Вишнёвое дерево

Несмотря на то, что Тэхён первым обозвал Намджуна извращенцем, сам он дождаться не мог, пока они переступят порог своей квартиры. Крепко сжимая в руках пакеты с продуктами, омега то и дело бросал заинтересованные взгляды на коробку с мороженым, которое старший (как он предполагал) специально положил поверх всего прочего. Отпотевающая в помещении пластиковая упаковка приковывала к себе жадный взгляд Тэхёна, и, как обычно, всё это не могло остаться незамеченным для старшего. Альфа сдерживал улыбку, как мог, но Тэхён… Господи, Тэхён, который хочет, но боится признать это — просто верх фетишизма, поэтому терпение старшего с каждой минутой подходило к концу, а руки сами тянулись к талии омеги, мечтая прижать его к себе, как можно скорее. — Из-за того, что ты долго копался в отделе бытовой химии, нам уже скоро выезжать обратно, — бубнил Тэхён, быстро скидывая в прихожей свою обувь. — Еще нужно успеть забрать мальчиков из школы, заехать за Кукуном от папы и договориться со строительной компанией по поводу… Хён…— парень вздрогнул от неожиданных прикосновений Намджуна со спины. — Давай сначала разберем пакеты… — Но ты ведь уже сгораешь от предвкушения, не так ли? — хриплый шепот старшего над ухом, от которого подкашиваются ноги и теряется рассудок. — Может, ты и не замечаешь этого, но ты очень провокационный. Еще полтора часа назад ты с невозмутимым видом ерзал на моих бедрах… думал, я оставлю это безнаказанным? В ответ лишь тихий полустон от грубых ласк и сильных рук, скользящих вдоль выгибающегося тела. Тэхён уже давно заметил, что со времени знакомства с Намджуном его тело во многом изменилось: в попытках подстроиться под чужое, оно стало пластичнее, выносливее в мышцах и сотню раз чувствительнее. Теперь каждое касание со стороны альфы отзывалось в теле многочисленными вибрациями, которые окутывали приятной дрожью и заставляли прикрывать глаза в тягуче-ноющей неге. — Сам говоришь, что у нас мало времени, — длинные пальцы Намджуна ловко подцепили край белоснежной футболки младшего и стянули ее через голову. — Знал бы ты, как замечательно пахнешь, — альфа с наслаждением настоящего наркомана провел носом дорожку от плеча до шеи Тэхёна, втягивая пряный омежий аромат полной грудью. — Каждый раз удивляюсь тому, насколько сильно ты умеешь возбуждать… Младший вздрагивал от каждого прикосновения и рвано дышал, томясь в мучительно-приятных ласках. Это был его альфа. На всю тысячу процентов его. Истинный. Ни с кем до него Тэхёну не было так хорошо, поэтому каждая секунда, проведенная вместе, отпечатывалась в памяти приятным воспоминанием, что грело в минуты расставаний. Каждое прикосновение к распаренной влажной коже клеймило и штамповало надписью «принадлежит Ким Намджуну», а тот был рад стараться, не оставляя ни единого «чистого» места. Омега никогда не умел открыто заигрывать, флиртовать, вести вот такие горячие до ожогов диалоги, поэтому молча плавился под вкрадчивым шепотом старшего, думая лишь о том, как бы удержаться на ногах и не свалиться прямо в коридоре. —Хён, я так хочу ребенка, — неожиданно и для самого себя тоже, тихо выдохнул Тэхён, разворачиваясь к Намджуну лицом. — Хочу… — десятки мелких поцелуев по лицу альфы, — …от тебя. Старший улыбнулся, поддаваясь на нежные ласки своего мужа, и лишь крепче сцепил свои руки на его обнаженной талии. — Знаешь, как это опасно? —Намджун пристально посмотрел в глаза напротив. — Вот так, в открытую, говорить альфе о том, что хочешь от него ребенка, — в считанные секунды парень приподнял Тэхёна за бедра, удерживая его на весу. — Что будешь делать, если я не выпущу тебя из постели? Обезоруженный омега только и мог, что цепляться за широкие плечи мужа, чувствуя, как сильно напряжены мышцы под его руками. Кроличье сердце отчаянно колотилось о ребра, а вся вселенная резко сосредоточилась на одном человеке. — Ничего не буду делать, — шепнул Тэхён, наклоняясь к уху Намджуна. — Потому что я согласен, — одна рука младшего зарылась в коротко стриженые волосы альфы и, слегка потянув за них, запрокинула голову старшего назад. — Хочу тебя, — глубокий всепоглощающий взгляд, который принадлежал и не Тэхёну вовсе — дьявольски одержимый, он пытал Намджуна своими темными зрачками и будил внутри альфы что-то не менее темное и плотско-развратное. — Надо позвонить отцу, — хрипло выдал старший, не в силах оторвать взгляд от мужа. — Пусть заберет мальчиков к себе… — по-прежнему крепкий неразрывный зрительный контакт. — Мой телефон… в кармане… — Так отпусти меня… — казалось, Тэхён даже не моргал, всё сильнее впиваясь взглядом в Намджуна. — Не могу, — выдохнул альфа, чуть подкидывая младшего в воздухе, но тут же бережно ловя. — Может, ты сам… дотянешься? — парень шумно сглотнул, ощущая, как жар, принесенный еще с улицы, вкупе с диким возбуждением просто сжигает его кожу, как папиросную бумагу. Тэхён впервые отвел взгляд, жадно скользя им по кривой дорожке темно-синих пуговиц сбившейся рубашки Намджуна, и одной рукой слегка провел вдоль его тела ниже, нахально касаясь напряженного живота и небрежно скользнув ладонью по напряженному паху, он нащупал карман брюк старшего и так же нарочито медленно вытащил телефон. — Может, всё-таки опустишь? — спросил омега, быстро снимая блокировку мобильника. — Я не Мингю и даже не Ханбин… боюсь, завтра же ты сляжешь с болью в спине… — хмыкнул он, листая контакты в чужом телефоне. — Ты прав, — честно признался Намджун. — Но какой из меня тогда альфа, если я не смогу носить на руках своего омегу? — парень пафосно повел бровью и крепче сжал свои руки на бедрах мужа. — Но всё же ты там побыстрее, пожалуйста… К счастью, дозвонившись с первого раза, старший быстро договорился со своим отцом насчет детей, поэтому вскоре, мобильный телефон уже валялся где-то на тумбе, а парочка «неразлучников» благополучно шаркала в ванную комнату, где Тэхён, оказавшись наконец на обжигающем босые стопы полу, в доли секунд избавил альфу от мешающей и липнувшей одежды, вырвав в порыве страсти пару крепких пуговиц. Холодная вода на разгоряченных телах буквально шипела и испарялась. Влажные ладони на кафельных стенах скрипуче скользили, а искусанные до красноты губы неистово целовали друг друга. Намджун был лучшим любовником, какого для себя мог представить Тэхён. Органичность в каждой мелочи, единение тела и мыслей заверяло в том, что эти двое настоящая пара. Настоящая женатая пара, у которой было всё то, что никогда им не дали бы мимолетные отношения. Рядом с альфой пропадали такие понятия, как страх, боль… и стыд. Тэхёну было так хорошо, что плевать он хотел, как выглядит в минуты оргазма, потому что рядом тот, кому можно доверить себя целиком и полностью. Измотанный, он, тяжело дыша, хватался за шею Намджуна и прижимался губами к его холодным ключицам, мечтая остановить время хотя бы на несколько минут, ведь большего ему и не нужно — впереди была вся жизнь с этим человеком.

***

— Стареешь. Ты оставил мороженое детям вместо того, чтобы… — младший осекся, не зная, как лучше выразить свою мысль. — Что бы? — альфа самодовольно усмехнулся, разглядывая перед собой домашнего до умиления Тэхёна, закутанного в халат. — ...чтобы есть его самому, — выкрутился тот. — А у тебя были на него какие-то планы? — прикидывался дурачком старший, прекрасно понимая, о чем шла речь. — Да не особо, — смутился омега, заглатывая сразу большой кусок холодного десерта. — Просто уточнил… — облизывая ложку, Тэхён старался, как мог, держать покер-фэйс, но все эти подколы и усмешки со стороны Намджуна говорили о том, что актер из младшего хреновый. — Ты же знаешь, что мне нравится дразнить тебя? — альфа нагнулся к мужу через стол, заставляя того застыть на месте с ложкой во рту. — Напуганный, до жути милый, смущающийся любых откровенных разговоров, ты влюбляешь в себя по уши, — указательный палец старшего дотронулся сначала до креманки с мороженым, а после коснулся щеки Тэхёна, отпечатывая на ней сладкий след. — Люблю тебя, — улыбнулся Намджун и оставил на том же месте нежный поцелуй. В такие моменты омега готов был расплакаться оттого, что всё это происходило в его жизни, которая еще год назад была совершенно никчемной. Сейчас же у Тэхёна было всё. Или почти всё, что нужно для полного счастья. И вот поэтому, засыпая на коленях любимого мужа, омега думал о том, что Мин Юнги, наверное, псих, раз смог променять такое счастье на какую-то призрачную мечту. Намджун мог дать ему всё то, что имеет сейчас Тэхён… но сейчас уже поздно — новая семья Ким вряд ли сможет расколоться, а если и сможет, то только для того, чтобы впустить в нее еще одного человечка, а после собраться воедино, только еще более сильным составом.