Упрямый олень

      — Куда это Эванс направилась?       Сириус, развалившийся на диване и читающий книгу по анимагии, чересчур громко и показушно вздохнул, выпуская из рук учебник. Книга упала прямо на лицо третьекурсника, который сдавленно ругнулся, но даже не сделал попытки скинуть толстый том с себя. Ремус дернул уголком губ, но ничем более не выказал того, что слышал риторический вопрос Джеймса; Питер так вообще не обратил внимания, продолжая испуганно глядеть на огромного паука, которого выпустил «подышать свежим воздухом» Элджи Лонгботтом с пятого курса.       Джеймс Поттер взволнованно подскочил с кресла, глядя на закрывающийся портрет Полной Дамы, и сразу же обратил свой сияющий взгляд на друзей. Ремус единственный заметил его воодушевившееся лицо, но предпочел промолчать, слишком уж заинтересованно смотря в учебник Зельеварения первого курса.       — Ребят, тут стало скучно. Давайте погуляем по замку, случайно наткнемся на Нюниуса и развлечемся! — Поттер уверенно направился к выходу из гостиной, не сомневаясь, что его друзья пойдут за ним. Питер, оторвавшись от созерцания паука, быстро засеменил, догоняя Джеймса; Ремус и Сириус не тронулись с места — один нахмурился, о чем-то думая, а второй вновь устало вздохнул, все же скидывая с лица тяжелую книгу и чуть закашлявшись.       — Сохатый, это было весело в первый год… Во второй год я тоже не протестовал, стараясь понять твои чувства. Но это уже похоже на манию! — Блэк поднялся с дивана и потянулся, не замечая тоскливого взгляда девчушки, сидящей в кресле, что было в самом углу гостиной. Джеймс наморщил лоб, изображая бурную мыслительную деятельность.       — Я думал, что ты любишь дразнить Нюниуса, — наконец выдавил Поттер, поднимая непонимающие глаза на лучшего друга. Сириус несколько секунд смотрел на лицо Джеймса, стараясь понять, серьезно ли тот его не понял. Убедившись, что его друг — полный тупица, Блэк покачал головой и широко улыбнулся.       — Я про Эванс, идиот. Сколько можно-то уже? Пригласи ее в Хогсмид, раз не можешь сообразить, что с ней в Хогвартсе делать! Благо, что у тебя есть разрешение от родителей, — Сириус разочарованно закрыл глаза: его родители отказались подписывать бумагу. Наверное, зря он всю комнату обклеил гриффиндорскими эмблемами и маггловскими постерами… Впрочем, он об этом не сожалел. Лицо подростка оживилось. — Надо будет этой ночью все-таки найти тот проход в «Сладкое королевство»! Не позволю вам веселиться без меня.       — Что?! — Джеймс даже подскочил от возмущения, одновременно взъерошивая волосы на голове, которые и без помощи руки торчали в разные стороны. — Зачем мне приглашать куда-то Эванс?!       — Зачем? — медленно повторил вопрос Блэк, оглядываясь на чуть слышно смеющегося Ремуса. Сириус тоже усмехнулся — Джеймс впервые пропустил мимо ушей предложение прогуляться ночью и поискать секретный ход. — Наверное, потому что она тебе нравится? — Сириус произнес это с издевательски-вопросительной интонацией. Поттер зашипел, словно закипевший чайник, покрываясь краской.       — Никто мне не нравится, — выдавил Джеймс и, не в силах выдержать смеющиеся глаза всех присутствующих в гостиной, быстро испарился. Ремус уже звонко хохотнул, откладывая в сторону учебник зельеварения, Сириус его поддержал лающим смехом, только Петтигрю уставился в сторону лестницы, что вели в комнату мальчиков, не понимая, отчего Джеймс настолько смутился и сбежал.

***

      Ремус испуганно подскочил в кровати, заслышав громкий визг Питера и шум драки. На ощупь найдя палочку, он взмахнул ей, заставляя зажечься все свечи в комнате мальчиков третьего курса.       К своему удивлению, Люпин обнаружил на полу довольного Сириуса Блэка, что восседал на распластавшемся животом вниз Джеймсе Поттере, у которого отсутствовали… ноги…       Ремус тут же кинулся к другу и опустился на колени, желая помочь ему хоть чем-то, пока еще есть время. Но у Джеймса отчего-то не было никакой крови и ран. Ног просто не было… Такое возможно только лишь в том случае, если… Ремус нерешительно коснулся рукой пустого пространства и облегченно вздохнул: ноги покрывала мантия-невидимка.       — Елки-палки, ты чего там творишь?! — возмущенно взвыл Поттер, дрыгнув ногой, и тут же удостоился легкой затрещины от Сириуса, который до сих пор восседал на Джеймсе и что-то пытался отобрать у того из руки. Питер медленно подкрался и сел на колени рядом с Люпином, завороженно наблюдая за противоборством Бродяги и Сохатого.       — Сохатый, я думал, что мы друзья! — насмешливо заговорил Блэк, тяжело дыша: Поттер, даже будучи в столь невыгодном положении, сопротивлялся довольно упорно. Да, квиддич не прошел даром… — Как ты посмел отправиться на ночную вылазку без меня! Ну-ка, что у тебя там за колбочка…       — Это микстура от кашля! Отстань, Бродяга! — вновь завыл Джеймс, за что снова получил затрещину от Сириуса, который призывал к тишине. — Лунатик, Хвост, помогите мне!       — Говоришь, выбрался ночью в замок без тебя? — поинтересовался Ремус, подобравшись ближе к лицу Поттера, который обиженно надулся, поняв, что Люпин не собирается ему помогать. — Интересно, почему…       Ремус схватил руку Джеймса, не позволяя ему двигаться, и Сириус со свежими силами начал вытаскивать колбу из запотевшей за время борьбы ладони Поттера. Это удалось ему довольно легко — сосуд с зельем розоватого оттенка выскочил из руки и закатился под кровать Петтигрю. Дернувшийся было вслед за ним Джеймс был остановлен Люпином, а Сириус быстро скользнул по полу прямо к кровати.       — Есть! — торжествующе воскликнул Блэк, потирая ушибленный о ножку кровати бок. — Итак, интересно, ради какого зелья ты осмелился лазать по замку ночью без меня? Слизнорт, конечно же, как всегда, ничего не запер.       Сириус с некоторым удивлением в глазах приметил розоватую жидкость в колбе, потом вынул пробку и чуть нюхнул, после чего неверяще уставился на Джеймса, что состроил вид ничего не понимающего человека.       — Любовное зелье? Ты серьезно, Сохатый? Любовное зелье? — Блэк залился лающим смехом, Питер неуверенно засмеялся вслед за ним, а Ремус уставился на чуть покрасневшего Поттера. Неужели его друг решился прибегнуть к столь низкому методу, чтобы добиться расположения Лили?..       — Я хотел потом сыграть шутку с кем-нибудь!       — Да-да, с Лили Эванс, — отсмеявшись, весело подтвердил Сириус, усаживаясь на кровать Питера. — Знаешь, Сохатый, я-то думал, что такой, как ты, будет сам добиваться всего… — в голосе Блэка проскользнуло чуть заметное разочарование, но этого было достаточно для того, чтобы Поттер почувствовал себя недостойным.

***

      — Молодец, Бродяга, — удовлетворительно произнес Люпин, с улыбкой глядя в сторону камина. Сириус довольно потянулся, чуть спихнув при этом своими ногами ноги Питера, который сразу же весь сжался. — Благодаря твоей фразе Лили Эванс ждут чудесные годы учебы.       — Все ради друга, — хохотнул в ответ Блэк, с весельем наблюдая, как Поттер без всякого стеснения устроился в ногах рыжеволосой девушки и положил голову ей на колени. Эванс сразу же подскочила, пылая праведным гневом, но улыбку с лица Джеймса, казалось, ничто не в силах стереть. Сириус хмыкнул. — Смотри-ка, у него даже все смущение прошло после того, как признался в симпатии к ней…       — Это же Джеймс Поттер, — вздохнул Ремус, пододвигая к себе несколько учебников и свитков пергамента. — Если он ставит какую-то цель, он ее добивается…       — …ведь он — упрямый олень, — закончил за него фразу Сириус и задорно улыбнулся.