Хроники хвостатых: Обратная сторона луны

Хината глубоко вздохнула. Осознание того, что она выпала из мира на месяц, оказалось тяжёлым – но ещё сложнее было восстановить только-только приобретённый навык, развивавшийся всего каких-то полтора. Меч Хьюга даже не трогала, потому что сейчас разобраться нужно хотя бы с чакрой. Беснующейся, выплёскивающейся через край чакрой, которая спала-спала, приходила в себя вместе с хозяйкой первый дни, погуляла с ней по больнице и побегала по ветвям за Саске, ведя себя прилично, а потом раз – и мощной волной накатила. Повиновался, почему-то, только Бьякуган. Вокруг девочки уже было целых три искалеченных дерева: ступня касалась, и древесина с хрустом рушилась под напором энергии. Ещё в одном были рытвины от ладоней – наверное, это опасно противнику, но уж точно не техника мягкой ладони. У Хинаты никогда не было проблем с контролем чакрой, наоборот, вечный силовой недобор, за который отец ругал и говорил, что восемь триграмм ей никогда не освоить. А тут вот как вышло… Лес становилось уже жалко: тем более что тренироваться девочке ещё не позволили. Но разобраться было необходимо, да и домой всё равно резко не хотелось, поэтому Хьюга отыскала самый маленький, укромный и неудобный полигон в селении – это значило, что там никого не будет. И если так дальше пойдёт, то она просто сравняет его с землёй! Чем дальше, тем больше Хината нервничала. О силе говорили все вокруг, силой восторгался отец, силу нёс в себе Неджи – но у неё силы никогда не было… Девочка разулась. Возможно, если не будет лишней преграды, ей удаться пустить чакру прямо по поверхности стопы и всё будет хорошо. Но с деревьев её уже хватит: время воды, небольшого и тихого ответвление от основной реки без волн, течения и особой глубины. В самый раз. Направить чакру в ступню… собрать по поверхности кожи… не в тенкецу, не так направленно, но рядом распределить до лёгкого покалывания в коже, холодных теперь… Шаг! И нога не провалилась. Ещё шаг – и снова как в твёрдую поверхность. Хьюга даже не заметила, как зажмурилась на удачу, делая первый, но открыла с облегчением только на третий. Однако, глянув вниз, девочка ойкнула на грани со вскриком. Потому что вода промёрзла на целый метр в диаметре по поверхности, а так же на глубину достаточную, чтобы выдержать вес Хинаты. Голые ступни почему-то совсем не мёрзли, касаясь неровной холодной поверхности, хотя стоило перестать направлять чакру, как верхний слой всё же чуть подтаял. Скользко-то как… И как это убрать? Хорошо хоть не отделённая от берега льдина, которую уносило бы вниз по течению, да и всё же поток тут совсем узкий – не придётся лезть в воду, чтобы вернуться на твёрдую землю. Но проблемы резко стали менее тривиальными. Ей же, наверняка, дадут скоро миссию, как она пойдёт-то… - Тебе необходимо научиться контролю. Твой организм меняется, и ты с ним – и это нормально, но придётся вернуться к началу. Хината вздрогнула. Она точно знала, что секунды назад была одна. Но на другом берегу сидел Зеру. Покинувший её без предупреждения, потому что так было нужно, и по которому она не скучала, ведь Юсуи не успел стать ей полноправным учителем – но как же кстати он сейчас появился! С дороги, возможно, его плечи устилал иней. - Зеру-сама! – радостно воскликнула она. В ответ мужчина дёрнул уголком губ. Хьюга автоматически шагнула к нему навстречу, чакра хлынула в мышцы… хрусть. На этот раз всё замерзло до самого дна, но резко и неровно, а от неосторожного шага пошло длинными прозрачными трещинами. Ещё хуже. - Не волнуйся. Я уберу. Перейди. Хината оказалась с ним на одном берегу. Зеру дотянулся кончиками пальцев до кромки льда, коснулся, и всего через несколько мгновений река потекла, как прежде, и ото льда не осталось и следа. Хьюга поразилась. Не похоже было, что Юсуи нагревал лёд, да и он – снег и холод, а не огонь и тепло. - Не удивляйся. Я просто забрал его температуру – искусственно созданную тобой, а погода сегодня слишком теплая для замёрзших рек. - Это возможно?.. - С естественной физической точки зрения – вряд ли. С точки зрения чакры – вполне, но не сразу, это тонкая операция. Когда лёд тает или в целом что-то остывает, оно «отдаёт» холод и «принимает» тепло. Я сделал только первое с вычетом второго, и сейчас это оказалось достаточным. Но у меня опыт – это не так легко, как кажется. - Я пока даже по воде пройти не могу, - тихо, склонив голову. – Разучилась. - Сядь. Хината послушно опустилась на колени в траву. Вблизи она заметила, что на Зеру действительно был иней, и он не таял на теплом солнце страны Огня. Ей было стыдно за то, что она неспособна на самое простое, и Хьюга ждала, что её привычно отругают – не первый же раз в жизни у неё что-то не выходит, причём то, что получается у каждого. Девочка тихо вздохнула. - Ты сердишься? – вдруг спросил Зеру. Хината настолько не поняла вопроса, что даже плечи расправила. - Нет, я не… За что, о чём вы… - На себя – сердишься? Хьюга осеклась. Но Юсуи прочитал её, как открытую книгу: - Ты занимаешься глупостями. Это туманит твой разум, и мне это не нравится – ты не виновата в том, что происходит, и ты не просила этого, - мужчина поморщился. – Мне не стоило оставлять тебя на столь долгий срок в начале пути, но и Шио стоило спросить тебя, согласна ли ты на такую судьбу. - Это вышло случайно, - стало неловко Хинате от обвинений Шио. Ёко прошлась лесным пожаром по её жизни и вряд ли Хьюга уже понимала всего масштаба бедствия. Но за частоколом правил её клана и рамок селения, в свежем ветре вместо путанного бурелома ей открылись вдруг горизонты, которых девочка и представить не могла. Такое только в сказке – с плохим концом или хорошим. - Теперь это уже неважно, - отмахнулся он. – Уровень чакры обычно повышается более плавно, но недавние… события и, несомненно, общий стресс для организма послужили толчком вперёд. - Вы знаете?! - Конечно, знаю. Я ответственен за тебя – и это моя ошибка, пожалуй… Но жалеть об этом нечего – тебя коснулись Боги. Будем лучше решать появившиеся проблемы, тем более что я прилетел именно поэтому. - Но откуда вы знаете… - Шаги Цукиёми по земле не остаются незамеченными, даже если он делает их чужой ногой. Я вылетел, как только узнал и, - тут мужчина повернулся, и взгляд его оказался почти отеческим: не как у Хиаши, почти чужого, но как у заботливого Ко, - рад, что ты в полном порядке. Хината немного покраснела. Всё же она всего этого не заслужила. Обрывки видений, которые окутывали, пока Хьюга была без сознания, уже казались далёкими снами. Лишь странное знакомство с юным и древним одновременно Мидаре оставалось таким же отчётливым, как и первая встреча с самим Зеру. Как и каждое его слово… - Простите… Можно спросить? - Что хочешь. - Когда мы впервые увиделись – что это было за место? - Почему спрашиваешь только сейчас? - Я думала это техника в свитке… запись или связь… - И что поменялось? - Один человек сказал мне, что это «место». - Человек? Хината прикусила язык. Разумеется, нет. - Хватит на тебя недомолвок, - Зеру перестучал пальцами. – Расскажи всё, что помнишь – и хочешь рассказать. А я постараюсь объяснить. Вода перестала быть холодной. Хьюга держала в ней ступни так долго, что крохотные мальки на мелководье перестали бояться приближаться к её пальцам. Наверное, рассказывала она неровно и неудобно – но ведь и помнила она так же, урывками да всполохами красок, золота и слов, и старалась быть максимально честной. Некоторое время Зеру молчал, обдумывая услышанное и посоветовав Хинате выдохнуть и расслабиться. Тогда-то она и опустила в воду ноги, тем более что обувь всё равно осталась на другом берегу. Помогло. - Как быстро ты освоила контроль над чакрой? – внезапно спросил Юсуи. - Я не помню точно… Просто отец рано начал учить, совсем в детстве ещё. - В детстве, ц – ты сама дитя, - Хината стушевалась, но Зеру не обратил внимания. – Однако это хорошо, будем считать, что быстро. Восстановить навык всегда легче, чем выстроить, думаю, ты справишься за пару дней. - Быстро, - вырвалось у девочки. - Но достаточно - под моим присмотром. Твой организм умеет использовать чакру не по количеству, а по процентам. Мы его переучим по всей базе, а дальше пойдёт само. Иначе техникой твоего человеческого клана может оторвать кому-нибудь руку. Хьюга похолодела. На тренировках дома подобные ситуации не были предусмотрены, даже бинтов не имелось близко к полигонам, ведь почти любую травму от Джукена мог исправить более опытный шиноби клана. А тут – рука. А тут – травмировать возможно на всю жизнь… Чтобы отвлечься, Хината постаралась зацепиться за другое: - В чём разница использования по количеству или по процентам?.. - Смотри. Зеру лениво взял с земли сучок и нарисовал на тонкой полоске песка два круга: больший и меньший. - Если ты привыкла использовать чакру как в первом случае, то, допустим, выделяя на технику некоторое количество чакры, - мужчина прочертил узкую зону в маленьком круге, - то же самое количество ты выделишь даже при изначальном большем объёме энергии, - он очертил на большом круге примерно отрезок пропорционально меньший, - и оставишь больший запас. Так чаще сражаются те, кто плохо или поздно освоил контроль чакры. Или медленно. Любой воин, которому надо задумываться над каждым своим действием – а так же начинающий. На деле каждое изучение техники начинается с этого, но это статичная система и с ней никогда не достичь вершин мастерства. И Юсуи стёр картинку ногой. На её месте биджу вновь снова палочкой вырисовал два таких же круга. - Другое дело – по процентам. Выделяя на некую технику двадцать пять процентов чакры, - в новом маленьком круге он отделил четверть, - ты при любом объёме чакры будешь использовать двадцать пять процентов от неё. Таким образом, при маленьком объёме ты не сможешь бездумно использовать слишком много чакры, а при большом… - одна четвёртая во втором круге занимала намного больше места, - ты вкладываешься слишком много. Что, собственно, происходит сейчас: раньше твоей сотой процента хватало на один шаг по воде, а сейчас её чересчур много. - Чем же это лучше?.. - Тем, что это закладывается на уровне рефлексов. Ты уже не думаешь, что и как делаешь – тело само знает, сколько и на что ему необходимо, а так же меньший шанс истощения. Впрочем, сейчас тебе это не грозит. Вставай. Хината пружинисто вскочила на ноги и поймала себя на том, что ни капли не устала, хотя до этого провозилась с попытками довольно долго и упорно – пускай и безрезультатно. Словно внутри неё появился генератор. Ей показалось, что тоже поднявшийся на ноги Зеру это заметил. - Твой объём чакры изменился. Он растёт с каждым днём, а со временем система твоего организма перестроится целиком – и чакра будет источником, а жизненная энергия перерабатываться из неё. К сожалению, сейчас всё не так равномерно, как следовало бы: пока ты не двигалась, она накапливалась под кожей, а заодно и синхронизировалась с иммунной системой. Внезапно Хьюга поняла, почему пока была без сознания била окружающих «током»: рассказать уже успели, в красках, ещё и сестру едва не поранила. Девочка ощутила, как падает с плеч груз – ей не придётся ломать голову над множеством вопросов, и от этого сразу стало намного спокойнее. Зеру внимательно проследил за тем, как Хината, наконец, совсем расслабилась. Совсем ребёнок ещё, куда втянули… Эта Шио. Хотя люди тоже хороши. - Наша задача – чтобы ты подстроилась под новый объём. Базовые упражнения помогут телу определиться с долями и перестроить более сложные техники самостоятельно. Будет трудно, но ты молода и пластична – привыкнешь. Позже процесс сгладится и пойдёт сам собой: надеюсь, без лишних происшествий. Поняла? - Да, Зеру-сама! - Обуйся. На этот раз Хьюга не стала связываться с водой и просто перепрыгнула через узкое русло. Торопясь, она умудрилась попасть ступнёй в сандалию только со второй попытки, а может это случилось потому, что натягивала её, прыгая на второй ноге. Зеру перешёл совершенно спокойно, а от его ног даже рябь не разошлась. - Если будешь во всём меня слушаться, то у тебя всё будет хорошо. Век назад мне бы не приходилось об этом напоминать – но люди меняются поразительно быстро, - Хината несколько раз кивнула; клан Хьюга выделялся верностью традициям, и в нём вряд ли что-то кардинально менялось последние семь поколений. Наставник старше и мудрее – молчи и слушайся. Всё просто, а негордой Хинате не претило. - Сними куртку. Вытяни руки внутренней стороной вверх, - Хьюга потянула молнию. – Ты можешь мне доверять. Ты можешь доверять моей жене: если будет с тобой беда, то пойдёшь к ней, и она позаботится о тебе, словно ты сестра нашему сыну, - мужчина помедлил, будто не успел додумать мысль. – Мидаре ты тоже можешь доверять. Он добр и не обидит тебя, и бережёт всех, кто летает – а ты летаешь. - А Шио-сан?.. Ох, зря она это. Ещё и «сан» добавила. Но с языка само сорвалось, пускай и Зеру замолчал, как только Хьюга произнесла её имя. Однако он не выглядел сердитым, поэтому девочка дала себе время сложить кофту на земле, поправить обувь и выпрямиться обратно. Но Юсуи так и не произнёс ни слова. Лицо его закрылось, и выражало не больше эмоций, чем маска театра Но: единое, зафиксированное и нарисованное искусственно. И надо было ляпнуть… - Простите, - повинилась Хьюга. – Вы недолюбливаете Шио?.. Мне не стоило… - Нет, - неожиданно расслабленно. – Я не испытываю к ней зла, а её отец был мне близок и дорог, и я всегда буду помнить день, когда он погиб. Но она давно сбилась с верного пути, и была слишком горда, чтобы принять помощь – все лисы гордые, до последнего ребёнка, - Зеру вдруг тяжело вздохнул. - Шио может привести людей, биджу, клан – и тебя - за собой к свету, а может утянуть в пропасть, потому что собственную дорогу она до сих пор вновь не нашла, и порой движется вслепую. Внезапно Хината заметила одну важную вещь. Иней на плечах главы Юсуи растаял, и успел уже испариться в теплых лучах солнца. - Но вы беспокоитесь о ней… - тихо сказала, осмелев нежданно, Хьюга. - Нет. Но у нас есть эн*, ведь она дочь моего напарника – и тут ничего не изменить, как бы сама Шио этого не отрицала из-за того, что я старше и Юсуи. Напарника. Ох. У Хинаты, конечно, не было напарника или напарницы. Девочка не могла судить об этом по себе, но всё же на её глазах Гаара и Шукаку дышали одним на двоих воздухом, а вокруг Юмии и Сейрам он искрился, хотя сильно по вине второй. - Шио… очень похожа на него, - негромко. – Но эн есть и у тебя с Шио! Щёлкнули невидимые механизмы. Зеру собрался и закрылся, показав Хинате ровно столько, сколько счёл нужным – или не смог спрятать. Поэтому Хьюга решила прекратить все расспросы. - Правда? – удивлённо. - Да – к большим моим заботам. - Например?.. - Ты моя забота. - Ой! И как она только забыла? Юсуи прибыл издалека – пришёл, прилетел? – и, быть может, совсем не планировал, что в его жизни может появиться человеческая девочка из какой-то там наверняка не интересной ему Конохи. Шио как-то случайно обронила, сколько ей лет. Сколько веков мог прожить Зеру и какая она сама крохотная и незначительная на этом фоне, Хината боялась даже думать. - Не беспокойся. Ты хорошая девочка и отвечаешь на мои слова «да, Зеру-сама». Так и должно вести себя детям. Юсуи неожиданно напомнил ей отца. Но отторжения это не вызвало. - Руки, - напомнил биджу. Хьюга вытянулась по струнке и протянула открытые руки. Мужчина коснулся её запястья, аккуратно надавил и Хината поморщилась: Зеру трогал не сосуды, а тенкецу, и почему-то те были воспалённые и увеличенные. - Расслабься. Если ощутишь, что хочешь отбросить меня чакрой – отбрасывай, мне это не навредит. Юсуи сделал неуловимое движение рукой, после которого ногти на его пальцах сменились заострёнными когтями. Они засветились голубым, и Зеру стал выводить ими с виду беспорядочные, но на деле точно выверенные линии на тонкой коже правой руки. Хьюга шумно выдохнула, так как где-то внутри, в эпицентрах вихрей чакры в животе и у сердца мгновенно поднялась волна, противоборствующая чужой чакре. Хината ощутила её так отчётливо, как недавно ногами течение реки, и, несмотря на разрешение, давила порыв. Чтобы отвлечься, она открыла рот: - Вы очень сильный? - Я очень взрослый. Или очень старый – если думать, как человек. У биджу старости нет, так что я просто старше многих. Большинство моих ровесников были счастливы уйти к границе и освободиться от этого мира раньше. Зеру прижал раскрытую ладонь к руке Хьюга. Невидимый, лишь щекотный до этого орнамент вспыхнул холодным светом – и сразу же погас. Мужчина аккуратно принялся повторять манипуляции на левой руке. Над головой с дерева на дерева перепорхнули птицы. Кажется, они не боялись их присутствия у реки. - Почему освободились?.. Разве тут плохо?.. - Ты юна, как майское утро. Не думай об этом. Хината вспыхнула и больше не осмелилась ничего сказать. Наверное, она действительно лезет не в своё дело, зато это действительно помогло не шарахнуть чакрой по Зеру, словно молотом по наковальне. Хотя тут скорее она размягчённый кусок металла или глины – второе ближе – под руками мастера, который собрался сотворить с ней чудо. - Это временные печати, - Юсуи отпустил её запястья. – Будут действовать около трёх часов. Перед тем, как над тобой работать, я хочу измерить уровень твой чакры: силу, количество, динамичность… разное. - У меня есть данные… в больнице была – меряли. - Чушь. Даже если теперь люди способны что-то измерить, то с того момента в тебе уже всё изменилось. Можешь бумажки выбросить. Вдобавок, чакра в активном состоянии, в спящем и в спокойном, – три совершенно разные вещи. Неужто людям неизвестно этого до сих пор? Девочка знала только то, что это неизвестно ей, но ведь Хьюга никогда не задумывалась о чакре больше, чем преподавали в Академии; может и стоило, но сначала миссии и усталость, а потом всё так закрутилось, что стало совершенно не до того. Поэтому Хината только неловко плечами пожала. - Ах да. Тринадцать и у людей малый срок, - небрежно. – Тсукикайбо при тебе? Хьюга кивнула. Запечатанный свиток всегда был у неё в кармане, хотя так не было удобно использовать. Однако девочка носила его не чтоб размахивать, а больше потому, что боялась оставлять без присмотра в запертой комнате. Никаких гарантий личного пространства в клане Хьюга не было, а уж когда недоверий Хиаши ощущалось почти физически… Лучше не рисковать. - Доставай. Меч показался ей потускневшим. Хината давно не брала его в руки, хотя у неё в голове все сроки сдвинулись. Но что ей мгновения снов и видений, то оружию – месяц и уже больше в гадком и скучном свитке. Ей захотелось погладить сталь по тупой кромке, как зверя, но при Зеру она стеснялась таких странных жестов. Зеру догадался. - Забросила? - Я случайно… - Ничего, компенсируешь. - В каком смысле? - Чтобы проанализировать чакру, ты должна её использовать. И использовать по максимуму. Печати лишь запишут информацию. Зеру отошёл на десять шагов. Классическая дистанция, которую он держал и при нескольких прежних тренировках. - Ты должна нападать на меня так, словно хочешь убить. Не волнуйся, я не думаю, что ты навредишь мне. Хината ощутила, как внутри что-то дрогнуло. Хьюга не знала этого чувства – да и не хотела знать, как так нападать! Пускай она куноичи, но многие миссии проваливала потому, что как бы не летали легко к бревну руки, ударить живого человека было совсем иное… «А мечу понравится», - мелькнула неожиданная мысль. - А нет других вариантов?.. – робко произнесла Хината. - Один есть, - кивнул Юсуи. Его тонкая катана сверкнула ослепительно ярко. – Нападу я – так словно хочу тебя убить. И выбора у тебя не останется. Девочка рефлекторно сжала пальцы на эфесе. Мужчина аккуратно, полированной вспышкой, провернул меч по кругу. - Три, два… - Не надо так… - Один! Хината сорвалась с места. Земля взрылась от первого шага, а проведшие без нагрузок и просто движения отвыкнувшие мышцы натянулись, загудели напряжением… Но Хьюга не успела заметить, кто всё же атаковал первым. - Напомни, почему мы должны носить песок в тачках? Мы же в пустыне. И у нас есть Гаара. В голосе Канкуро почти не сквозил яд. Но он уже сбился со счёту тачек, которые они наполняли у бархана и перевозили до внутренней части стены Суны, где опустошали лишь для того, чтобы отвезти обратно. Темари не разделяла сарказма брата. Его вопросы и возмущение были понятны, однако ничего не справлялось с тревогами, тоской и чувством одиночества лучше, чем тяжёлая и однообразная работа. Старшая Собаку рада была занять руки чем угодно – от убийства детей и женщин до строительных работ. Выпало второе, оно и к лучшему. - Ну, кто-то же должен перетаскивать песок из пустыни к строительной площадке. А Гаара занят, будто ты не знаешь, - Канкуро фыркнул. – Успокойся, тебе денег за это дадут. - Мне за такое денег давали в первый год после Академии. Это миссия ранга D. - Сейчас никто не обращает внимания на ранги. Людей не хватает, часть гражданских вообще уехали из-за положения Суны. Не веди себя как ребёнок. Настроение ворчать у брата не пропало, но он притих. Селению Песка действительно приходилось тяжко: и до попытки нападения на Коноху было туго, ведь заказы текли мимо Суны в другие деревни, однако теперь, потеряв много джонинов и тюнинов в разгоревшейся бойне, лишившись Каге – опоры и политической ниточки с внешним миром, а так же подорвав к себе доверие соседних стран, ведь предательства, при их относительном постоянстве, всё равно не одобрялись, Сунагакуре оказалась на грани изоляции. Никто не отчаивался, селению было не впервой, и всё-таки простые люди: строители, продавцы, повара, мастеровые, сантехники, - бессистемно, утекали прочь тонкой лентой высыхающего источника. В пустыне не станешь жить, если ты не уверен в своём положении и своевременной защите – а жители начали сомневаться, что политика Суны может её предоставить. Твёрдая рука нового Каге могла бы помочь. Свежее лицо – свежие взгляды, и надежды легли бы на него. Но у совета определённо не было ни единого варианта. Точнее, был. Без сомнений, неприемлемый. Брат и сестра Собаку высыпали содержимое тачек в общую кучу. При внешнем недовольстве даже Канкуро временами старался работать за двоих – так как оба вновь ощущали привычное давление и осуждение окружающих. Не столь сильное, легко и нежно касающееся тяжёлой ладонью, оно было не столь сильным, как шедшее от того, что их брат – демон… Но жёстче – ведь Раса уже умер, поэтому винить и ругать его не было никакого смысла. Мёртвым всё равно. Зато живым детям нет. В этом плане Гаара оказался в неожиданном выигрышном положении. За ним было больше грехов, и его по-прежнему боялись, а потому по ещё одному поводу боялись тыкать пальцами. К тому же, вся Суна отлично знала, что сыном прошлый Каге джинчурики не признал, и на фоне общих настроений младший Собаку в глазах некоторых перевоплотился из жуткой опасности в «очередную ошибку ненормального Четвёртого». Темари быстро устала от такого ёжиться. А Гааре раздолье, кто его тронет-то… Хоть от заданий не отлынивал – по тем же лишь ему понятным причинам, по которым он не саботировал деятельность селения раньше. Или по новым. Вопреки этому утверждению, младший Собаку сидел на краю крыши пустующего здания; на время стройки всех разогнали из опасной зоны, а строительные леса росли прямо из песчаника редких домов с плоской крышей – удобней и повыше. Даже песок прямо туда перетаскивали, провозя тачки по петле настила. Стену латать всегда та ещё морока. - Эй, Гаара, прохлаждаешься?! Старшая Собаку закатила глаза. Недооценила она Канкуро, недооценила. Едкости он просто мало показать успел, а так кипело, шипело… Это он так из-за ложной информации о занятости Гаары? - Нет. Я форму держу. Вон там, - спокойно отреагировал младший Собаку. Меланхолия брата не отпускала, но форму болота так и не приняла, следуя за ним прозрачным ореолом его задумчивости. Мысли Гаары порой витали настолько далеко – или настолько глубоко в себе – что брат мог пропустить мимо ушей целое предложение. Потрясающий способ игнорирования задолбавшей микрореальности под названием «Сунагакуре но Сато». - Вон там это где? – придрался Канкуро. - На стене – форму для бетона, - младший Собаку кивнул вперёд. Приглядевшись, куноичи увидела, что дыра в ней вдруг исчезла, зато закрывшая её поверхность подозрительно шевелилась. - Через песок же всё просачивается, - не удержалась Темари. Попытки держать Гаару под контролем, давая ему миссии, теперь были ещё смехотворнее. - Я держу форму. Там две пластины за ним, плотно прижатые. Я держу – они закрепляют, так удобней и быстрее. Не меняя выражения лица, с расслабленными запястьями и разговаривая с ними, Гаара спокойно держал песок в статичном состоянии, лишь вскользь смотря в нужную сторону. Девушка уже не в первый раз заметила, насколько увеличилась его концентрация. Его сила росла – или его контроль над Шукаку рос. На практике это означало одно и то же. Канкуро прищурился, не в силах разглядеть то, что могли другие Собаку: как и многие поколения марионеточников до него, брат уже успел посадить себе зрение от работы с мелкими деталями кукол. Что, впрочем, никогда не мешало ему сражаться. - А нахрена бетоном-то заливают? – резонно спросил он. – Развалится на жаре в два счёта.** - Командир сказал, что так дешевле и приказано, - ответил Гаара. – И это временно. - Это ты прораба командиром назвал? – пренебрежительно бросила Собаку. - Да ладно тебе, нормальный мужик, - сказал Канкуро. – Был бы шиноби – и в самом деле бы хорошим командиром стал. - Не стал бы. Сломало бы, - негромко возразил младший Собаку. - Он на своём месте. - Тебе-то откуда знать? Разболтался Канкуро, разболтался… - Замолчи. Ты мне надоел. Во, заткнулся. Молодец, Гаара, спасибо, почти прежний Гаара, хотя и без того злого, скрипучего, словно пыль на зубах, отторжения. Может тогда Канкуро поймёт, что нельзя им просто так разговаривать с братом – не из-за опасности, а потому что другой он… Непонятный. С Шикаку только клеилось. Но Шикаку такой же, пускай и корчит из себя простака – непонятный и другой. И только слепой не заметил бы, как легко и естественно они контактировали. Без дистанций и конфликтов, эти двое и на улице могли замкнуться в какой-то компактный собственный мирок. Шикаку даже знал, где у них все вещи дома лежат, причём Темари пропустила, как Гаара ему это показывал. Знал раньше? Как он прошмыгнул мимо… мимо всех? То, что совету старейшин и окружающим они врали – несомненно, впрочем, и не удивительно, у младшего Собаку не было причин доверять Суне. Но шпион или дезертир, правдивый или лгун, Шикаку действительно был близким другом Гааре. Аж драться полез, приземленно, с кулаками, когда в сторону брата – как и тысячу раз до этого – бросили нечто мерзко-презрительное. Чудеса. У них с Канкуро не было друзей. Никогда. Кстати, о. А куда пропал этот Шикаку? - На миссию пошёл. Недалеко, - сказал Гаара. – Согласился помочь в поиске источников в пустыне, ушёл утром. Темари удивлённо уставилась на него. Канкуро пихнул её локтём в бок, выводя из оцепенения - Ты вслух спросила, - шикнул он. – Уснула? - Отстань, - раздражённо. – Устала. А ведь на самом деле устала – хотя и не физически. Как и все вокруг, пожалуй. Может, простая работа и не к лучшему. Убить кого-нибудь в таком состоянии было бы хорошим способом понять, что у тебя всё не так плохо: ты живой, твоё сердце горячо бьётся в груди и тебя не разнесло на куски песчаным гробом. Со стены махнули. Гаара поднялся на ноги, провёл по воздуху руками вниз, и песок не просто стёк, повинуясь, вниз, но ещё и аккуратно никого из строителей не задел, хотя такое количество и с такого расстояния – нонсенс. Вся его гигантская масса осела рядом с натасканной посредством тачек кучей, и теперь уже и куноичи кольнуло раздражением. Как будто их просто хотели впрячь в первую попавшуюся работу. - Песок песку рознь, - произнёс Собаку, хотя на этот раз куноичи точно ничего не говорила вслух: вопрос и так в воздухе витал. – Этот легче. Для строительства не годится. - Ты поэтому смог так? - Как? Впервые за весь разговор Гаара на неё посмотрел. До этого небом, безоблачным и ярким, бесстрастно любовался. - Так много держать. Так долго. С такого расстояния. Ты раньше так не мог. Это потому что песок лёгкий? Брат задумался, решая, отвечать ей или нет. Младший Собаку не особо таил свои техники, так как победить их в Суне кроме Расы вряд ли кто мог, и в те редкие моменты, когда Темари и Канкуро вообще осмеливались у него что-то спрашивать, чтобы потом доносить общему отцу детали о силе брата, Гаара делился информацией равнодушно – к другим и к себе. Но теперь так много поменялось… - Нет, не поэтому, - он покачал головой. – Мы с Шукаку смогли договориться, и он объяснил мне, что к чему. Куноичи услышала, что Канкуро пропустил вдох и замер; Темари тоже сандалиями к месту приросла. Брат. Договорился. С монстром. Тануки. Гаара издевается. Боги, демоны, все – пожалуйста, пусть Гаара издевается, плевать, что он не умел этого. Что угодно было лучше варианта, в котором он сказал подобное всерьёз. - И голова перестала болеть, - добавил младший Собаку. – Я в тень. Брат спрыгнул с крыши, приземлился на подстелившийся ему под ноги песок и быстро переместился вместе с ним дальше под козырёк навеса с инструментами. Темари медленно втянула раскаляющийся в зените солнца воздух, и от него полный колотого льда ком в груди наконец-то оттаял. Для того чтобы очнулся Канкуро, девушке пришлось коснуться его руки. Марионеточник шумно фыркнул и дёрнул головой. - Какого чёрта это было? – первым делом гаркнул он. - Если бы я знала… - выдохнула куноичи и нервно сглотнула. - Он мог на самом деле договориться с Шукаку?.. С биджу и… - Я не знаю! – сорвалась Темари, хотя сразу же пожалела об этом и добавила уже шепотом: И никто, кроме Гаары, этого не знает. Шиноби прятали лица за повязками. Пускай буря и обошла Суну стороной, но ветер всё ещё был недобрым и временами поднимал с барханов удушающие вихри. Не обращающий на людей внимания Шукаку остановился, закрыл глаза и медленно вдохнул родной воздух. До ряби обжигающий, тяжёлый – но корни тануки проросли в пустыне, и Шукаку любил её, ведь именно после такого жара драгоценностью станет глоток воды, после такого солнца – клочок тени, после такой красоты – других не замечаешь. Шукаку провёл в пустыне всю свою жизнь. И даже недолгие годы человеческой. Иного не желал. Хорошо… - Что остановился? Вода здесь? Парень закатил глаза. Ни минуты покоя от этого Баки. Хотя из всех шиноби Суны, он был одним из самых адекватных. Одновременно с этим Шукаку нервировал его временами больше, чем всех старейшин вместе взятых. - Не знаю. Не проверил. - Ты сказал, что знаешь, что делаешь. К чужакам поблажек не будет. «Будто к своим у вас поблажки есть». Шукаку топнул ногой по земле, посылая чакру и вибрацию. Песок отозвался ниже, ниже, ниже – о! влажное. Примерно в паре километров на восток был пересохший оазис. Скорее всего, текло оттуда: вода просто ушла под землю, - но глубже и тут лучше не лезть. - Дальше пошли. Тут обвалится всё. - Откуда знаешь? – придирчиво. - Нутром чую, - Шукаку хлопнул себя по животу. - Укрепим. Тануки вздохнул. И чем он занимается?.. Куда более правильно было бы отправиться на север – прямым путём или ходами тануки, показаться на глаза Азе и Совету и вообще сообщить, что он не сдох, а там бы уже дали дело или отпустили б со спокойной совестью на все четыре стороны. Но бросить напарника здесь одного Шукаку не мог, утащить с собой – тоже, так как тот неожиданно упёрся и отмахивался мутными обещаниями Шио. Однако Шукаку гораздо лучше знал Шио и сильно сомневался, что она бы стрясла что-то с тринадцатилетнего без подстраховки со стороны, зато догадывался, в чём в действительности дело. Гаара лишался связи с человечеством. Но чем дольше текла в его жилах кровь тануки, тем сильнее натягивались туманные нити его связи с сестрой: раньше невидимые и тонкие, они могли стать канатами лишь потому, что среди биджу это был далеко не обычай – природный инстинкт, глубинный и крепкий. И даже если Собаку сам не понимал причин своих поступков, то уйти сейчас для него было бы сравнимо с дроблением прохода через скалу. Не сможет. Поэтому Шукаку тоже не мог уйти. А раз так – то почему бы не занять себя ковырянием колодцев, тем более что пока ему тоже в селении Песка жить? - Хорошо. Укрепим. Только отойдите нахрен, а? И птенцов заберите – сам разрою. Птенцы его немного раздражали: пяток генинов, которым повезло родиться с дотоном, двигались по барханам как слепые котята – то едва не падали, то пытались чакрой прилепиться. А ведь песок не ровная поверхность, текучий и подвижный, и надо лишь давать ногам двигаться по его естественному течению… Но нет – так что мелочь быстро выдыхалась и начинала отставать, тормозя процесс. Хотя в Суне чакра земли дар редкий. Небось, опытных в боях в Конохе прорядили. Баки не стал спорить. Кем бы ни был этот парень, он им уже три точки раскопал, а это небывалая удача; словно Шикаку на самом деле их чуял. - Отойти, триста метров! – крикнул он генинам. – Перерыв на воду! Те рухнули вповалку и издали дружный, мучительный и усталый стон. Шукаку фыркнул. Баки мрачно отошёл к ним, и даже половина его лица выражала всю гамму чувств от того, что ему снова втюхали малолеток. Оставшись один, Шукаку снова прощупал землю. Чакра была лишь продолжением его рук, и он довольно хмыкнув, нащупав ими пустоту. Где пустота – там пространство, где пространство – там плотная порода, а где плотная порода – там и протекает русло подземного ручья, не впитываясь в песок. Вот там и убрать надо его слой поверху. Конечно, если управлять песком, то было бы гораздо проще. Но в итоге Шукаку нашёл другой способ. Печать раз, два, три, круг ладонью по часовой стрелке, задавая направление воздушным массам, и… удар! В бархан врезался ветряной штопор, раскидывая легко поддающийся песок, и быстро прорыл неаккуратную, но глубокую воронку. Себя от летящих в глаза песчинок Шукаку спокойно отгородил – это незаметно. Дальше уже не его работа. Тануки выбрался со дна воронки. Края уже стекали обратно, но для того и генинов с собой тащили: укрепят, чтобы не засыпало, наставят меток, Баки их пошпыняет, перенесут на карту, а уж потом сюда придут более опытные рабочие и соорудят нормальный колодец. А пока Шукаку перевалился на другой склон, плюхнулся на него довольно, растянувшись во весь рост, и нашарил за пазухой флягу с водой. Вода, небольшая тень… Знал же, что хорошо будет. Для полного счастья только калебаса с личным запасом песка: послушного рукам, покорного тонким линиям, - не хватало, да только где он теперь? Разбит, уничтожен, а песчинки смешались с сестрами-братьями. Шукаку досадливо цокнул языком. Чтобы не предаваться унылым и бессмысленным перебиранием прошлого, по крайней мере, конкретно этого прошлого, парень сел и лениво осмотрелся. Тануки не рассчитывал найти что-то интересное, однако взгляд зацепился за что-то темное на дне склона. Парень неторопливо спустился вниз. Судя по всему, Баки там не особо торопился, так что у него было полно времени. Смятый не по ветру или же общему рисунку песок. Серая пыль и горсть угля: холодного, но не поглощённого ещё пустыней. Любопытно. Шурх-шурх-шурх. Шурх-шурх-шурх. Шукаку закатил глаза. Шурх. - А это что? Девчонка-генин наклонилась, опираясь ладонями на голые, с бледными полосами царапок колени. Мелкая, но крепкая, она выделялась разве что тем, что чаще спотыкалась на песке, и отдающими в странный персиковый отлив русыми волосами. - А ты что тут делаешь? - Баки-сан дал время отдохнуть. - Вот иди и отдыхай. - Я отдыхаю, - куноичи села и обхватила ноги руками. – А что это? Тануки вздохнул. Дети. Ну, ладно. - Зовут тебя как? – спросил он. - Тесса. - Лет-то хоть сколько? - Одиннадцать. «Ну и ну». Совсем охренели они там в своём совете старейшин. Это заставило Шукаку оттаять – на самом деле ребёнок. - Здесь была стоянка, - принялся объяснять он. – Следы в пустыне держатся совсем мало времени, а здесь даже угли не заметало – значит, ночевали сегодня, а ушли рано утром. Спали здесь и… здесь, у самого огня. Эти два бархана, - тануки указал на два соседних, - укрывали их от ветра и от чужих глаз, так что знали, как место выбирать. - Это шпионы? Может сказать… - В пустыне и другие живут, помимо ниндзя. Шли путники своей дорогой – а шпионы всё заметали бы. «Хотя, если подумать, оно и так исчезнет через пару часов». Шукаку подобрал уголёк и растёр в пальцах. Совсем сухой, он раскрошился легко. - А что это за синие искорки? Да что за почемучка. Правда, на его перепачкавшихся пальцах был на самом деле какой-то странный синеватый блеск: темный, лёгким отливом, еле заметный, но, несомненно, не показавшийся. Тануки удивлённо провёл большим пальцем по подушечке указательного. Стоило сделать более тонкий слой и побледнеть черноте, так переливы стали заметнее. Какого... Взрыв прогремел внезапно и прямо над головой. Песок содрогнулся, посыпался под ноги, а наверху, за гребнем бархана, заорали от неожиданности генины. Шукаку поймал взгляд побледневшей Тессы, приложил палец к губам и, дождавшись её кивка, пополз наверх на локтях и коленях. Девчонка запыхтела сзади. Тануки осторожно выглянул. Пятеро противников, эффект неожиданности, трое генинов уже в заложниках, возможно, их схватили сразу. Двое огрызались вместе с Баки, но джонину с недоученной мелокотнёй при таком численном перевесе приходилось не сладко. Оценив ситуацию, Шукаку быстро зажал выбравшейся на гребень Тессе рот. А то та уже успела воздуху для крика набрать. - Чеши в селение, - шепотом сказал он. – Приведёшь помощь. Побежишь через четыре бархана. Чакру не по всей ступне ноги, а по пальцам и внешнему краю. Поняла? Куноичи закивала. Она была очевидно напугана. Шукаку фыркнул как только она скрылась из вида. Жалко было девочку, а так точно не помрёт. А остальные помрут. Ведь без песка тануки в одиночку обороняться не сможет. А с ним придётся убирать всех без исключения свидетелей и огребать потом за трупы. Вот ещё. Пусть лучше Тесса с помощью поторопится. *Эн – кармическая связь **Бетон на жаре плохо схватывается