Дежавю.

POV Карим Надо прекращать. Заканчивать вот со всем этим. Со всей этой поеботой. Прекратить бухать. Прибраться в квартире. Открыть шторы и впустить свет. Найти телефон. Набрать удаленный из контактов, но не из головы, номер. Подождать пару длинных гудков. Услышать чертов насмешливый голос. Это небрежное "Слушаю". И дать волю словам. Сказать все. Все, что лежит тяжелым камнем на душе. А дальше... А хуй знает, что дальше. Дальше от меня уже не будет зависить. Дальше пусть сам решает, продолжать наш разговор или, как всегда, проигнорить. Дальше я доверюсь ему. Хотя я давно уже доверился. Много лет прошло с того момента, когда он буквально прибил меня к полу своими блядски - глубокими глазами цвета штормящего моря и дал понять, что все, с этого момента он моя жизнь, мой воздух, мое будущее. И закружилось, понеслось. Моя любовь и привязанность, его страсть и властность. Вихрь. Буря. Магия, блядь. И я всерьез подумывал одно время о том, что он обладает какими-то магическими способностями, не зря же развелось столько оксидрочеров, готовых харакири себе сделать ради него. Страшное дело. А еще страшнее, что я сам ничем не лучше этих фанатиков. Даже хуже. Двадцатилетний наркоман, алкаш и суицидник с изрезанными и исколотыми руками, с возом и маленькой тележкой долгов и косяков, с репутацией шлюхана и еще с целой кучей всякого говна, но без самого главного - без любимого человека. Такого человека у меня никогда не было. Его любовь была придумана моим больным воображением, она - иллюзия, тлен, пепел, сегодня есть, завтра - нет. А я напридумывал себе, идиот. А может быть все, что между нами было - галлюцинация? И когда меня отпустит, то пойму, что просто феерически объебался, и на самом деле мы с ним даже не знакомы. Конечно, так было бы проще. Вот только для этого надо еще как минимум часов десять не гонять эмми. Слишком сложно. Проще все же позвонить по тем цифрам, которые вертятся в голове. С трудом поднимаюсь с пола, заваленного всякой хуйней, отмечая, что ломать не строить, и прибрать вот этот пиздец мне будет нереально. Отодвигаю ногой с дороги пустую бутылку от портяги, перешагиваю через обломки ампул, и выбираюсь в коридор. Телефон обнаруживается в туалете, и одному черту известно, как он там оказался. Пальцы автоматически набирают на покрытом трещинами экране номер. Одиннадцать ебаных цифр, навечно врезавшихся в мою память. Гудки. Прислоняюсь к стене, прикрывая глаза. Не ответит. Наверняка, у него есть дела поважнее общения со мной. Какие-нибудь телки, парни, их мамы. Хуй знает. - Слушаю. - вздрагиваю и едва не роняю телефон на пол. Ответил. Ответил. Ответил, мать вашу! - Алло. - Да. - голос звучит до безобразия охрипшим. Откашливаюсь. - Привет. - Ну привет. Ты что-то хотел? Блядь, не надо мне никакого вашего сэмпла, нахуй идите вместе с ним... - чего? - Прости, это не тебе. - Я понял. - облизываю пересохшие губы. - Я это... Просто... Блядь... Как сказать... - Говори, как есть. - Мирон перебивает меня. - У меня запись сейчас. Времени мало. Говорить, как есть? Уверен? Ну хорошо. - Мне плохо. Очень сильно. Правда... Я на что угодно готов, лишь бы все было по-прежнему, как раньше... - не сдерживаю всхлипа. Черт. - Я забухал, по-страшному забухал, опять колеса, опять морфий. Я заебался уже, слышишь? - истерика накрывает меня, и я просто выкладываю ему целой лавиной все, что накипело. Дышать становится труднее, и я выпаливаю последнюю фразу и отрубаюсь. - ...но раз тебя я не нужен, то ну все нахуй, закинусь спидболом, сдохну, и больше не буду тебе мешать... *** - Эй, давай, приди же в себя, - открываю глаза и вижу над собой испуганное лицо Мирона. - Ну наконец-то, блядь. - Как ты тут оказался? - в горле першит и до безумия хочется пить. - А ты не рад мне? По телефону мне показалось обратное. - мужчина красноречиво трясет передо мной ключами. Ну да, как я забыл про его комплект. - Рад. - оглядываюсь и понимаю, что я лежу на своем диване. - Но у тебя же запись была, ты что... все оставил ради меня? Мирон всплескивает руками. - Сука, я как про спидбол услышал, пересрался, а потом ты еще и замолчал, хоть и не отключился. Зная, какой ты долбоеб, и на что способен, я был уверен, что эта смесь уже в тебе. - мужчина присаживается рядом со мной. - Когда пришел, то увидел тебя, валяющегося на полу в окружении ампул и пакетиков, думал, все, пизда, не успел... - Успел. - тянусь к его небритой щеке и накрываю ее ладонью. - Значит, ты волновался за меня? - Может и так. - Мирон поджимает губы, и мои пальцы уже ползут к ним, очерчивая контур. - Но имей ввиду, когда полегчает, тебя ждет серьезный разговор. Придумал тоже, чуть что бухать как свинья и за иглы хвататься. Чуть что? Да ладно, серьезно? Разрыв отношений на пустом месте для него чуть что? - Я знаю, что повел себя не очень красиво, но это не повод... - Повод. - пытаюсь вскочить со своего места. - Ты расстался по телефону, и месяц не появлялся. Это разве не повод? У меня на ногах ровно 29 порезов, столько, сколько дней мы с тобой не разговаривали. И если б я не решился позвонить, все бы так и продолжалось... Мирон не дает мне договорить, накрывая мои губы поцелуем. Мужчина сгребает меня в объятия и перетаскивает к себе на колени. Обвиваю его шею руками, зарываясь пальцами в короткие мягкие волосы. Как же тепло, хорошо, знакомо. Знакомо до боли, потому что такой поцелуй был при каждой нашей встрече. - Дежавю... - он немного отстраняется, упираясь лбом в мой висок. - Дежавю. - медленно повторяю за ним и обнимаю еще крепче. - Де-жа-вю.