Холодное блюдо...

      Прежде, чем приступить к голосованию, дали слово обоим кандидатам. Андрей готовил эту речь, Сашка же был выбит из колеи.       — Итак, мое предложение состоит в том, чтобы наша компания больше не являлась жалкой копией западных Домов Мод. У нас есть прекрасная возможность для продвижения торговой марки «Зималетто» на отечественном, а в дальнейшем и на зарубежном рынке. В компании работает потрясающий коллектив людей, преданных работе. Я знаю компанию до молекул. Именно поэтому я прошу вас поверить в наш проект. Пожалуйста, дайте нам шанс.       — Любые революции опасны последствиями. Именно поэтому я предлагаю не устраивать революций, а дальше катить по накатанной колее. Прошу проголосовать за мой план. Иначе последствия Андрюшиной революции приведут к необратимой катастрофе.       «И ты даже не представляешь какой», — подумали сразу три члена совета директоров.       — Я понимаю желание Андрея изменить компанию, перестроить ее и начать производство собственной линии. Мне тоже приходило подобное в голову. Но мне не хватало решимости сделать этот шаг. Поскольку это очень рискованный шаг. План Александра мне ближе. Я голосую за Александра Воропаева, — Павел поднял руку. Марго посмотрела на него с удивлением, ведь он обещал голосовать последним.       — За Сашеньку, — проголосовала Кристина.       Марго не подняла, Марго выбросила руку вперед, качая при этом головой от недоумения и обиды и пристально глядя на мужа, — Андрей Жданов!       — Андрей, — сказал Малиновский.       — За Андрюшу, — покачиваясь на стуле проголосовал Милко, гениальный модельер и скандалист.       — За Александра Юрьевича, — поднял руку Урядов. Да, он любил порядок и очень не любил перемены.       Сейчас очень важно было, чтобы первой проголосовала Кира, пойди знай, что она выкинет после голосования Катюши. Андрей посмотрел на невесту, приглашая ее голосовать, и она проголосовала, глядя прямо Андрею в глаза.       — За Андрея.       — Андрей Павлович, — Катя завершила голосование.       Раздались аплодисменты, но Павел их остановил. Сашка сидел раздавленный и Жданов-старший снова стал сыпать сахар в облатку.       — Если план Андрея не сработает, через год он должен добровольно покинуть кресло президента и уступить его Александру.       — Я потеряю целый год, а потом мне придется вытаскивать наше предприятие из болота, — с лицом великомученика сказал Сашка.       — Друзья мои, — вмешался Павел, — Совет решение принял! Я прошу тебя, Саша, успокоиться. Итак, согласно постановлению совета директоров, руководство компанией передается Андрею Павловичу Жданову.       И, пока в конференц-зале творился невообразимый шум с поздравлениями, сочувствиями и прочими репликами, Катя незаметно выскользнула в холл и набрала Аню.       — Мы победили.       — Ура! Бросай все и встречаемся возле салона «V.I.P».       — Аня, у меня, правда нет денег.       — Ничего, я тебе одолжу.

***

      Андрей не был зол, Андрей был убит. Отец не мог не понимать, что его план спасителен для компании, но даже при этом он голосовал сам и призывал других голосовать за Сашку. Отец предал его, как предал когда-то Ёлку. Это из-за него она мертва. Сейчас он пытался убить и сына. «Ничего не получится, папа. Я тебе не семнадцатилетняя Ёлочка. Меня не так-то просто убить», — думал Андрей. В двери постучали.       — Да, войдите.       — Андрей, мне нужно с тобой поговорить.       — Нам не о чем говорить, папа. Поговорим через год, когда ты запланировал передать руководство компанией Воропаеву.       — Нам есть о чем говорить, Андрей. Ты должен меня понять…       — Я ничего тебе больше не должен. Когда-то я уже послушал тебя и Ёлки больше нет, больше я тебя слушать не буду. Ты предал меня сегодня, отец. Зная, что мой, а не Сашкин план лучше, да какое там лучше. У Сашки вообще плана не было, но как изящно ты его защищал, принижая и давя меня, как катком.       — Андрей, я прошу тебя понять меня, я поклялся на могиле друзей, что не оставлю их детей. Понимаешь? Поклялся!       Андрей вдруг стал спокойным и даже ироничным.       — Поклялся, говоришь? На могиле? И что, это может оправдать любое действие? Даже если оно направлено против сына, или против… отца, или против любого другого близкого человека? Ладно, запомни эти свои слова, отец. Придет время и я тебе их напомню. А сейчас я пойду праздновать свою победу. Тебя не приглашаю, извини. Я буду праздновать с теми, кто рад моему назначению. До свидания, отец.

***

      Андрей с Ромкой сидели в ресторане «Турандот» и ждали Анечку с Катей. Те опаздывали уже на полчаса.       — Нет, ну, что себе вообразили наши королевы. Одна — не то жена, не то соломенная вдова и другая — королева красоты. А мы с тобой, одни из самых завидных женихов столицы, сидим их и ждем, как английскую королеву. Я жрать хочу!       — Ну, так жри, дражайший мой супруг, жри и молчи, раздалось у самого его уха.       Ромка обернулся, Андрей поднял голову на говорившую и оба застыли соляными столбами. У стола стояли две девушки.       Одна повыше, блондинка с густыми прямыми волосами, стройная и спортивная, с ногами от ушей, правый глаз ее закрывала длинная скошенная челка. Блондинка была одета в маленькое черное платье «а-ля Коко Шанель», скошенное на одно плечо обнажающее второе, подпоясанное черным же широким поясом с красивой пряжкой, черные туфли на очень высоком каблуке и белый клатч завершали этот невероятно сексуальный образ.       Другая пониже, шатенка с вьющимися волосами, красивыми волнами спадающими на ее оголенные плечи, была хрупкая, тонкая и миниатюрная, как статуэтка, в классическом платье «babette» цвета морской волны, с корсетным лифом и расклешенной юбкой доходящей до середины икр, с широким черным поясом, отделяющим верх платья от юбки, в черных же туфлях на высоком каблуке и с маленькой черной сумочкой. Лицо девушки украшали очень изящные очки в чуть заметной, тонкой оправе. А на зубах и намека не было на брекеты.       — Ну, так что, мальчики? Стоило нас ждать? Или мы пойдем поищем кого-то более галантного?       — Катя? — в два голоса спросили «мальчики», глядя на девушку, что пониже.       — Катя, Катя, — ответила им за нее Анечка, — И Дашенька давно ее разглядела. Это только такие, как вы, слепы. Ну, что, может предложите нам присесть? Выпить аперитив? Алло, мальчики, приходите в себя!       Праздновали назначение Андрея бурно, рассказывая Анечке подробности заседания совета директоров, перебивая и дополняя друг друга. Эту почетную роль рассказчиков Катя беззвучно передала Ромке и Андрею. Сама же молча, с доброй улыбкой следила за происходящим. Ей было хорошо, ей было тепло и уютно в компании этих людей, так стремительно ставших ей почти родными.       Единственное, что омрачало Катюше праздник, так это постоянно звонивший Ждановский мобильный. Да еще какая-то непонятная тревога, не дающая расслабиться. Она даже не сразу услышала, что к ней обращается Андрей.       — Катенька, о чем ты задумалась? Ты едешь к нам? Нужно все обсудить и наметить план действий, — и тихо, на ушко, — ты сегодня прекрасно выглядишь.