Ангел Мщения

      Ужасно жарко, пот тонкими струйками стекает по обнажённой спине парня, раздражая недавно полученные раны. От них останутся шрамы, но их у него и так много. Белые тонкие полоски уже затянувшихся старых ран и совсем свежие, которые он получил за несколько месяцев, что провел в этой темнице. Горячий, сухой воздух обжигает легкие, ничуть не заглушая ту боль, что разносится по всему телу, а только делает ее более мучительной.       Тартар. Ужасный, мрачный, далеко не дружелюбный Тартар. Снова. Только в этот раз он здесь один. Один в могильной тишине. Наедине со своими воспоминаниями. Они вырываются из подсознания, делая его мучения еще болезненней, но только не для тела, а для души.       Душа болит, напоминания, что она еще жива, что еще не все потеряно.       «Перед последней битвой с Геей, в лагерь приходит юноша. Он говорит, что сюда его послал Посейдон, чтобы он помог Лагерю справиться с угрозой, нависшей над ним. Директора ему верят. Он остается».       Как же звали того парня, Перси не помнит, но, кажется, если увидит, обязательно вспомнит имя.       «Через неделю в лагере уже все знают новенького. Друзья Перси стали проводить с ним больше времени. Даже Аннабет. Наверное, только Кларисса проявляла к сыну Посейдона все тот же интерес. Давняя вражда давала о себе знать. Девушка не обращала внимания на этого парня. Она все так же пыталась утереть нос Перси».       Джексон потерял счет времени. Он не знал какой сейчас год, не знал сколько пробыл здесь. Он знал, что каждый день приходит его мучитель, вновь и вновь. Мучитель, который так желает ему отомстить. И Перси помнит и знает за что.       «Последняя битва с Геей. Перси уже стал изгоем в Лагере Полукровок. И Кларисса не упускает возможности подколоть полубога по этому поводу. Она единственная, кто разговаривает с ним. Пусть и в такой изощренной манере. Все переметнулись к …. Сын Посейдона уже давно начал подозревать что-то неладное. Но понять что, и доказать, что в этом виноват именно новичок, он не мог».       Да как же его звали?! Внутреннее чутье подсказывает Перси, что скоро придет его тюремщик. Он пытается затолкать эти воспоминания подальше. Но его ждет провал. Как бы он ни старался. Всегда, когда он приходит в себя после очередного избиения до полусмерти, они возвращаются. Как будто кто-то специально вытягивает их на поверхность, чтоб помучить пленника еще раз.       «Гея повержена. Пайпер, Джейсон и Лео сделали свое дело на отлично. После чего Вальдес пропал. Никто не знал, что с ним, где он. Известно было только одно: Лео жив, это им сказал Нико, а слова сына Аида оспаривать не приходиться. Перси не видел Аннабет после сражения. Не видел он никого из своих друзей. Кроме Ла Ру. Это было очень подозрительно. Уже вечером все те кого Перси считал друзьями нашли его сами. Он сидел на берегу Лонг-Айленда и просто смотрел на равномерное перекатывание волн.       — Перси Джексон, ты обвиняешься в предательстве, — говорил новенький. Все остальные внимательно слушали, а Аннабет кивала, подтверждая слова …. Рука этого подонка по хозяйски покоилась на талии его девочки. — Поэтому ты изгоняешься из Лагеря Полукровок.       Перси ничего не успел сделать, ничего сказать в ответ. Ему казалось, что именно это должно было произойти рано или поздно. Около него разверзлась земля. Трещина была очень глубокой, сказать, сколько до дна было невозможно. Воздух засасывался в нее с такой силой, что она спокойно засосала бы Перси, если бы он не сопротивлялся потоку.       — Последнее слово, — новенький скривил губы в ужасно-противной ухмылке. Перси посмотрел в глаза Аннабет. В них был только холод и презрение. Больше ничего. Эти серые глаза резанули по сердцу, оставив на нем глубокий незаживающий шрам. Подонок махнул рукой, и поток воздуха усилился, затягивая с собой полубога. Перси уже не сопротивлялся, он дал воздуху завладеть собой и утянуть его в трещину».       Эта трещина вела в Тартар. В самый его центр. Во дворец, или просто в убежище титанов. Не самое приветливое место, особенно, если там обитают те, кто из-за тебя вновь попал в эту тюрьму, без надежды выбраться на белый свет вновь.       Глаза Аннабет причиняли большую боль, чем все пытки Кроноса. Эти серые, когда-то любимые глаза, смотрящие на него с презрением, навсегда отпечатались в его сознании и не давали ему покоя, когда он бодрствовал и не переставали преследовать его, когда он был без сознания.       Перси услышал шаги. Кто-то подходил к двери его камеры. Как он и думал, Кронос пришёл скоро. Заскрипел замок. Дверь отворилась. Полубог поднял голову, надо же сохранять хоть какое-то достоинство. Но на пороге стоял не Кронос. Нет. Это был кто-то другой.       — Перси Джексон, сын Посейдона и герой Олимпа. Что же с тобой сделалось? — мужчина покачал головой, как бы коря за это самого Перси.       — Что тебе надо? — выдавил из себя парень. Каждое слово причиняло боль.       — Ты, — пришелец пожал плечами, как будто другого ответа и быть не могло. — Мне нужен великий Перси Джексон. Мне кажется, тебе уже надоело болтаться здесь, прикованным к стене, — дождавшись утвердительного кивка, он продолжил. — У меня к тебе предложение: ты идешь со мной и живешь полной жизнью и работаешь на меня или остаешься гнить здесь.       — В чем заключается работа? — гость давил на те места, которые больше всего болели. — И кто ты?       — Не все сразу. Я Эрин, бог…       — Мщения, я в курсе. Встречался с твоей мамаше. Та еще стерва, — в Перси проснулась давно погасшая привычка язвить в опасной для жизни ситуации.       — Да ты еще утратил способность шутить. Мне бы такой характер. А работа заключается в том, чтобы мстить от моего имени. Ты будешь, можно сказать, богом мщения… — дальше Эрин что-то еще говорил, но Перси не слушал. Месть. Бог принес ему надежду, о которой тот уже забыл. Забыл, что это вообще такое — надеяться. А сейчас он предлагает Перси работу, в которую будет обязательно входить месть.       О да, он отомстит. В первую очередь этому парню, новенькому… Гринли. Перси вспомнил, как его зовут. Лучше бы не вспоминал. Как Аннабет могла уйти к кому-то с таким именем?       — Я согласен, — ответил парень. В его уже потухших глазах зажглись искорки. Эрин хитро улыбнулся. Бог щелкнул пальцами, и цепи сковывающие руки Перси пали. Не имея больше поддержки и сил, парень упал на холодный пол, и, если бы не выставленные руки, он бы сломал себе нос. В следующее мгновение Перси почувствовал легкий бриз, почувствовал холодные капли на своей разгоряченной жарким климатом Тартара коже.       — Прости, амброзии у меня нет, но есть океан. Подойдет? — Эрин помог Перси подняться и довел его до воды.       Ноги парня окатила холодная морская вода, отчего сын Посейдона почувствовал прилив сил. Он зашел по пояс в воду уже без поддержки и нырнул. Вновь, словно впервые, почувствовав, то непередаваемое ощущение, когда тебя со всех сторон окружает вода. Приятно обволакивая и защищая. Раны на теле полубога начали затягиваться. Некоторые раны затягивались не до конца, оставляя напоминание о себе, тонкие белые полосы — шрамы.