Два брата. Или история Дадли Дурсля.

Кабинет утопал в тенях, тускло поблескивали серебряные инструменты, раздавался храп из множества портретов на стенах. Сквозь высокие окна падал лунный свет. За столом сидел старый седой мужчина с длинной бородой. Он читал большую книгу, слегка шевелил губами и перебирал пальцами. Его отвлек камин, огонь в котором стал зеленым, потом вспыхнул, и из него вышла женщина, отряхнула плащ от пепла и подняла на мужчину сердитое лицо. Тот невинно поинтересовался: - Как все прошло, Минерва? - Не строй из себя доброго дедушку, Альбус, - сухо сказала МакГонагал, - я до сих пор уверена, что это самые худшие из маглов. - Ну, теперь у них нет другого выбора. Мальчик один из нас. - Это очень странно, ведь ему уже 12. И в книгах Хогвартса он появился только в этом году. - Пути магии неисповедимы, Минерва, - улыбнулся в бороду Дамблдор. - Это еще не все, мальчик, он… В общем, тебе надо это видеть, - женщина подошла к одному из шкафчиков и достала оттуда каменную чашу. Приставила палочку к виску и потянула серебристую нить, поместила ее в чашу и наклонилась над чашей вместе с профессором. Дамблдор отошел от Омута Памяти. То, что он увидел, ему не понравилось. Такая огромная сила. Как у Гарри Поттера. Но Мальчику-что-Выжил, Дамблдор лично поставил блок еще в детстве. И теперь он еще раз похвалил себя за предусмотрительность. - Мне это не нравится, Альбус, - напомнила о себе МакГонагал. - Мне тоже. Нужно поставить ему блок. А на родителей наложить «Обливейт». - Но ведь нам запрещено… - Брось, Минерва, ты не хуже меня понимаешь, что такие силы никому не будут во благо. Я просто сделаю на благо всем. - Ты всегда умел отлично играть словами, Альбус, - сухо сказала МакГонагал, - делай, что считаешь нужным. Только не заиграйся. С этими словами, она покинула кабинет, оставив профессора наедине со своими мыслями. Тот еще немного походил, а потом достал палочку и исчез в зеленом огне камина. Дадли сидел в своей комнате и читал. Да-да, именно читал. «Историю Магии», которую купил вчера. А еще Дадли был разозлен, потому что многие говорили о Гарри Поттере. Потому, что в книгах писали о Гарри Поттере. Потому что Гарри Поттер был героем. И это было несправедливо. Но теперь, когда у Дадли есть палочка, волшебные книги, он надеялся изменить все. Он хотел быть самым лучшим. И он таким станет, обойдя кузена. Дадли проигнорировал завтрак, чем очень напугал Петунью, а в обед, о ужас, съел только одну порцию, не попросив добавки, и снова побежал читать книги. До первого сентября остался месяц. И этот месяц Дадли Дурсль собирался провести за книгами, пичкая себя знаниями. Он усердно читал Заклинания, трансфигурацию, зелья. Такой трудный путь к Славе, естественно ему не нравился, но он уже понял, что простыми словами или кулаками не докажет своего превосходства. Значит нужно действовать по-другому, хитростью. Любой, кто называл Дадли тупым, ошибался, сын Вернона и Петунии был просто очень хитер. Он знал, что может влиять на маму и отца, знал, как заставить их выполнять его желания и бессердечно манипулировал ими. А по настоящему, наверное, Дадли и не любил родителей. Месяц пролетел быстро. За эти тридцать дней Дадли очень изменился, похудел и стал больше похож на мальчика своего возраста. И теперь он собирал вещи, поскольку на следующий день в эту странную школу, где начинался его путь к славе. В его жестах, словах, проскальзывало что-то аристократическое, высокомерное, что пугало Петунью. Но она молча терпела, как и Вернон. Иногда мальчик подносил руку к клетке, где сидел черный ворон. Его купили для Дадли родители, правда, пришлось прибегнуть к испытанному методу, чтобы выпросить себе питомца, но все прошло отлично, и теперь ворон по кличке Ди занимал место на столе, где раньше стоял компьютер. Дурсль уложил чемодан сына в багажник, поставил туда же клетку с вороном. Попыхтел и уселся за руль. Из дома вышла Петуния и сам Дадли, и сели в автомобиль. На вокзале было довольно шумно, они подошли к платформе 10. Профессор МакГонагал объяснила Дадли как попасть на платформу, и он уверенно подошел к перегородке. И тут… - Гарри, Рон, мы с Джинни пойдем первыми, а вы за нами. Возле платформы остановилась полная женщина, рядом высокий лысоватый мужчина, что обнимал маленькую девочку. А рядом, с рыжим парнем, стоял.. - Гарри Поттер, - прошипел мистер Дурсль, а мальчишка как будто услышал, развернулся и уставился на родственников. Его непонимание и удивление не осталось незамеченным. Полная женщина проследила за его взглядом. - Кто это, Гарри? Мальчик замялся, но его опередили близнецы и Рон. - Это те люди, у которых живет Гарри. Женщина тут же подобралась, глаза ее засверкали опасным огнем, она подошла к миссис Дурсль почти впритык. - Так это Вы мучаете Гарри Поттера? – сказала она, выделив каждое слово. От ее тона хотелось сжаться и стать очень незаметным. - Зачем вы сюда явились? Вы не сможете навредить Гарри, - продолжала миссис Уизли. - Да мы, собственно и не собирались, - буркнул мистер Дурсль, - мы пришли провожать Дадли. - Дадли? – удивился Гарри, - а он куда-то уезжает? - Мой Дадличек получил письмо из этой вашей ненормальной школы, - высокомерно заявила Петуния. У Гарри отвисла челюсть. Он непонимающе переводил взгляд то на мистера, то на миссис Уизли. Но те выглядели не менее шокированными. - Но ведь Дадли уже двенадцать, разве такое может быть? - спросил Гарри. - Может, - кивнул мистер Уизли, - иногда подобное случается. Но позвольте же, мы сейчас опоздаем на поезд. Проходите, - он указал Дурслям на перегородку. Дадли глубоко вздохнул, и побежал. Секунда, и он уже стоял на окутанной парой платформе. Здесь тоже было много людей, кричали птицы, гудел красный поезд. Следом отфыркиваясь появились Дурсли. Потом Гарри и Рон, а затем остальные. Уизли словно забыли о своей враждебности, младшие помогли Дадли занести чемодан и найти свободное купе, а старшие о чем-то пытались поговорить с Петунией. Наконец, все нашли себе места в поезде. Дадли сел вместе с рыжими и с Поттером. Вскоре к ним присоединилась еще и девочка Гермиона. Едва она услышала о странном зачислении кузена Гарри в школу, сразу же вытащила из чемодана толстую книгу и принялась что-то искать. Мальчики достали колоду карт и затеяли игру, а у Дадли появилось желание поскорее приехать. Ему не нравились эти люди. Приехала тележка со сладостями, он купил себе много чего интересного и принялся изучать магические сладости. Гермиона оторвалась от книжки и заявила: - Здесь что-то нечисто. - Ты о чем, Герм? – спросил Рон, - мы не выбрасывали мусор. - При чем тут это, Рон? Просто учеников в двенадцать лет зачисляют в школу крайне редко, – учительским тоном произнесла Гермиона, - такое было всего три раза за историю Хагвартса, мне интересно, чем заслужил это он. - А надо бы спросить, чем заслужил такое я, - сказал вдруг Гарри. Все обернулись к нему, он продолжил, - такое ощущение, что мне дома от них мало достается. - Да ты что, Гарри, мы тебя в обиду не дадим, - сказали близнецы, - никто не даст. - Разве что слизеринцы, - вставил Рон. - Но мы не думаем, - шикнули на него близнецы, - что им это удастся, ты же герой, Гарри. В тот момент Дадли еще раз понял, насколько тяжело ему будет переплюнуть Поттера. День за окнами поезда сменился на ночь, ребята переоделись в мантии и приготовились к приезду. Поезд загудел и остановился. Дадли вышел и оказался на темной платформе. Откуда-то раздался громкий бас: - Первокурсники, все сюда, все сюда!! Он пошел вперед и увидел уже знакомого великана, а тот увидел его и нахмурился. Но ничего не сказал. Другие первокурсники уже толпились вокруг него, и он махнул рукой и повел их к небольшому причалу, где рассадил по лодкам. Дадли оказался в лодке с рыжей девочкой, дочкой тех странных людей, с которыми был Гарри, и еще двумя мальчиками. Лодки сами начали плыть. Они миновали мост и выплыли на середину озера. А там светил тысячами огней стоящий на холме замок. Они плыли к нему. Все болтали, пытаясь скрыть свой страх. Лодки остановились, и ребята выбрались на берег и пошли к замку. Дадли едва шею не свернул, рассматривая скульптуры и картины, на них были нарисованы люди, которые шевелились! Возле огромной лестницы их встретила профессор МакГонагал и, представившись, рассказала о распределении, о факультетах. Дадли задумался, но так и не придумал, на какой факультет хотел бы попасть. Их привели в маленькую комнату, где они ждали. Потом пришла та женщина и через дверь вывела их в зал. Огромный зал, освещенный летающими свечами. А вместо потолка было звездное небо. Дадли не мог оторвать от него глаз и едва не упал. Напротив стола, где сидели учителя, стоял стульчик, а на нем потертая шляпа. Вдруг шляпа встрепенулась, появилась щелка-рот, и под изумленный вздохи первокурсников она запела хриплым голосом. А когда закончила, раздались аплодисменты. Распределение началось. Профессор вызвала какую-то девочку, та села на стульчик, и МакГонагал надела ей шляпу. Та нахмурилась и прокаркала: - Рейвенкло! Ребята за крайним правым столом захлопали, девочка соскочила со стульчика и побежала туда. Следующий первокурсник отправился в Хафлпафф, а дальше профессор сказала: - Дадли Дурсль. Дадли вышел вперед и сел. Шляпа проворчала: - Ну вот, особенный год, особенный случай. Куда же тебя отправить? Ах. Ну да. СЛИЗЕРИН!!!! – крикнула шляпа.