Вор, но не злодей

      — Я просто хотела поймать тебя и все, — она мечтательно водила пальцем по подушке, украдкой наблюдая за мужчиной, — … но потом, я вдруг поняла, что ты другой… Гариан горько улыбнулся, он сидел на краю кровати, задумчиво смотря в окно.  — Как странно мы делим людей на добрых и злых, — Лин мечтательно улыбнулась, — ты согласен?       Эти слова эхом звучали в голове Гариана. Она призналась ему во всем, была честна до последнего слова. Но это только усугубляло ситуацию. Он все сидел перед её кроватью и смотрел как она спит. Слушал ровное дыхание, любовался тонкими и красивыми чертами лица. Она давно заснула, укутавшись в одеяло, а он, наоборот, метался как бешенный зверь в клетке.       Белоснежный лист бумаги сложенный пополам — это все, что смог он сделать. В нем было все его будущее и прошлое. Он не смог и уже не сможет признаться ей. Стоило лишь немного узнать её, коснуться её хрустальной души, как сам он стал противен самому себе до смерти. Все поступки и его дела, теперь казались ему бесполезными и мерзкими. Нет, ему стоит уйти, пока еще не поздно, хотя поздней уже некуда, но он не хочет тянуть этого ангела за собой прямо в ад. Поэтому он смог лишь написать письмо, где вся правда. До рассвета еще пару часов, он все сидел и смотрел на неё…

Дорогая, Лин

      Я знаю, что ты уже злишься, но прошу, дочитай это письмо до конца. Можешь ненавидеть меня за такой поступок, но я должен уйти. С самого начала, когда я увидел тебя в первый раз, я понял, что ты особенная, волшебная, самая лучшая. Ты всегда была доброй и отзывчивой, загадочно молчаливой и невероятно милой, всегда… прости меня, но я слишком злой и эгоистичный. Несмотря ни на что, я все равно взялся за свой мерзкий план, я думал, что сблизившись с тобой, я смогу добраться до Тирона.       Но знаешь, все пошло наперекосяк с самой первой минуты, когда я понял, что ты полностью изменишь мою жизнь, так и произошло. Я забыл про свой план, все мои мысли были лишь о тебе. Я знаю, ты не поверишь, но прошу в последний раз мне довериться. Я не совершал того преступления, и я не знаю, что там произошло. Умоляю, поверь мне, пусть все остальные думают, что я убийца, это не важно, лишь ты бы поверила мне, это важно.       Проблема так и осталась и я сам её решу, пусть даже придется убить Тирона. Он подставил меня, и теперь я изгой, только ты приняла меня… спасибо. Я избавлю тебя от всех опасностей: от себя и от Тирона. Я не смог признаться тебе в этом, прости, любимая. Неважно, что ты подумаешь, я все равно буду любить тебя.

Гариан.

 — Идиот! Яркий свет вспыхнул вокруг ладоней Лин, листок в мгновение вспыхнул и рассыпался в пепел.  — Дурак! — она в ярости ударила кулаком в стену и силы паладина вдруг стали настолько велики, что Лин пробила стену насквозь. На шум тут же прибежала Элькана, застав Лин в ярости разрывающей подушку.  — Сестра, — жрица света тут же обняла Лин, прижимая её к груди, — спокойно.  — Нет! Я не могу! Как так можно! — эльфийка вся пылала сиянием, — он идиот, понимаешь?!  — Успокойся, — Эль перепугалась за сестру, — объясни нормально. И тут Лин неожиданно зарыдала, упав на колени пред горсткой пепла, она начала бережно собирать остатки письма в ладонь.  — Нет, — слезы ручьем катались по щекам, — это все что осталось от него, нет. Она как сумасшедшая сгребала невесомые кусочки пепла, которые тут же рассыпались в её руках.  — НЕТ! Дура, я дура! Я все испортила, — она зарыдала с новой силой. Бессильно упав на пол, она закрыла голову руками и начала тихонько плакать. Элькана впервые видела Лин такой растерянной и обессиленной. Присев рядом она погладила девушку по спине:  — Лин, поговори со мной, прошу, — но девушка молчала, продолжая всхлипывать. Эль легла рядом и молча обняла свою сестру, которая тут же прижалась ближе. Лин не могла успокоится и даже поверить, что все это на самом деле.  — Он ушел, — спустя несколько минут заговорила Лин, — сказал, что так нужно, а я сожгла письмо, я дура…  — Нет, ты умная и самая лучшая сестра, — ответила Элькана.  — Ты не понимаешь, я думала, что теперь все будет хорошо, что у нас нет больше тайн. Вчера ночью он помог мне справиться с жаждой, понимаешь? А сегодня ушел… Элькана прекрасно понимала, что жажду магии, проклятье их народа, не так-то просто усмирить и контролировать.  — Но почему он ушел?  — Он хочет достать Тирона, отомстить, может, даже убить, — Лин шмыгнула носом, — почему он не сказал раньше? Элькана ничего не ответила. Их взаимоотношения нельзя назвать обычными, тем более теперь.  — Ну, он же обещал вернуться? — с тревогой спросила жрица. Лин вновь зарыдала, уткнувшись в шею сестры, Эль разозлилась на разбойника.  — У меня нет никого кроме тебя, — печально сказала Лин, — я думала, что нашла свою любовь.  — Он же человек, сестра, ты что? — с ноткой презрения сказала жрица, — сколько он проживет? Еще пятьдесят лет? И это максимум. И что потом?  — Ну и что? — с вызовом ответила эльфийка, — уж лучше быть счастливой столько, а после умереть, чем вечность томиться в одиночестве.  — Ты метешься между крайностями, — с тревогой сказала Эль, — неужели все так плохо?  — Ага, — ответила Лин, виновато уткнувшись в грудь сестры, — я уже не смогу забыть всего…  — Ох, Лин, ну почему? Почему именно он?  — Особенный, — прошептала она в ответ, — добрый в душе.  — Ну что теперь поделать, — печально сказала Элькана, — такова судьба.  — Не говори так, — Лин утерла слезы ладонью. И внезапно девушке стало страшно: она больше никогда его не увидит, не сможет заглянуть в его печальные глаза, насладиться басовитым голосом, почувствовать тепло его большого сердца, покраснеть от его властного и разоружающего взгляда… — Нужно действовать, — внезапно заявила Лин.  — Но…  — Никаких но, — паладин вспыхнула сиянием, — я не собираюсь просто сидеть! Элькана удивленно посмотрела на сестру, что-то в ней явно изменилось.  — Торин сможет нам помочь? Может быть, дело Тирона имеет несостыковки или еще что-то? — Лин уже собиралась в путь.  — И куда же ты отправишься? — жрица тревожно ходила в след за сестрой по дому.  — В Даларан, — уверенно ответила Лин, — и вы тоже прилетайте, как сможете, даже если зацепок не будет.  — Но, Лин… — начала было Элькана.  — Никаких но, — остановившись и пригрозив пальчиком, ответила эльфийка.  — Я твердо намерена вернуть моего… — Лин на секунду запнулась, — … мужчину.  — Ого! — Эль воодушевленно кивнула, — ну тогда ладно.       Таналиен отправилась в банк провидцев, в поисках мага, который бы открыл для неё портал в город магов. Наверняка, Гариан сделал то же самое, а значит времени у неё непозволительно мало. Однако прибыв на место, Лин не застала ни одного мага. Только огромные таурены друиды мирно беседовали о травах в углу и все, пустота полнейшая.  — А где все маги? — недовольно спросила эльфийка, забыв обо всех манерах приличия.  — Так вон же, мешок с костями, — сотрудник банка указал на темный угол, в котором сидел мертвец. Лин медленно подошла к магу, который немигающими угольками глаз смотрел в одну точку.  — Эй, уважаемый маг, — девушка помахала ему рукой, — Вы не заняты? Он ничего не ответил, подняв бутылку и за пару глотков осушив её, маг, наконец, взглянул на эльфийку.  — Ты красивая, — сказал он скрипучим голосом.  — Наверное, — Лин немного сбило с толку такое заявление, — мне нужна помощь.  — Мне тоже когда нужна была помощь, но, — мертвец злобно оскалился, — никто не помог, с чего бы мне изменять традициям?  — Потому что это очень важно, — дрожащим от волнения голосом ответила девушка, — вопрос жизни и смерти.  — Хех, — маг скорчил кислую мину, — не такая уж и большая ставка, как видишь, смерть не особо-то мешает.  — Да, я вижу, — Лин начинала терять терпение, — смерть не сделала Вас порядочнее.  — Да и ты не подарок, если честно, — обидным тоном ответил он. Лин окончательно потеряла терпение.  — Слушай ты! — обнажив меч, она вспыхнула голубым сиянием, — у меня нет времени смотреть, как ты тратишь свою нежизнь на тупые споры. Или ты сейчас же откроешь мне портал в Даларан или же я окончательно выбью из тебя последние остатки души, и ты умрешь уже навсегда, хотя мог бы сделать, как минимум, одно доброе дело в своей никчемной жизни!       Гробовая тишина повисла в банке, даже друиды притихли и с интересом наблюдали за разыгравшейся сценой. Маг угрюмо посмотрел на эльфийку и нехотя поднялся на ноги. Отряхнув со своей мантии пыль, он начал ритуал создания портала. Лин и сама не поняла, как так она осмелилась сказать такое, да еще и наставив меч на другого. М-да уж, видимо, влияние Хама и Лин друг на друга было взаимным и довольно ощутимым.  — Готово, — угрюмо пробубнил маг и отошел в сторону. Лин обернулась и увидела портал, в котором виднелись улицы светлого Даларана. Она собиралась уже было шагнуть вперед, но в последний момент остановилась. Девушка убрала меч в ножны и подошла к мертвецу, который стоял у стены, недовольно скрестив руки на груди и уставившись в пол. Маг поднял на неё печальный взгляд:  — Что-то не так? В ответ она подошла ближе и обняла его, крепко прижимая к себе:  — Спасибо, — прошептала она, — ты спас меня и моего друга.  — Пустяки, — он растерялся, дрогнув от теплых чувств, — ну, иди уже. Лин растворилась в портале под громкое улюлюканье друидов и смех управляющего.       Она бежала, продиралась сквозь толпу горожан, которые недовольно покрикивали на неё в след, но сейчас ей было без разницы чужое мнение. Лишь бы успеть. Влетев в знакомые казармы, Лин вихрем устремилась наверх, в кабинет ненавистного начальника. Огромная дверь с грохотом распахнулась, девушка зашла внутрь и рывком закрыла дверь обратно. Солдаты внизу аж вздрогнули от неожиданности. Лин сделала пару глубоких вздохов и лишь потом подняла голову, чтобы осмотреться. Она встретилась с удивленным взглядом Тирона, который, открыв рот, сидел за своим столом. Эльфийка мотнула головой, смахивая с лица золотистые волосы, успела все-таки!  — Таналиен… — эльф пребывал в шоке, — это ты.  — У меня новости: Гариан собирается Вас убить, — залпом сказала она.  — Эти новости совсем не новы, — он встал со своего места и подошел к Лин, — но меня больше интересует, с какого черта ты осмелилась явиться ко мне? Девушка вздохнула и только пожала плечами.  — Может быть, — обидным тоном ответила она, — я все это время пыталась выследить вора?  — Неужели? — он нахмурился, — по-моему, вы стали друзьями, не так? Он подошел еще ближе, девушка распрямила спину, задрав подбородок, эльф ухмыльнулся и наклонился к её лицу, но тут рука в латной перчатке уперлась в грудь начальника охраны, Лин с силой оттолкнула его.  — Я что зря гонялась за ним? — деловым тоном спросила она. Тирон недовольно зашипел, ошеломленный таким сопротивлением этой, как казалось раньше, смирной особы.  — Ты появляешься из ниоткуда и так неожиданно, — он совсем растерялся, — и говоришь о покушении… Как ты вообще узнала?  — Из первоисточника… — шепотом сказала девушка.  — И ты хочешь спасти меня от убийцы? — ликуя, спросил Тирон.  — Нет, — эльфийка нахмурилась, — я хочу остановить его.  — Это пустая трата времени, — Тирон заскрипел зубами.  — Я остановлю его, — решительно ответила она, — я хочу убедиться, что он НЕ убивал. Лицо эльфа поразила гримаса испуга, но он тут же закрылся маской гнева и злости. Эльфийка осмотрелась по сторонам и заметила в углу комнаты легкое дрожание воздуха, почти незаметное, значит, он уже был тут.  — У тебя нет доказательств, — шипя, сказал начальник охраны.  — Так значит, тебе есть что скрывать? — она довольно улыбнулась, — это ты сказал, не я. Она заметила, что Гариан начал двигаться, медленно приближаясь с Тирону со спины. Девушка замерла, боясь вздохнуть, сердце пропустило удар…  — Не надо, прошу, — едва слышно зашептала она, умоляюще смотря в сторону разбойника.       Гариан был близок к своей цели как никогда. Совсем скоро он наконец утолит свою жажду мести, но тут появляется Лин. Он вынужден отступить и ждать. И тут-то она вновь спутала все его карты. Он не ослышался? Она хочет помочь? Разбойник замер, закрыв глаза, все тело бьет мелкая дрожь… как же быть? Нет, Тирон должен умереть, и он начинает обходить эльфа со спины, он почти у цели. Но тут он видит её взгляд и едва шепчущие губы, — она пытается из последних сил удержать его.  — Ты не убийца, — слеза катиться по щеке девушки, — я верю тебе… Он в огорчении закрывает глаза, она права, как всегда. Он не убийца, тем более теперь, когда она излечила его душевные раны. Жизнь слишком жестока, но ничего не изменить, нет смысла, он больше не хочет мстить, даже такому ублюдку как этот поганый Тирон. Он снимает с себя маскировку и тихо произносит:  — Я не убийца, и никогда им не был… И тут же Тирон ударом своего молота отбрасывает разбойника к стене, Лин подбегает к Хамдерсу. Он тяжело дышит и, сжимая зубы, терпит ноющую боль во всем теле.  — Спасибо, — на выдохе шепчет он, нежно проведя рукой по её щеке, и тут же теряет сознание.       Лин встает, достает свой меч и грозно смотрит на эльфа. Он ухмыляется и, подкинув молот, бросает его в девушку, она в последний момент успевает увернуться, но тут же из ниоткуда возникает Тирон и наотмашь ударяет её латной перчаткой по лицу. Боль жуткая, но еще сильнее обида, за свою слабость и неуклюжесть. Недовольно тряхнув головой, она отшатывается в сторону и тут же отправляет ответный удар по наглому лицу эльфа. Раздается хруст и дикий мат Тирона. Она довольно наблюдает за тем, как струйка крови бежит из носа начальника.  — Тупая девка! — он хватает со стены щит и отправляет его в сторону Лин. От такой громадины она не успела увернуться, лишь закрыла лицо руками… а потом был удар и жуткая боль в груди. Она, задыхаясь, упала на пол, растеряно ища глазами свой меч, но над её хрупким телом уже навис Тирон. Еще один удар по лицу и она без сил падает на пол…  — Эй, охрана, где вы блять ходите? В камеру обоих! — последнее, что слышит эльфийка.       Она очнулась в темноте, жуткий холод пробирает до костей, все тело дрожит. Огромная тяжелая капля ледяной воды падает на её лицо откуда-то сверху. Лин с трудом садиться на жесткой койке и пытается осмотреться. Тьма постепенно отступает и она видит все больше: огромные прутья решетки, грязный пол, высокий потолок, грязное белье на кушетке, крысы в углу камеры… и тут она замечает Гариана в соседней камере.       Их специально посадили рядом, и лишь ржавые прутья разделяю их, девушка осторожно поднимается и медленно подходит к решетке. Его заковали, огромные цепи свисают со стены: руки закованы и стянуты кверху, ноги в кандалах. Слезы застывают в краях глаз девушки, она стискивает решетку до побеления пальцев, и протискивает, насколько это возможно, лицо между прутьев. Комок в горле мешает говорить и даже дышать.  — Гариан, — тихо зовет она, пытаясь не разрыдаться. Он вздрагивает и тут же дергается вперед, но цепи недовольно лязгают, удерживая его у стены. Разбойник медленно поднимает голову, туманным взглядом оглядываясь по сторонам. Увидев испуганное и грустное лицо Лин, он недовольно морщится и опускает голову.  — Зачем ты пришла? — охрипшим голосом спрашивает он.  — Захотела, — она всхлипывает, — захотела помочь тебе.  — Но не так же, — расстроено заканчивает он, — не нужно было приходить…  — Ты ничего не сказал об этом в письме, — она грустно улыбнулась, — вот я и опять полезла не в свое дело. Он поднял голову и вновь посмотрел на неё. Она замерла от его пронзительных глаз, наполненных сейчас сожалением.  — Я все испортил, — виновато сказал он, — прости.  — Но зачем было мстить? К чему это, скажи? — она сжала прутья сильнее, — почему ты не сказал всю правду раньше? Он молчал, опустив голову и тяжело дыша.  — Я эгоист и слабак, — прошептал он.  — Но ведь ты не воспользовался мной. Ты хороший, Гариан, ты добрый — она умоляюще смотрела на него, — взгляни на меня. Он поднял на неё свой взгляд, полный вины и раскаяния, как вообще он посмел родиться таким мерзким мыслям? И даже теперь, она тянется к нему, хочет вновь стать единым целым. А он до сих пор отрицает саму мысль об их союзе и счастливом будущем… глупец, как слеп он был все это время.  — Ты любишь меня? — неожиданно спрашивает она.  — Люблю, — отвечает он, смотря в её изумрудные глаза, — люблю больше жизни…  — И я тебя тоже, — она улыбается сквозь слезы, кусая губу, — всем сердцем.  — Ты поверила мне, моему письму! — вдруг осознав простую истину, пораженно сказал он.  — Дурачек ты мой, — заботливо сказала она, глядя на него.       В дальнем углу тюрьмы раздался скрежет засовов и скрип тяжелой двери. Огромная темная фигура медленно приближалась к ним, чеканя каждый шаг. Эхо шагов гулом разлеталось по камерам, отражаясь от сырых стен, холодок пробежал по спине девушки.  — Ну что, — властным голосом сказал Тирон, — настало время правосудия…