Огни

За столом главного дома сидели Реборн, Нана и Емитсу, напротив них сидел Тсуна, за его спиной стоял Хибари. - Вонгола весьма влиятельная и уважаемая семья среди мафиози всего мира. Ты, как будущий босс, должен будешь вести дела семьи, как в бизнесе, так и в мире мафии. По традиции повелось, что у тебя должно быть шесть помощников – шесть хранителей - и у каждого свой атрибут. Ты – это небо, объединяющее, дарящее свое покровительство. Я присмотрел тебе и хранителей... Гокудера – ураган, Сасагава – солнце, Ямамото – дождь, Хибари – облако, сегодня прибудет еще и гроза. Однако, на атрибут тумана у меня еще нет никакой кандидатуры, и это место все еще пустует, но, думаю, это ненадолго. Тсуна хотел было спросить о человеке, который станет хранителем грозы, но его прервал ворвавшийся в комнату Маса. Он был весь перепачкан грязью. Шатен впервые увидел своего друга в таком состоянии. - Маса? Что с тобой? – Оками посмотрел на него, потом перевел взгляд на Нану. - В лесу екаев, как ты и предполагала, появился новый хозяин и все исчезновения аякаши связаны с ним. Он набирает силу, а тех, кто отказывается ему служить, пожирает Цутигуми. Рыжеволосая серьезно задумалась. Ранее в их клан с просьбой о защите пришли екаи, и она отправила двух самых надежных и сильных аякаши разведать обстановку. В итоге, ее подозрения подтвердились, и в лесу екаев появился новый лидер, с недобрыми намерениями. - Соджи, как ты и говорила, остался следить за обстановкой, а я вернулся только из-за того что... Мы услышали о том, кто стал их следующей целью. – Маса выразительно посмотрел на Тсуну. - Что?! Мой сын?! – женщина хотела добавить что-то еще, но дверь распахнулась, и в помещение ввалился Соджи. Так как екай не проявлял себя для взгляда непосвященных, Емитсу и Реборн вздрогнули от неожиданности, когда услышали низкий бас екая. - Маса, ты придурок! Их сенсоры засекли тебя, а ты привел их домой! Да еще когда Тсунаеши-сама здесь! - Что?! Маса, защищай Тсуну! Хибари, на тебе старейшина! Соджи – двор! Емитсу, Реборн, берите Футу и уходите в дальние комнаты! – раздавая распоряжения, Нана рылась в ящиках стола, выбирая шикигами. Найдя нужные, повернулась и, вызвав дух самурая, приготовилась к битве. Пока Соджи и остальные екаи бились во дворе, в дом начали просвистывать стрелы. Взяв одну из них, Хибари выругался. - Нана-сан, стрелы с заклинаниями. Они убивают аякаши. Я пошел во двор, иначе они прорвутся сюда. – женщина кивнула, и брюнет выскочил за дверь. Дальнейшее происходило словно в каком-то боевике. Дверь распахнулась, и Тсуна увидел, как Хибари сражается с тремя екаями, а в открытую дверь вламывается огромный Цитигуми и человек в черном кимоно с луком и стрелами. Нана начала активировать шикигами, но оказалась под действием наложенного барьера, как и старейшина и Реборн с Емитсу. Лишившись возможности двигаться, она с ужасом наблюдала, как враг натягивает тетиву и целится в ее сына. Под барьером шикигами испарился, превратившись в кусочек бумаги. В то же время злобный екай нападает на шатена. Маса, чтобы защитить своего подопечного, вгрызается в глотку нападающему и откидывает его за пределы комнаты, руша все преграды, возникшие на пути. Тем временем парень в черном кимоно вновь натягивает тетиву. - Я Химори, новый хозяин екаев. И ты, Тсунаеши, станешь моим флагом окончательной победы. – договорив, мужчина пускает стрелу в сердце парня. Нана с немым криком протянула руку в сторону сына, не в силах ему помочь. Перед тем, как стрела должна была вонзиться в сердце юноши, карамельные глаза увидели белую голову своего друга и защитника. - Тсунаеши... – тихий шепот Масы вывел шатена из ступора. - Маса, Маса... Маса! Дыхание Оками стало сбивчивым и затрудненным. Стрела с заклинанием забирала остатки силы, и парень с ужасом чувствовал и увидел, как из его наставника и защитника вытекает жизнь. После прерывистого вздоха на Тсуну смотрели остекленевшие, безжизненные глаза. Шатен понимал, что не должен впадать в отчаяние, но ощутив горячую кровь близкого существа на своих руках, абстрагируется от этого мира. Воздух вокруг него начинает трещать искрами, волосы вздыбились, и поднимаемые непонятными, невидимыми потоками ветра, колыхались в разные стороны. Нана, видя состояние сына, хочет броситься к нему, помочь, но не может пошевелиться. Единственное, что она осилила - это крик. - Хибари! Но он был лишним, Кея уже был возле своего друга и, пробиваясь сквозь силовой барьер, обнимает шатена. «Тсуна... Тсу! Не смей! Если ты впадешь в бурю эмоций, я... Я не хочу тебя терять... Ты нужен мне, и не только мне. Ты нужен всем нам!» Пока брюнет пробивался дальше в сознание юного босса, их неприятель вновь натягивал тетиву и вновь пустил стрелу в свою мишень. Нана из-за всех сил напряглась и снова призвала шикигами, который сломал барьер. Освободившись от пут заклинания, женщина бросилась на защиту сына. Успев в последний момент поймать стрелу, перехватила ее на манер куная, бросилась на врага, атакуя попеременно то стрелой, то шикигами. Емитсу не мог шевелиться из-за заклинания барьера, и когда увидел, как его любимая женщина сражается, был потрясен. Каждое ее движение отточено, грациозно и смертоносно, он никак не ожидал такого от своей милой и нежной Наны, а когда ее оцарапали ножом, зашипел от негодования. Наблюдая за ней, он не заметил, как противник достал нож и начал сражаться с рыжеволосой в рукопашную. После серии ловких и стремительных атак, она воткнула стрелу врагу в сердце, и Емитсу вздохнул с облегчением и тревогой за нее. Барьер спал, и он бросился к застывшей на одном месте жене. - Все хорошо, успокойся... Его больше нет... Рыжеволосая с какой-то отстраненностью, но и с благодарностью приняла объятия мужа. А в это же время Хибари пытался достучаться до Тсуны. Несмотря на то, что его периодически прошибали электрические разряды, он крепко обнял своего босса. «Тсу... Тсуна... Савада Тсунаеши! На тебе лежит ответственность за две семьи. Да очнись же ты!» Хибари не знал, как еще пробиться к шатену. Он посмотрел на мать парня, которая без сил висла на руках мужа, слишком много сил она потратила, пробиваясь сквозь барьер и на саму битву. Все еще не зная, что предпринять, брюнет вспомнил, что постоянно выпрашивал у него друг. «Тсуна, если ты не очнешься сейчас же, я не дам тебе ни одной книги из кабинета, а наоборот сожгу их!» В течении пяти секунд электромагнитное поле вокруг них успокоилось, а еще через несколько секунд юноша открыл глаза, полные боли и потрясения от потери близкого друга, но ясные и понимающие. Хибари понял, что он пытается совладать с собой и смириться с утратой. - Это правда? – что именно спрашивал шатен, Хибари так и не понял, но кивнул. – Значит, я нужен тебе? – на это заявление брюнет покраснел и отвел взгляд в сторону. - Да, ты нужен мне, и не только мне... – Кее было очень неловко признаваться в чем-то подобном так откровенно, но и не ответить на вопрос шатена он не смог. На лице босса не было улыбки, но в глазах отражалась теплота и благодарность. Парнишка опустился на колени и склонился над Масой. Уткнувшись в мягкую шерсть, шатен сначала начал всхлипывать, а после и вовсе зарыдал в голос. - Как же мне теперь быть... Кто будет ворчать на меня и подгонять?! Маса... Как же мне будет не хватать тебя... Пока шатен плакал, старейшина вызвал медиков и, раздавая распоряжения, начал все приводить в порядок. Кея, не зная как утешить раздавленного горем парня, положил свою руку ему на плечо. Нана тоже плакала, уткнувшись в плечо мужа. С Оками и у нее были связаны разные воспоминания и моменты из жизни. Это он дал ей поддержку и надежду, что она сможет воспитать такого особенного ребенка как Тсуну. После всего произошедшего и сделанного, было решено оставить все на старейшину. Хибари подхватил юного босса на руки, и тот, убаюканный спокойной уверенностью брюнета, а также от переизбытка эмоций, уснул. По пути, к Хибари подошел его подчиненный, Кусакабе, и сообщил об очередном нападении на членов ДК. Тот, кивнув, пошел дальше, решив разбираться с последствиями позже. Наследник Вонголы со спокойным лицом дремал на плече своего друга. Когда они добрались до дома, Нана с Хибари уложили Тсуну на кровать и потом разошлись по своим комнатам - после дня, наполненного событиями, требовался отдых. Реборн раздумывал, что делать дальше, а также о том, откуда его ученик узнал имя Розетти и всю подноготную на него. Даже если брать в расчет то, что он является наследником якудза, настолько личную и обширную информацию он знать не мог. И эти разговоры о тайне самого репетитора... Неужели у него настолько хорошие информаторы?! Так же было весьма странно наблюдать со стороны всю ситуацию и поведение ученика во время нападения на главный дом. Все это являлось еще одним осколком головоломки, которую нужно было сложить киллеру и которая не давала ему покоя. В соседней комнате в обнимку лежали Нана и Емитсу. - Ты удивительная женщина. Я и раньше это знал, но то, как ты разобралась с тем парнем, заставило меня сожалеть о потерянных годах в разлуке еще больше! Если бы я рассказал тебе всю правду раньше, то нам не пришлось бы жить в одиночестве так долго. - Не стоит сожалеть. Ведь мы молчали в попытке защитить друг друга... И, все же, убийство - это не мой конек... – в уголке глаз женщины собралась слеза. - У тебя не было выбора. А что произошло сегодня с Тсуной? – обеспокоенно спросил мужчина, решив сменить тему. - Я точно не знаю... Я не могу понять всю глубину его силы, но у Тсу-куна есть несколько близких, которые любят его и не причиняют ему боли прикосновением. В их числе, конечно же Хибари, Такеши – сын Ямамото Тсуеши, Хару – дочь Миура Кентаро и, конечно же, Маса. И когда с одним из них происходит что-то, он может выйти из себя. Так же один из них может успокоить его, вернуть ему надежду на то, что все будет хорошо, и все образуется. Если ты переживаешь по поводу его отстраненности, то напрасно. Он всегда был таким, не подпуская к себе никого, он ограждает себя от лишней боли, темноты, предательства... - Вы оба такие особенные... Я даже не подозревал о существовании таких вещей... Женщина улыбнулась, и протянув руку к щеке мужа, погладила ее. В комнате юного босса тоже была мирная обстановка. Хибари сидел за письменным столом, наблюдая, как его босс спит. Удивляясь его спокойному виду, в котором не ощущалось даже намека на тот хаос, что творился с ним еще пару часов назад. Убедившись, что с шатеном все в порядке, глава ДК подошел к окну. - Кё... Ты куда? – послышался тихий голос с кровати. - Ты в порядке, я пошел, не опаздывай завтра в школу. – дождавшись кивка и улыбки от Тсуны, запрыгнул на подоконник и исчез за окном. Хозяин комнаты уже привык к такому поведению своего друга, поэтому повернувшись, достал книгу и стал читать. Через некоторое время, когда в сюжете рассказа начался самый напряженный и увлекательный момент, шатен услышал шорох за окном. Парнишка поднял голову, решив, что вернулся Кея, но улыбка сменилась удивлением. На подоконнике стоял вовсе не Хибари. - Кто я такой? Я Ламбо-сааан! Мва-ха-ха! Теперь ты мой раб! И где Реборн, я победю его и стану сильнейшим киллером-ребенком! На Тсуну смотрел маленький мальчик в пятнистом костюме, с лохматой, кудрявой головой и торчащими из нее рогами.