Слишком влюблен

Куроко скептично оглядывает в зеркало свою просторную белую футболку, потертые старые джинсы, кроссовки и невольно морщится. Он выглядит как обычный подросток, который идет гулять, но ему не очень хочется таким быть сегодня. Как и в другие похожие дни, впрочем. — Хватит пялиться на себя в зеркало, ты ведь не на свидание идешь, в конце-то концов. Тецуя нервно сглатывает, оборачивается и смотрит на брата, который спокойно стоит в дверном проеме. — Ты прав, да. Просто задумался о том, сколько уже эти джинсы у меня. Я ведь донашиваю их за тобой, — с легким укором говорит голубоглазый и поправляет очки. — Ладно уж, — слегка приподнимает уголки губ Маюзуми, — в выходные купим новые. Иди давай, Аомине небось ворчать будет. Куроко кивает и быстро отворачивается. Тяжело смотреть в глаза брата, когда вот так врешь ему. Тецуя не привык лгать Чихиро, но по-другому нельзя было, Куроко просчитал все варианты. Он выходит из квартиры, буквально слетает по лестнице, стараясь не упасть, и выходит на улицу. Уже вечереет, и пока он идет вдоль дороги, то буквально чувствует на спине взгляд Маюзуми. Как всегда, слишком беспокоится. Куроко сжимает руки в кулаки, пытаясь не думать об этом. У него это получается лишь когда он заворачивает за угол и попадает прямо в теплые объятия. В нос тут же ударяет такой знакомый и приятный древесный запах парфюма, который следует за своим хозяином везде и всюду, а щеку опаляет невесомый поцелуй. Тецуя чуть поворачивает голову, но уже поздно, и он лишь утыкается носом в чужую шею. Сейджуро всегда целует только в щеку, а голубоглазый не может не хотеть большего, хоть это и ужасно его пугает. — Привет, — Куроко наконец позволяет себе посмотреть на Акаши. — Я скучал, Куроко. — Прекрати говорить это вот так, Акаши-кун, — чуть ворчливо отвечает Тецуя, краснея. — Ты же знаешь, как это смущает. — Но я не хочу скрывать правду, — Сейджуро в притворном возмущении надувает губы. — К тому же, — он чуть прищуривает глаза, мгновенно нацепляя свою фирменную улыбку, — мне нравится, когда ты краснеешь. Это до жути мило. Куроко качает головой и дрожащей рукой поправляет очки, отворачиваясь от посмеивающегося Акаши. Иногда он забывает, насколько сложно находиться рядом с красноволосым. Все, что он делает, заставляет Куроко трепетать и ощущать прилив крови к щекам. Тецуя характеризует это, как влюбленность, но не уверен в правильности. Может, он просто заболел. Хотя, кто сказал, что любовь — это не болезнь? — Ты все еще не сказал ему, да? — вдруг серьезно спрашивает Акаши, когда они сворачивают в небольшую аллею рядом с дорогой. — Я не могу, — Тецуя качает головой и смотрит себе под ноги. — Он ведь не поймет, перестанет выпускать меня на улицу, ты ведь и так можешь догадаться, какими будут последствия. И вообще, — он вскидывает голову и с вызовом глядит на Сейджуро, — ты тоже не говоришь отцу. — Это другое, — Куроко тут же одергивает себя, видя, как вмиг тускнеют глаза Акаши. Зря он это припомнил. — Но я сказал Мидориме и Мурасакибаре. Хотя очкарик в курсе был, наверное, раньше чем мы, — Сейджуро пытается выглядеть сердито, но Тецуя замечает легкую улыбку на его губах. — Хорошо, — принимает аргумент Куроко, — тогда я сегодня скажу Аомине-куну. В конце концов, я уже какую неделю якобы с ним в баскетбол играю, — Тецуя снова хмурится, чувствуя неприятное ощущение в груди. Он тут же успокаивается, когда Акаши берет его за руку, переплетая их пальцы.

***

— Где ты был? — с ударением на каждое слово тихо спрашивает Маюзуми, как только Куроко появляется на пороге. Сердце Тецуи совершает кульбит и быстро падает вниз. Он замирает, все еще чувствуя прикосновение губ Акаши к его щеке, и не знает что делать. — Я же говорил, — также тихо отвечает он, пряча руки за спиной. — Час назад звонил Аомине, — Куроко вздрагивает на этих словах, ошарашенно смотря в пол. — Спрашивал тебя, чтобы узнать задание по литературе. И ни о каких играх в баскетбол с тобой он слыхом не слыхивал, — Маюзуми старается, чтобы голос не сорвался, но выходит паршиво. — Ты врал мне все это время, Куроко. И я хочу знать, почему. Тецуя чувствует, как на глаза наворачиваются слезы, и он быстро смахивает их, чтобы очки не намокли. Не так он планировал все рассказать брату. Он смотрит на Маюзуми и видит, насколько тот обижен, пусть это было трудно заметить, но Куроко знает своего брата слишком хорошо. Он делает глубокий вдох и медленно выдыхает, смотря в пол. — Я был на свидании. Брови Маюзуми в удивлении взлетают вверх. — Чего? — злость медленно сходит на нет, и Чихиро не знает, куда себя деть. — Но с кем? Почему ты раньше не мог сказать? Куроко нервно мнет в пальцах край своей футболки и все еще не смеет посмотреть на брата. — Потому что ты бы не отпустил меня, — он поднимает голову. — Я встречаюсь с Акаши-куном. Чихиро думает, что быть в еще большем шоке он не может, но вот. Осознание медленно приходит к нему вместе с яростью. Он недовольно цокает языком и хмурится, скрещивая руки на груди. — Что ж, в одном ты был прав: больше ты не выйдешь из дома один. А с этим, — он голосом выделяет последнее слово, намекая на Акаши, — я поговорю отдельно. О чем ты думал вообще? — повышает голос Маюзуми, сжимая челюсти так сильно, что Куроко кажется, будто он вот-вот сломает зубы. — Встречаетесь? Типа, как парочка, да? Куроко, как ты мог только думать, что все это правда и, к тому же, совершенно нормально?! Тецуя не отвечает. Слова Чихиро доходят до него словно сквозь толстый слой ваты. Все это жутко достало. Он чувствует себя взбунтовавшимся подростком, когда молча идет к себе в комнату и запирается там, сидя в темноте. Брат не понимает его, не хочет понять, и это было более чем неприятно. Хотелось увидеть Акаши прямо сейчас, убедиться снова, что слова Маюзуми пусты и бесполезны. Но Куроко только поджимает губы, чтобы не расплакаться, и набирает номер Аомине. Дайки также сильно удивился этому событию в жизни Тецуи, но осуждать даже не думал. Лишь тысячу раз извинился, поняв, что натворил сегодня и как подставил друга. Однако и пожурил Куроко за то, что тот не сказал ему раньше. — Ну, как ты? — наконец тихо спрашивает Аомине, успокоившись. — Я не знаю, — шепотом отвечает Куроко. — Не думаю, что Маюзуми-сан скоро примет все это, но он не в силах что-либо изменить, поэтому все лишь немного усложнится и не более. Но я буду рассчитывать на твою помощь в случае чего, Аомине-кун. — Без проблем, Тецу, ты же знаешь! — весело кричит в трубку Дайки, и голубоглазый даже позволяет себе улыбнуться. — Спасибо. Они прощаются, и Тецуя снова остается в тишине. Все станет чуть-чуть сложнее, это да. Но он и представить не мог, что вся его жизнь превратится в какое-то негласное сражение между его парнем и собственным братом.