Древняя магия

Неужели снова? Я готов был кричать, чтобы она слышала меня, чтобы не смела даже думать о том, чтобы покинуть меня снова. Она не могла так со мной поступить. Я молил Эру, чтобы она выжила. Рэниари кричала, что Вениа это заслужила, а тело эльфийки покоилось в моих руках. Она была без сознания, когда я сломя голову пронесся мимо ошарашенного Нарамакила. Руки были в ее крови. Я старался нести ее в лазарет как можно бережнее, как можно быстрее. Неизвестно, сколько времени осталось до того момента, как ее сердце перестанет биться. Прежде, чем уложить ее на кровать, лекарь вытащил из ее груди стрелу, что попала в цель. Рэниари никогда не могла попасть в цель, сколько мы ее не тренировали. Раз я даже согласился, чтобы проверить ее слова, но ничего не изменилось, сколько я не старался вбить в ее голову азы. Но она не сдавалась. Я знал, что она хочет занять место Вении, но этого не смог бы сделать никто. Да, Рэниари была красива, обучена манерам, но она не та, что поселилась в моем сердце. - Мой принц, прошу вас, выйдите, вы мешаете мне работать, - сказал лекарь, и я тут же отошел от своей невесты, чтобы дать ему возможность выполнять свои обязанности. Мне не хотелось отпускать ее руку, я хотел, чтобы она чувствовала - я рядом. Она нужна мне здесь. Ей еще рано уходить. Когда придет время, мы уйдем вместе. Я видел, как мой отец страдал после смерти матери и теперь понимал его боль, хотя Вениа еще не испустила дух. - Мама, помоги ей, - прошептал я. До этого еще никогда я не обращался к духу своей матери, мне было это не нужно. Но сейчас я готов был молить кого угодно, лишь бы она осталась. Я держал ее руку. На лекаре лица не было, он был бледен. Боялся, что я могу приказать казнить его за ту новость, что он сообщил мне. - Вениа, мой принц...Ее больше нет. Было такое ощущение, что из груди вырвали сердце. Оно не билось, в голову ударили сотни острых игл. Хотелось сесть на Толо и скакать до тех пор, пока не испущу дух. Впервые мне захотелось убить собрата. Я желал смерти Рэниари. Она отобрала у меня ее...Меня захватил огонь, кожу стало невыносимо жечь. И...я вскочил со своего места... Вениа лежала рядом, рот чуть приоткрыт, ресницы слегка дрожат, грудь то поднимается, то опускается. Кровотечение остановили, рану перевязали. Моя невеста была жива, а это был лишь страшный сон. Самый ужасный из всех, которые я видел. Я все еще держал ее за руку. Несколькими часами ранее сюда пришел эльф, посланный моим отцом с сообщением. Владыка был в курсе всего, что произошло в тренировочном зале и попросил меня срочно явиться к нему, но я не пошел. Я решил остаться с ней, пока она не очнется. - Мой принц, - это был голос Айрэ - матери Вении. Я встал. Было непросто стоять перед эльфийкой, ведь это я был виновен в том, что ее дитя сейчас лежит в лазарете с такой раной. - Как она? - Все хорошо. Через пару дней она очнется, - я умолчал, что если бы стрела прошла чуть ниже, Вении бы точно уже не было бы в живых. На глазах ее матери сверкали слезы. А через несколько мгновений рядом с Айрэ возник Вэриамо. Он обнимал жену за плечи и пытался ее ободрить, успокоить. - Я оставлю вас, - я прошел мимо супругов, но остановился. - Простите, что все так вышло. Мне очень жаль. Лучше бы я оказался на ее месте. Эта стрела предназначалась мне. - Мой принц, не стоит вам так говорить. Вениа всегда была такой. И она бы не простила себе, если бы не спасла вас. Это был выбор нашей дочери. И мы принимаем его. Спасибо вам за заботу о ней. На этом наш разговор был закончен. Мне стоило пойти к отцу, как он просил, но до темницы было ближе. А я хотел как можно быстрее вернуться к своей невесте, когда она очнется. Стража стояла по стойке смирно, как им и полагалось и охраняли пленницу. Рэниари тут же вскочила на ноги и обхватила пальцами прутья. Ее зеленые глаза выдавали испуг, хотя сама девушка пыталась казаться равнодушной и даже слегка улыбалась. А мне захотелось казнить ее прямо сейчас, но перед этим...пускай отец узнает, кому он доверился. - Мой принц... - начала лепетать эльфийка. Ее пальцы слегка дрожали, но я не видел в ее взгляде ни капли сожаления. - Я... - Вениа мертва, - солгал я. И тут взгляд Рэниари изменился. Страха больше не было. Она была рада. Откуда в эльфийке, в светлом создании Эру было столько ненависти к той, которая была добра к ней, которая поддерживала ее во всем? Она ничего не сказала. Молчала, продолжала изучать меня. - На что ты рассчитывала, Рэниари? Я знаю о тех чувствах, которые ты питаешь ко мне. Но я уже ясно дал тебе понять, что не могу ответить на них взаимностью. - Но теперь...Вении нет... - эти слова все равно больно били, пусть и не являлись правдой. - Теперь ты - изменница. Ты стреляла в наследника престола. Неужели ты думаешь, что после этого мой отец захочет тебя рядом со своим сыном? - эльфийка испугалась. - Приговор владыка Трандуил огласит позже. Больше мне не хотелось ее видеть. Я боялся, что могу сделать что-то, что после разочарует Вению. Она открыла глаза спустя два дня. Я все же нашел в себе силы предстать перед своим отцом. Он действительно знал, что произошло со мной и с Венией. И теперь он не произносил ее имя с таким отвращением и презрением как раньше. - Эта эльфийка спасла твою жизнь ценой своей. Для нее твоя жизнь дороже собственной. У нас с твоей матерью было так же, - отец повернулся ко мне спиной, пытаясь скрыть эмоции, что нахлынули на него. Рана так и не затянулась даже спустя столько веков. - Я бы отдал многое, чтобы умереть вместо нее, - его голова опустилась, и он довольно долго молчал. - Ее семья ждет твоего решения, отец. Разреши ей остаться. Разреши мне взять ее в жены. Она станет прекрасной принцессой, а после и королевой. - Хорошо. Я даю свое согласие на ваш брак. В тот же день Вениа очнулась, и я рассказал ей, что ее бывшая подруга в темнице за то, что та совершила. - Может быть, она была в таком отчаянье... - начала я, но после одернула себя. Нет. Рэниари хотела застрелить не меня. Она хотела убить принца. Леголаса. Того, кого она, по ее словам, любила. Может ли быть такое, что она сошла с ума? Мне хотелось верить, что она делала это неосознанно, но разум говорил, что я просто себя обманывала. Я глубоко вздохнула и почувствовала боль. Не такую сильную, как прежде, но она все равно заставила меня сморщиться. Принц положил свою ладонь мне на спину и аккуратно провел по ней. Боль тут же стала утихать гораздо быстрее. - Что с ней будет? - спросила я, взглянув на своего жениха. - Скорее всего ее казнят, - он произнес это еле слышно. Наверняка знал, что я могу очень болезненно отреагировать. Но...я не испытала ничего...Рэниари пошла на это, она совершила преступление, покушалась на жизнь наследника. Другого варианта здесь и быть не могло. Если просто за невинную связь со своим сыном владыка изгнал меня, то покушение на жизнь куда более тяжелое преступление. - У меня хорошие новости для тебя, - принц предпочел сменить тему, заметив на моем лице задумчивость. Я вопросительно подняла бровь. - Отец разрешил тебе остаться. Более того, - у меня перехватило дыхание. Неужели...? - Он согласен на наш брак. Несмотря на ноющую боль, сердце стучало быстрее. В это было трудно поверить. Но позже, когда я засыпала, смотря в потолок лазарета, я поняла, что после случившегося владыка не мог отрицать моей храбрости и самоотверженности. Думаю, он понял, что недооценил меня в ту ночь, когда приказал уехать из Лихолесья и никогда больше сюда не возвращаться. Рэниари казнили через три дня после оглашения приговора. Ее родители были безутешны и выказали желание покинуть королевство. Что с ними стало потом никто не знал. Ходили слухи, что они поселились в лесах Фангорн и стали доживать свой век вдвоем, вспоминая свою дочь с рыжими волосами и зелеными глазами, которая так любила принца, что не захотела отдавать его никому до такой степени, что была готова убить его.