Аджосси?

      Я еще долго сидела у подножия кровати, анализируя все события, что произошли со мной за эти несколько дней пребывания на Бали. Винс - это Зико. Значит, он постоянно был рядом, был в курсе всех наших идей. Пока шеф разрабатывал план по его поимке, Зико преспокойно держался рядом в образе Винса, и наверное, вдоволь потешался над нами. К чему был весь этот маскарад и прогулки на яхте? Зачем нужно было меня похищать? Наверняка, сейчас вся полиция на ушах из-за пропажи престарелой туристки из Кореи.       Мои размышления прервал звук открывающейся двери. Откинув занавеску, я заметила невысокого роста смуглокожую туземку, что вошла в комнату в ярком саронге и бирюзовой блузе, подпоясанной красным тонким поясом. Девушка изящно несла на голове поднос с тарелками и кувшином с соком. Еще по дороге до отеля я дивилась тому, как местные жительницы таскают грузы на голове, будь то охапка фруктов или тюки с одеждой. Невероятно, как им удавалось так спокойно нести и не уронить свою ношу наземь.       Незнакомка поставила поднос на стол и с улыбкой глянула в мою сторону.       - Здравствуйте, - на ломаном английском заговорила она, - меня зовут Ни Ваян, я принесла для вас ужин.       - Спасибо, - кивнула я в ответ, - но сначала я хотела бы переодеться.       - Господин предупредил, что вам понадобится одежда. Вы не против саронга?       - Только если вы мне поможете, - пожала плечами я.       - Без проблем, - улыбнулась девушка и вышла за дверь. А я встала со своего места и направилась в сторону столика. Сейчас, в спокойной обстановке, когда мне ничто не угрожало, я подробнее разглядела апартаменты, в которых находилась. Это была просторная комната, выполненная в спокойных оливково-зеленых тонах. Одна стена была увешена различными картинами и мозаикой с этническими узорами и орнаментом, вдоль другой – располагались массивные деревянные стеллажи с различными предметами, керамическими фигурками и посудой. Образ Зико, как коллекционера и ценителя искусства совсем не укладывался в моей голове. Слишком сильным во мне было убеждение, что он невоспитанный, дерзкий преступник, который может унизить и причинить боль. Но снова Винс непрошено возник в моей памяти. Его учтивая спокойная речь, мягкие жесты и сдержанность в который раз смутили меня. Какой же Зико на самом деле? А вдруг, он без маски — это всего лишь игра, а в образе Винса он явил свою истинную суть?       Я присела на мягкий диван, что стоял напротив огромного во всю стену окна, закрытого плотными бежевыми ставнями. Интересно, какой пейзаж наблюдает Зико, когда сидит здесь и смотрит в окно?       - Я принесла вам саронг, - послышался голос за спиной. Ни Ваян стояла у дивана, держа в руках черную ткань, на которой выделялись ярко-голубые цветы.       Я встала со своего места и подошла к девушке.       - Мне не удалось подобрать для вас блузу, потому что они все прозрачные, и у меня нет для вас нижнего белья, поэтому если вы не против, то я закреплю на вас саронг, как платье.       У меня все равно не было выбора, я кивнула в ответ. Девушка расправила саронг, что представлял собой длинный прямоугольный отрез тонкой хлопковой ткани.       - Возьмите саронг и приложите его к спине, вытянув два края вперед.       Я без стеснения скинула простыню, увидев, как стыдливо опустила глаза девушка, а я сделала все так, как она сказала.       - Готово.       Ни Ваян не поднимая головы, протянула мне деревянную лакированную пуговицу размером с пол-ладони:       - Вставьте оба верхних конца саронга в разные отверстия этой броши и затяните ее к груди.       Взяв деревянный аксессуар из рук служанки, я последовала ее совету и вскоре, саронг приобрел форму сарафана без бретелей, что свободным шлейфом спускался чуть ниже колен.       - Так все просто, - удивленно воскликнула я, расправляя складки своего одеяния. Ни Ваян оглядела меня с ног до головы и улыбнулась:       - Вам идет этот саронг, только позвольте мне кое-что поправить.       - Конечно, - кивнула я, а девушка подошла ко мне ближе, взяв верхний край ткани она чуть подвинула саронг, так что деревянная брошь оказалась чуть в стороне, затем она взяла два свободных конца саронга, что были продеты сквозь пуговицу и завела один под мышку, а второй накинула на плечо, связав их между собой, отчего получился рукав, что мягкими складками скрывал плечо.       - Так намного лучше, - улыбнулась девушка и, глянув на поднос, что стоял на столике в центре комнаты, произнесла, - а теперь перекусите и выпейте сок, он из свежих фруктов и может быстро испортиться.       - Спасибо, Ни Ваян, - кивнула я в знак благодарности, - я бы хотела помыть руки перед едой.       - Конечно, идемте за мной, - девушка направилась в сторону выхода, и я последовала вслед за ней. Мы оказались в небольшом коридорчике с двумя дверями. Одна была напротив, другая - с левой стороны.       - Вот сюда, - указала рукой Ни Ваян на дверь, что находилась напротив, - если вам что-то понадобится, в комнате на столике есть телефон, нажмите на кнопку с цифрой один, и я вам отвечу.       - Спасибо, - прошептала я, а девушка кротко склонив голову, скрылась за дверью. Я услышала, как щелкнул замок. Чтобы ни говорил Зико, но я в этом доме все равно пленница.       Зайдя в просторную ванную, я узрела на стене большое зеркало в массивной деревянной раме с резным орнаментом. Подойдя ближе, я глянула на свое отражение. Саронг и правда был невероятно красив. Голубые цветы были настолько яркими, что, казалось, они светятся на черной ткани. Весь вид портила маска аджумы, что плотно прилипла к лицу и болезненно стягивала кожу, да и глаза раскраснелись от линз, которые вызывали неприятную сухость и зуд. Я подошла к умывальнику и поддела край искусственной кожи, тихонько стянув маску с лица. Промыв лицо и руки теплой водой, я сняла линзы с глаз, окончательно преображаясь в свой обычный облик. Только сейчас я поняла, как устала от всех этих игр и переодеваний, скрываясь за маской я теряла саму себя, словно растворяясь в других образах.       Снова оказавшись в комнате, я подошла к столику и налила из кувшина стакан сока. Присев на диван, я глотнула кисло-сладкую жидкость и прикрыла глаза. Сок тонизировал и дарил приятную прохладу. Я не заметила, как выпила весь стакан и расслаблено откинулась на подушки. Чувство сонливости накрыло внезапно, веки стали тяжелее, взор затуманился, отчего казалось, будто вся обстановка словно расплывается, окутывается прозрачным шелковым покрывалом. Глянув на пустой стакан, что стоял на полу около дивана, я подумала, что была слишком доверчивой, и прикрыв глаза, уже не смогла сопротивляться тому чувству, что уводило мое сознание в забытье. * * *       Перед глазами клубилась темная дымка, только изредка, мне являлся образ закрытой двери, которую хотелось непременно открыть, увидеть, что скрывается за ее пределами. Я стучалась в нее, видя свою руку маленькой и неокрепшей, совсем еще детской. Но стоило только створке скрипнуть, выпустить узкую полоску света, как мной овладевал страх перед неизвестностью, и тогда образ двери смывался черным, густым туманом.       Пробуждаясь я почувствовала, как кто-то гладил мой лоб и щеки, проводил легонько пальцами от переносицы вниз к моим губам и подбородку.       - Я знаю, что ты не спишь, Ева, - услышала я шепот Зико, и распахнула глаза. Он сидел у моего изголовья без маски и внимательно смотрел на меня.       - С добрым утром, Ева, - хриплым голосом произнес он и улыбнулся. Я не медля, встала, отсаживаясь на другой край дивана, и украдкой глянула на парня.       Он был одет в светлые просторные трикотажные брюки и такую же футболку, широкий ворот которой оголял одно плечо.       - Не такое уж оно и доброе, - буркнула я и устремила свой взгляд на окно. Ставни были открыты и являли взору невероятную картину. Бесконечно-бирюзовое море, шаловливо играя волнами, упиралось в темно-синий горизонт, а по светло-голубому небу причудливыми формами неспешно плыли белые воздушно-кудрявые облака       - Завораживает, не правда ли, - послышался тихий голос Зико, и я кивнула в ответ, - помнишь, как мечтали?       Я вздрогнула, чувствуя в его голосе мягкость и непринужденность. Он говорил со мной, будто знал меня тысячу лет, а меня терзало осознание того, что когда-то давно я была с ним знакома, и нас что-то связывает, что-то важное, но давно мною забытое.       - Я знаю, что ты не помнишь, - голос Зико по-прежнему был тихим и вкрадчивым, - Химчан мне рассказал о том, что перед отъездом на Бали с тобой работал психолог, но его усилия не принесли результатов.       Я кивнула в ответ, а Зико глянул на меня сосредоточенным взглядом, в котором еле уловимо читалась досада и грусть.       - Это к лучшему, - задумчиво произнес он. А во мне нарастал гнев, от желания во всем разобраться, выяснить все детали прошлой ночи.       - Что вас связывает с Химчаном? - посмотрев на Зико, строго спросила я, - как долго ты его знаешь? С какого момента вы заодно? Зачем нужно было меня похищать? Я хочу все знать? Все!!!       - Ох, Ева, ты никогда не отличалась терпеливостью, - улыбнулся парень - помню, как ты заявила, что хочешь собирать красивые камушки. Я весь день прорыл все окрестности в поисках интересных экземпляров, чтобы опередить тебя, а ты под конец дня напрочь забыла о своем желании.       Я плотно сжала губы, все еще не в силах принять тот факт, что Зико знает обо мне так много.       - А еще помнишь вкладыши от жвачек «Love is...”? - хохотнул он.       - Замолчи!!! - крикнула я, не желая терпеть эту пытку, - ты не ответил ни на один мой вопрос и давишь на меня этими историями! Откуда мне знать, что это не очередная твоя выдумка. Я убедилась, что ты умеешь красиво лгать, чего только стоит сказка про Деви!       Я заметила, как его лицо стало жестче, а в глазах промелькнул стальной блеск.       - Это не выдумка, Ева, - холодный тон его голоса насторожил меня. - Но ты права, не время для сентиментальности. Я немного увлекся воспоминаниями. Попробую удовлетворить твое любопытство. Только не перебивай меня, ясно?       Я быстро кивнула в ответ, ведь у меня не было иного выбора, а душу раздирало желание поскорее обо всем узнать.       - Когда мы впервые встретились, ты была в образе аджумы - престарелой, обрюзгшей особы, которая облила меня помоями в первый же день моей операции в клубе. Я бы забыл о тебе сразу же, если бы вечером не обнаружил жучок в креплении шнурка на своей толстовке. Я понял, что это дело рук уборщицы.       - Проныра, - буркнула я.       - Я тебя просил, Ева, - голос Зико был строгим, и я тут же закусила губу, боясь его разозлить.       - Утром я снял с твоего уборочного инвентаря отпечатки пальцев и пробил по полицейским базам. Когда я узнал, что ты - девчонка из моего прошлого, та светлоглазая малышка, что была мне другом короткое, но счастливое время, я не мог поверить своим глазам. Я был в шоке. Конечно же я следил за тобой, за каждым твоим шагом. Я понял, что ты работаешь в паре с Химчаном, и что скрытое видеонаблюдение в клубе - твоих рук дело. Я маячил перед тобой в надежде, что ты меня вспомнишь. Я злился, когда ты дерзила мне и вела себя совсем не так, как мне хотелось. И самое главное, черт возьми, я не мог понять, притворяешься ли ты или, все-таки, действительно не помнишь.       - Это все лирика, - шикнула я, - где нужная информация, Зико, я ничего до сих пор не понимаю!       - Ты всегда была взбалмошной девчонкой, тебе не сиделось на месте, ты была зачинщицей всех наших шалостей, и мне всегда здорово влетало из-за тебя, Ева. Со временем, кажется, ты совсем не изменилась. Тебя по-прежнему тянет на приключения. Черт, Ева, ты здорово меня напугала, там в парке.       Теперь уж не было сомнений, что тот бомж, в парке – это Зико. Это был он! Это он изводил меня жутким запахом, орал на всю округу, и самое главное, не давал услышать суть разговора ЕнГука с сестрой.       - Это был ты? - выпалила я, - тот ушлый бомжара, что сложил свою вонючую тушку на моем хрупком тельце?!       Зико растянулся в улыбке.       - Я был счастлив быть чуточку ближе к тебе, Ева, - прошептал он, а меня всю затрясло от гнева.       - А меня тошнило от той смеси запахов, что источала твоя одежда!       - Было забавно за тобой наблюдать, но потом стало совсем не до шуток. Я потерял тебя из виду, побежал за тобой, но тебя нигде не было видно. Я думал, что с ума сойду от того, волнения, что испытывал, но потом услышал какой-то шум в зарослях, когда я увидел, что с тобой собираются сделать, озверел. Я вовремя успел тогда, Ева.       Я вспомнила тот ужасный эпизод в парке, когда группа хулиганов пыталась меня изнасиловать, но подоспевший во время бомж спас меня от негодяев. Но меня почему-то не охватило чувство благодарности и признательности, ведь в памяти жило то, как и сам Зико пытался надругаться надо мной. Я глянула на него тяжелым взглядом и зло прошептала:       - От других спас, а сам позарился?       Глаза Зико на секунду распахнулись, было заметно, что ему не хочется об этом говорить.       - Я слишком тобой проникся, - прошептал он.       - Это было подло и низко, - шикнула я, - так меня домогаться. Я – друг детства? Кто же так поступает с друзьями?!       Зико плотно сжал губы, на щеках заиграли желваки, на кого злился он сейчас? На себя, что так поступил со мной, или на меня, что упрекает его за содеянное.       - Это было приятно, - прошептал он.       - Извращенец, - шикнула я, - хватит об этом! Что было дальше? Как так случилось, что ты убил человека?       - Моя миссия в клубе, тоже была неслучайной, я долго к этому шел, планировал. Твое присутствие, могло помешать мне, и я продумал план, как оказалось, не совсем удачный. Я хотел запутать полицию, да и тебя оградить от опасности.       - Тоже мне оградил, - недовольно ухмыльнулась я, - по-моему, только еще больше запутал.       - Я понял, что ты слишком решительна, и надпись краской: «Ты проиграла» не остановит тебя. Я был в удрученном состоянии, когда понял, как сильно ошибся. Я предпринял попытку высвободить тебя, но мне не хватило чуть-чуть времени. В комнату для допросов явились ребята из спецотдела во главе с руководителем. Пришлось сматывать удочки, пока не попался в их лапы.       Я распахнула глаза и глянула на Зико удивленным взглядом. Он вдруг прокашлялся и заговорил совсем другим голосом.       - Тогда в моей голове и зародился план, как помочь тебе избавиться из-под влияния полиции и обрести настоящую свободу, далекую от погонь, драк и перевоплощений в старушек.       Я открыла рот от изумления, вспомнив того неопрятного, толстопузого адвоката в полицейском участке. У меня волосы встали дыбом от многоликости этого человека, от его способности так менять голос.       - Вот тогда-то я и вышел на Шивона и Химчана, вот тогда-то я им и предложил выгодную сделку, от которой они не смогли отказаться.       Мне стало легче, значит Химчан сообщник Зико только с момента нашего прибытия на Бали, значит, до этого он был верен мне и не вел двойную игру.       - Что за сделка? И в чем ее суть?       - Я предложил Шивону вернуть все его данные, что оказались у меня, а также выдать ему того, кто сливал информацию конкурентам, ну и кроме того, пообещал вывести конкурентов из строя в момент розыгрыша тендеров от правительства.       Я поверить не могла, что Шивон решился на такое, ведь он всегда был за честную конкуренцию.       - На последнее он не согласился, - в подтверждение моих мыслей, произнес Зико, - но попросил разработать систему защиты от взлома серверов его компании.       - Это все понятно, но к чему был нужен Винс и прогулки на яхте?       - Вместо слов, - пухлые губы Зико расплылись в улыбке. Он взял в руки пульт управления, что лежал на подлокотнике дивана, и нажал несколько кнопок, отчего на окно наехала плотная панель, и в комнате потемнело.       - Взгляни на репортаж корейской полиции, - кивнул в сторону панели Зико и снова нажал кнопку на пульте. На экране появилось лицо ведущей, что с грустным лицом заявила:       «Ужасной трагедией обернулся отдых на Бали для нашей соотечественницы. Вместе с мужем они проводили медовый месяц на лазурном побережье, и по свидетельствам очевидцев, сдружились с бизнесменом из США – Винсом Тейлором. Прошлой ночью женщина отправилась кататься с мужчиной на яхте, тогда как муж остался у себя в номере».       Кадр сменился, и появилось лицо ЕнГука в образе престарелого мужчины. Он угрюмо смотрел в камеру и проговорил тихим хриплым голосом:       «После того, как мы побывали на танце кечак на пляже отеля, моя жена отправилась на яхту с Винсом Тейлором. Он еще днем пригласил нас на вечернюю прогулку, но я отказался, потому что сильно страдаю морской болезнью. Если бы я знал, что так случится, я бы никогда не отпустил жену на яхту».       На экране снова появилась телеведущая, которая стала зачитывать, написанный редактором текст: «По данным балийской полиции, на яхте Винса Тейлора произошло возгорание, отчего прогремел взрыв, который был слышен на побережье. Пожарные слишком поздно подоспели, и огонь уничтожил яхту и всех, кто в ней находился. Спасатели в данный момент ищут тела погибших, но пока удалось найти лишь обгоревшую одежду. Специалисты не исключают, что трупы людей могли стать кормом для акул, что часто заплывают в эти воды. Мы приносим соболезнование родным и близким погибшей».       Экран потух, вновь погружая комнату в полумрак. А я сидела, не смея шелохнуться. Все, что сейчас прозвучало не укладывалось в моей голове. «Я умерла», - крутилось в моем сознании. Я понимала, что Шивону было проще меня «умертвить», чем иметь связи с полицией. Принцип: «Нет человека — нет проблемы», всегда хорошо работает. Зико придумал интересный план для осуществления этой потребности. Возможно, теперь шеф спецотдела и ЕнГук будут думать, что я погибла вместе с Зико. Скорее всего, «Лютый» поспешит замять это дело, чтобы не навлечь на себя подозрение в некомпетентных действиях. Ведь, если местная полиция узнает, что у них под боком неофициально работала группа под прикрытием, разразится международный скандал, а так, дело ограничится лишь новостями, о которых вскоре все забудут. Но что теперь мне делать, и как дальше жить?