — зачем-то сказала она, и Мэтт остановился у окна, задёргивая плотные красные шторы. Чарли смотрела на его рубашку, не в силах оторвать взгляд от пуговиц. Их шесть штук, белые. Две верхние уже расстегнуты. Чарли подошла к Мэтту, и тот, замерев на месте, едва ли сдержал победную улыбку. Он хотел этого, вот только теперь он не двинется с места, чтобы дать Чарли самой сделать ошибку. Она провела рукой по его рубашке и расстегнула следующую пуговицу. Её рука скользнула ему под рубашку, чуть пониже ключицы. Грудь всё та же. Она заросла мягкими чёрными волосами, они всё так же обвиваются вокруг её тонких пальцев. Взгляд Мэтта бегал по её лицу, а её взгляд следовал за рукой. От Чарли пахло тёплым шоколадом, орешками и чём-то ещё, и этот запах почти сводил его с ума. Чарли вдохнула запах Мэтта. Пиво, виски, сигареты. Она старалась не думать ни о чём, и какая-то неведомая сила тащила её к нему всё ближе и ближе. Мэтт наклонил голову и осторожно коснулся губами жилки, всё быстрее бьющейся у неё на шее. Эванс произнёс её имя, и спали последние оковы, мешающие им. Неожиданно Мэтт повернул её кругом, спиной к себе, когда Чарли попыталась его поцеловать. Чарли смотрела на штору, чувствуя, как обеими руками Мэтт берёт её за талию. Он поцеловал Чарли в шею, и она закрыла глаза. Руки его блуждали по спине Чарли, расстегнули лифчик, и ладони накрыли груди. Чарли запрокинула голову, неразборчиво бормоча, что они совершают ошибку. Мэтт сделал вид, что не слышит этого. Алкоголь ударил в голову. Он спустил с неё брюки, рука его скользила по бедрам, заползла между ними и раздвинула ноги, которые, кажется, дрожали. Чарли дёрнулась, когда пальцы Мэтта проникли внутрь. Она судорожно ловила воздух ртом, наклоняясь вперёд. Когда Эванс расстегнул молнию на джинсах, из груди Чарли вырвался стон, похожий на жалобный клич. У неё был шанс остановить его, но вместо этого она лишь наклонилась ещё сильнее. Сначала он проникнул совсем неглубоко, двигался короткими, быстрыми толчками, но это кажется им обоим очень мало, и он толкнулся сильнее и глубже. Чарли слышала его тихие стоны, отчего только сильнее чувствовала, как нарастает возбуждение. Она скучала по этому телу. Мэтт наращивал темп, и она едва постанывала, что сейчас кончит, и Мэтт остановился, гладя её спину, дожидаясь Чарли. Она содрогнулась, чувствуя огромное облегчение; всё тело отдыхало, всё до кончиков пальцев. Мэтт кончил следом и невольно улыбнулся, закатывая глаза. Чарли повернулась к нему. Она потянулась к его губам, и он подарил ей короткий поцелуй, сплетая языки. Затем направилась к кровати. Села на неё, оперлась спиной на спинку и, стянув с себя остатки одежды, опустилась на него сверху. — Ох, как мне тебя не хватало... — с улыбкой сказала Чарли, сдерживая стон, чувствуя член мужчины. Эванс усмехнулся и бросил на Чарли быстрый взгляд, взял за бедра и насадил на себя ещё глубже. — Ох, Мэтт, — снова простонала Чарли. Они оба не проявляли желания торопиться. Некуда спешить. Чарли забыла обо всём. На этот раз они делали всё медленно, стараясь продлить сладострастные минуты, и лишь потом, когда оба удовлетворились, упали на кровать. Мэтт лежал на спине, а она сверху. Он поглаживал её, Чарли чувствовала, как его горячая и потная рука медленно скользит от ягодиц к шее и обратно. Так они лежали несколько минут, прежде чем Мэтт открыл рот. — Нам надо решить, что делать, — сказал твёрдо Мэтт так, словно пару минут назад ничего не случилось. Эти слова вернули Чарли к реальности, и она вспомнила всё, отчего её сердце сжимается. — Да, надо, — выдавила она, в глубине души надеясь на другие слова от него. — Он не мог уехать так далеко... Пока Эванс принялся рассуждать о деле, Чарли почувствовала, что слёзы так и норовили появиться, и, чтоб унять их, начала усиленно моргать, а потом встала с постели и надела его рубаху. — Не мог далеко уехать. Мы его найдем, — кивнула она в знак согласия. — Обязательно. Он улыбнулся. Выглядит посвежевшим, лицо светлое и открытое, как у мальчишки. Он посмотрел на часы и встал. — Ты останешься здесь? — спросил он. — Могу уехать, — сдавленно ответила Чарли. Она уйдёт. А потом всё вернётся на круги своя. Всё будет опять как обычно. Как обычно. Как обычно – это хорошо. Как обычно – это прекрасно. «Как обычно» означает, что они с ним снова станут бывшими любовниками, коллегами по работе, и ничего более. «Как обычно» – значит, что Йену никогда в голову не придёт, что она ему изменила. «Как обычно» – значит он уедет обратно в город, и всё будет как обычно. Он уедет. Эта мысль пробудила в Чарли желание толкнуть его на кровать и снова взгромоздиться на него сверху. — Спасибо, забирай свою рубаху, — обиженно сказала она и, через голову стянув её, протянула Мэтту. Он медленно оглядел бывшую жену с головы до ног, ловя себя на мысли, что её новая фигура с парой лишних кило пошла только на пользу. Чарли закусила губу и внимательно наблюдала за его действиями. Ждала. И, когда он прижал её к себе, она вздохнула с облегчением. — Оставь ты в покое эту чёртову рубашку. Руки его начали блуждать по телу Чарли, ласкать спину, шею, трогать волосы на затылке, потом снова сползли вниз. — Ты моя, — уверенно сказал он, трогая её груди. — И всегда была, понятно? Он взял руку Чарли и положил между её ног, поцеловал в шею, и Чарли словно вся вытянулась, став выше ростом. — Ты жадный, — простонала Чарли. Больше она не сопротивлялась, и только через час они заснули на мокрой и смятой постели, совершенно обессиленные.