Вишнёвое дерево

Ночевка в кругу семьи Ким казалась Тэхёну до ужаса пугающей. Во-первых, надо было видеть удивленные лица детей, когда те узнали, что знакомый их папы останется у них ещё и на ночь, ведь раньше никто кроме Сокджина никогда не спал в их доме. А, во-вторых, надо было видеть довольное выражение лица и самого хозяина квартиры, который как-то странно начал себя вести к концу вечера и не переставал глупо улыбаться. Омега покрывался мелкой дрожью от всего происходящего, но старался держаться, ведь он тоже хотел бы провести хоть одну ночь в этом месте. Конечно, помимо собственных переживаний младшему было ещё и очень приятно наблюдать за Намджуном в домашней обстановке. Альфа и до этого казался ему гиперзаботливым и милым, а уж увидев вживую его взаимодействие с детьми, Тэхён таял от нежности и думал про себя, что даже некоторые омеги не всегда могут так заботиться о своих детях, а тут… Пока Намджун с сыновьями принимали душ, чистили зубы и готовились ко сну, Тэхён немного осмотрелся в доме и даже заглянул в спальню старшего, ведь ему было очень интересно, что и как в этой комнате. Но, несмотря на холостяцкую жизнь, везде было идеально чисто, а каждая вещь лежала на своем месте. Даже огромная кровать была идеально заправлена, а каждая складочка на шелковом покрывале разглажена, и подобное опять же не могло оставить Тэхёна равнодушным, учитывая, какой хаос царил в его собственной квартире. — Ты второй омега, который переступает порог этой комнаты, — младший даже и не слышал, как Намджун тихонечко подошел сзади. — Первым был Ханбин… — добавил тот, как бы уточняя. — Ясно, — Тэхён коротко выдохнул и прикрыл глаза, ощущая, как запах мокрого альфы усиливается в разы после принятия душа. — Думаю, тебе тоже стоит освежиться, — на плечо омеги опустилось большое мягкое полотенце. — По коридору последняя дверь налево, — Намджун подошел ещё ближе, и омега инстинктивно напрягся. — Я пока уложу детей. — Х-хорошо, — Тэхён нервно сглотнул и послушно, практически на автомате, вышел из комнаты. Не то чтобы младший на что-то рассчитывал, просто каждый момент, проведенный с альфой наедине, казался ему слишком опасным, волнительным и слишком соблазнительным. Потому что нельзя вот так подкрадываться сзади, нельзя делать двусмысленные намеки и говорить полушепотом — ведь это безумно заводит и заставляет всё внутри сжиматься в сладостном предвкушении. Темные расширенные зрачки омеги отдавали немного демонятиной, и Тэхён даже сам испугался своего отражения в зеркале ванной комнаты. Парень не был похож сам на себя: растрепанный растерянный вид, слегка покрасневшие уши и щёки, пересохшие губы и вмиг ставшая тесной одежда, которую хотелось снять с себя как можно скорее. Но омега почему-то медлил с принятием душа, он просто завис на собственном отражении, погружаясь в водоворот мыслей всё больше. В голову опять лезли разные вопросы о том, надо ли Киму всё это, сможет ли он вписаться в эту поистине идеальную семью, сможет ли сделать Намджуна счастливым и стать настоящим отцом для двух этих чудных детей. — Ты специально не закрыл дверь? Тэхён вздрогнул, услышав рядом с собой голос альфы. — Я… я живу один, поэтому даже не подумал… об этом, — младшего вновь пробило на дрожь, потому что Намджун, кажется, не собирался любезно убираться из ванной. — А почему ещё не помылся? Что ты вообще тут делал? — альфа осторожно прошел внутрь и прикрыл за собой дверь, проворачивая маленький замок на металлической ручке. — Даже мальчики уже успели заснуть. — Я… — Тэхён опять стал заикаться. — Мне… — Мингю сказал пожелать спокойной ночи вишневому аджосси, — в одночасье руки старшего крепко обвили талию омеги. — Оказывается, не один я считаю, что от тебя исходит такой запах, — парень прижал Тэхёна к себе и нагнулся к его шее, делая глубокие, как затяжка, вдохи. — Не знаю, о чем ты, — младший же дышал отрывисто, держась одной рукой за плечо альфы, другой — за край раковины. — Мне такого не говорили. — А что говорили? — Намджуну нравилось дразнить Тэхёна своими действиями, и он продолжал легонько наглаживать его спину, с каждым движением забираясь под тонкий свитер все больше и касаясь холодными пальцами такой гладкой и теплой кожи. — Ничего, — Киму даже не пришлось врать. — Странно, — альфа стал более напорист и толкнул младшего назад, заставляя прижаться к стене. — И что ты красивый не говорили? — Я не такой, — пытался опровергнуть это омега, но с губами Намджуна было очень трудно спорить. — Значит, я буду первым, кто это тебе скажет… Тэхён ощущал, как внутреннее возбуждение нарастает с каждой секундой, противостоять заведенному альфе уже бесполезно, да и тело как бы само подчиняется ему, отвечая на все ласки. — Ты безумно красивый, Ким Тэхён, — низкий голос россыпью мурашек на коже омеги. — Бесконечно притягательный, обаятельный, сексуальный. Ты имеешь свойство селиться в чужих мыслях и западать в душу, заставляешь зависеть от себя и очень заводишь, находясь вблизи… — каждое слово альфы заставляло цепляться за его сильные плечи и шею в попытках удержаться на ногах. — И я очень рад тому, что такое сокровище досталось именно мне, — «контрольный в голову». Тэхён мог только горько признать, что раньше общался с совершенно не теми альфами, и они сейчас казались ему настоящим мусором, ведь ни один из них не говорил ему столько приятных слов. — Я люблю тебя, — хрипло выдохнул омега, утыкаясь лицом в грудь Намджуна. — Люблю… — Это официальное заявление или эмоциональный порыв? — старший усмехнулся: он решил разрядить ставшую немного серьезной атмосферу. — Могу даже поставить свою печать и подпись, — улыбнулся в ответ Тэхён и поднял голову, встречаясь с альфой взглядами. — А еще я хочу тебя, — парень чувствовал сексуальное напряжение Намджуна, но также видел, что тот медлил, боясь принудить самого Тэхёна, поэтому тот и решил озвучить это желание (разрешение) вслух. Говорить что-то ещё не было смысла. На лице старшего проскользнула еле заметная улыбка с таким же демоническим оттенком, что видел ранее омега в своих глазах. Альфа стал смелее в действиях и чуть грубее в ласках. Ему хотелось показать, насколько прекрасен сам Тэхён и как притягательно его тело, альфе хотелось запечатлеть губами каждый его кусочек и оставить на нем отпечаток принадлежности. Вскоре вся одежда была хаотично раскидана по кафельному полу, а воздух накален до предела. Внутри ванной комнаты сделалось неимоверно душно и жарко, а тяжелые дыхания обоих парней было трудно перебить даже шумом льющейся из крана воды. Впервые за долгое время Намджун не контролировал себя и не контролировал ситуацию в целом. Ему просто хотелось этой близости, хотелось привязать этого омегу к себе, ощутить его горячее липкое тело и услышать сдавленный стон в плечо. Обнаженный Тэхён был прекрасен: тонкие крылья-ключицы под алебастровой кожей, острые плечи, твердая грудь… и даже впалый живот со шрамом в виде лунного серпа казался старшему бесконечно прекрасным. Омега был привлекателен до кончиков пальцев на изящных руках, и Намджун впервые чувствовал такой физический «голод», когда уже не рассчитываешь силу и сжимаешь чужие бедра до малиновых отпечатков, когда бессознательно кусаешь шею до синяков и целуешься до припухших губ. Но омеге это нравилось. Нравилось следовать за альфой и подчиняться ему, нравилась эта боль, смешанная с наслаждением, и ощущение наполненности, сильные руки, не дающие упасть и сладкие поцелуи, кружащие голову… Тэхён рассыпался на кучу осколков и собирался вновь, едва слышал над ухом вкрадчивый шепот Намджуна, приводящий в чувство. Время и реальность стирали свои мыслимые границы. У старшего был огромный опыт в купании детей, поэтому и с ребенком постарше никаких проблем после не было — обессиленный омега послушно шел на руки и разрешал, в принципе, делать с ним всё, что угодно. Замокая в огромной ванне с Тэхёном на груди, Намджун понимал, что сейчас, возможно, один из самых лучших моментов в его жизни. Джин-хён был на все сто процентов прав, когда говорил о том, что нужно найти себе пару. Просто былая обида на бывшего мужа и постоянная забота о детях мешали построить собственное счастье, но сейчас же альфа был уверен, что ни за что его не упустит. — Хэй, ты ведь не уснул? — Намджун усмехнулся и поцеловал мокрые закрытые веки Тэхёна. — Нет, — прошептал тот, но глаза не открыл. — Просто наслаждаюсь моментом… Старший снова усмехнулся и легонько провел рукой по сырым волосам омеги, облегченно выдыхая, ведь, кажется, шансы на то, что Тэхён от него сбежит, стремились к нулю. Намджун так же, на руках, вынес младшего из душа и уложил в свою кровать, обещая посидеть с Тэхёном еще немного, пока он не заснет, а после перейти на диван в гостиной, чтобы не шокировать раньше времени детей-жаворонков. Благо, ждать альфе долго не пришлось — всего пара минут, и омега уже расслабился в чужой постели, дыша ровно и глубоко… именно так, как нужно было сердцу Намджуна для того, чтобы хоть немного замедлить свой бешеный ритм.