Веселая заварушка среди мертвых

      Что за хреновый район мне достался? Ни еды, ни воды, зато море мертвых, что, конечно же не может не огорчать.       Пропитание уже заканчивается. В домах в округе уже ничего не осталось — многие уже здесь побывали до меня. Было бы неплохо и патронов найти. Может, до города доехать, найти временное место проживания с едой. Но не думаю, что все может быть так легко. Не здесь и не сейчас.       В этом мире уже не осталось хороших вещей. На каждом шагу ты натыкаешься на ходячие трупы, все они идут на тебя, ты убиваешь их — в этом нет ничего хорошего. Никакого разнообразия.       После того как все началось, жизнь стала монотонной: все только выживают, убивают и пытаются хоть как-то продержаться и не сойти с ума. У тебя есть два варианта: убить или быть убитым. Не забыв про третий - стать зомби.       Взяв оставшееся пропитание — две бутылки с водой и несколько упаковок с сухой едой — сел в, выбранную по меркам количества бензина, неповрежденную машину. Проверить, закрыта ли машина, и нет ли где-нибудь трещин на окнах — безопасность важна. Несильно нажать на педаль газа — транспорт сдвинулся с места. Скорость нужна небольшая, чтобы не привлекать к себе много внимания шумом движения шин по дороге.       До города от этого маленького населенного пункта примерно тридцать миль. За полтора часа можно управиться. Главное, чтобы никто меня не заметил. Ехать аккуратно.       Пальцы нервно вжались в мягкую обивку руля, голова все время поворачивалась и смотрела в разные стороны — признаки напряженности.       Через полчаса еще ничего не случилось, никто не попадался на дороге. Только трупы изредка попадали под колеса машины, но уже все с прострелянными головами. Кто-то постарался.       На случай чего-то опасного я переместил руку на рукоятку одного из пистолетов. От сильного напряжения в горле стало сухо, рука сильнее сжала руль, нога на педали газа потихоньку стала сильнее вжимать ее в пол, слух обострился. Я думал что-то должно произойти, но, к моему облегчению, так ничего и не произошло. Только зря волновался.       До въезда в город все было хорошо, не считая множества трупов, сброшенных у обочины.       Я знал, что все не может быть так легко: как только я объехал трупов, на меня пошли несколько мертвецов. Пришлось оставить машину, ведь проехать по ним почти невозможно. Чтобы не привлекать лишнего внимания других живых трупов, я решился обойтись без пистолета. Ходячих тоже не очень-то много — примерно семь. Достав один из топоров с металлической рукояткой, подбежал к самому ближнему и замахнулся на него. Заостренное лезвие топора вонзилось в гниющую плоть с чавкающим звуком и отделило важно-жизненную часть тела для мертвеца — голову. Оставшаяся часть без признаков жизни упала на землю. Из шеи полилась кровь. Этот видимо свежий.       Без колебаний, без эмоций, без жалости я убиваю — так меня учили. Я уже привык убивать. Убийство для меня ничего не значит. Убийство — это уже часть меня.       Остальные тоже остались обезглавленными. Они мертвы. Они больше не стоят на моей дороге. Я стер кровь с топора о рубашку когда-то живого человека и закинул обратно на спину.       Дальше ехать на машине будет небезопасно, лучше пойти пешком — меньше шума. Под ногами хрустит битое стекло, вокруг одни обломки, вместо домов, только несколько массивных многоэтажек еще стоят, но тоже в некоторых местах обвалившиеся, – все, что осталось от города. Когда я в последний раз был в городе? Месяц назад? Два? Это другой город, но мне кажется, что от других городов тоже остались только обломки. Да и не так много трупов было, что странно.       Ближайшие здания не подходили — все было обрушено. Придется идти в центр города. Не думал, что все так обернется. Хотел спокойно найти домик на окраине с едой и водой, но я уже говорил, что все не может быть так легко.       По дороге до целой высотки я ни на кого не наткнулся. Похоже, это был отель для богатых, обеспеченных людей, но не сейчас — сейчас это было неважно, главное - здесь есть кухня или столовая.       Пройдя по первому этажу, я нашел только куски плоти и несколько трупов, а также обломки дверей, столов и разорванные диваны в холле для посетителей. Делать было больше нечего: надо идти по разваленной лестнице на второй этаж. Лестница представляла когда-то красивое сооружение из дерева с резными перилами, но сейчас остались только в некоторых местах части досок, а перила уже давно переместились в холл первого этажа в виде кусочков дерева. И по этому мне сейчас придется подниматься, пытаясь не провалиться.       Я выставил перед собой топор, если кто-то решит напасть на меня со второго этажа. Части оставшейся лестницы скрипели под моими ботинками. Здесь было трудно оставаться незаметным. Может быть, меня ждала засада, а, может, - нет.       Засады не оказалось, и я спокойно прошел на второй этаж, но чувство опасности не покидало меня, и я продолжал держать топор перед собой.       Пройдя на второй этаж, я оказался в небольшой комнате с двумя дверьми на противоположной стороне. Я решил пройти в левую дверь. Это оказалась большая комната с отдельными большими кабинками, похоже, раздевалка. Решил не заглядывать в них и пошел дальше, вышел через последние двери.       Передо мной предстал огромный бассейн с водопадом, который сейчас был отключен. Вместо чистой, зеркальной воды в бассейне была грязная жидкая субстанция с кусками плоти, красной жидкости - крови и деревянных частей, плавающих на поверхности.       Я оглядел место вокруг бассейна и за одним из водопадов заметил движение. Медленно, в низкой стойке, с топором перед собой, пытаясь не шуметь, пробирался к водопаду. И только подойдя ближе, услышал чавкающие звуки. Несомненно, у одного из мертвецов великая трапеза.       Мои догадки оправдались: это был ходячий. Я быстро, пока он не успел ничего понять, отсек ему голову. Тем, кого он пожирал, была девушка, одетая в красную униформу. Она была довольно молодая: лет двадцать пять. Красивое лицо портили, застывшие в немом ужасе, глаза, а тело было еще хуже: вместо живота была рваная рана, из которой ужинал мертвец. Я сел перед ней, поднес руку к ее лицу и закрыл глаза. Потом взял топор и, сказав про себя: «Прости», отрубил ей голову.       На втором этаже больше ничего не оказалось и опять пришлось идти по лестнице. На этом этаже лестница более в лучшем виде.       На третий этаж было пробраться легче. Я наконец-то нашел кухню, вернее ресторан, где обязательно должна быть кухня. Но для начала надо было осмотреться. В самом месте со столиками никого не оказалось. Осталась кухня.       Медленно открывая дверь ногой, захожу внутрь и оглядываюсь. Пока что никого не видно, но и кухня-то немаленькая: множество столов для нарезки и жарки стоят по всей комнате, одну стену занимают три больших холодильника.       На другом конце комнаты есть дверь, которая, похоже, ведет на склад. Обхожу кухню, смотря, есть ли здесь кто-нибудь. Нет. Никого.       В холодильнике еды много, но электричество уже давно не работает, так что не просроченной еды там нет. На склад ведет маленькая дверь, но за этим маленьким сооружением находится большое помещение, называемое складом. Обходить его будет долго — придется быстро найти еду и уйти быстрее отсюда.       На складе в отеле нельзя было найти чего-нибудь обычного, например, сухих хлопьев. Пришлось набрать шоколада, воды и немного затвердевших булочек. Сложил все в свой рюкзак.       Больше я ничего съедобного там не нашел. Отсюда нужно уходить, ибо здесь очень большая площадь, и поэтому здесь могу быть не только я. Надо найти какое-нибудь безопасное место, чтобы переночевать. Это будет нелегко сделать незаметно. Но удача была сегодня на моей стороне.       Нашелся какой-то склад в тридцати минутах ходьбы от отеля. На вид не очень, но так, вроде бы, безопасный. На одну ночь. В нем никого не оказалось, но и не оказалось ничего полезного.       Скоро уже середина осени — начинает холодать. Надо найти теплое убежище, хотя бы еще одну зиму выдержать.       Остался ли еще кто-нибудь в живых в этом городе? Остался ли еще кто-нибудь в этом мире? Лишь единицы.

***

      На следующее утро, как только начало светать, я встал. Утро выдалось холодным. Лишь бы не простудиться.       Позавтракал черствыми булочками и половиной шоколадки, что порадовало. Воду я решил не пить — очень холодная. Надо идти и найти теплое место. К полудню стало теплее, а это значит, что трупы начнут двигаться быстрее, чем на холоде. Из этого вытекает - надо убираться из Центральной части города.       Я вышел из своего убежища в поисках нового автомобиля, но проходив полдня, и наткнувшись на кучку ходячих, я не нашел ни одной работающей машины.       И этот склад придется покинуть. Здесь слишком небезопасно.       Я еще не решил: уйти мне из города завтра или остаться и поискать немного припасов и группы людей, которые обычно кочевали в таких городах. Хотя, похоже, придется остаться. Не так уж у меня много припасов.       В итоге, я решил остаться в этом городе на неделю, но не больше. Найду группу людей, чтобы попросить немного припасов. Не люблю заниматься наблюдением, но что поделать. Люди есть люди. Злые они или нет. Приходится убеждаться могу я пойти с ними на контакт или же нет.       Не помню, когда я в последний раз разговаривал с обычным среднестатистическим при зомби-апокалипсисе человеком. Месяц назад? Два? Я потерял счет времени.       А пока что придется искать новое место для ночлега.       Маленькие домики в центре города не особо мне подойдут. Так что на данный момент мой лучший друг - крыша.        Немного пройдясь, я наткнулся на симпатичного вида высотку, в которой даже не было выбито ни одного окна. И это подозрительно и восхитительно одновременно. Но, по-моему больше подозрительно.       Медленно идя к этой самой высотке, я услышал звуки борьбы. Мне подумалось не влезать было в бой и уматывать отсюда на все четыре стороны, но потом я увидел, кто дрался.       Это были три подростка. Высокий парень, низенькая девушка, недостовавшая ему даже до плеча ,и стоящая у него за спиной. А когда я увидел третьего бойца, я даже рот приоткрыл. Это была девушка и у нее был лук. Настоящий, блин, лук.       Мне тут же захотелось отобрать у этой, наверняка, высокомерной рыжей девчушки лук и прихватить заодно стрелы, но я вовремя вспомнил, чему меня учил отец.       Кто умеет ждать - дождется большего       Я отметил про себя, что убивать они умели сносно, но не так хорошо, как я. У каждого из них свой подход к убийству мертвых.       Парень стрелял из неплохого оружия. По нему было видно, что он привык к этому. Стреляет и убивает. Никаких чувств к этим тварям. В чем-то он похож на меня.       Мелкая, по-моему, справлялась лучше всех. Да еще и с ножами. На ее лице была написана тихая ярость. Сложная личность, похоже. Не хотелось бы мне иметь с ней дела.       Рыжеволосая приглянулась мне больше всех в этой небольшой компании. Предыдущие двое стояли спиной к спине. Два воина. Но эта девушка не являлась воином. Скорее, та, девчонка из соседнего дома, которых так часто видел я раньше. На ее лице было много сомнений. Мда. Ей не часто приходилось убивать.       Они закончили с мертвыми, и я наблюдал довольно-таки странную, домашнюю сценку. Похоже, рыжеволосая была не знакома с этими двумя и сейчас налаживала контакты. А потом девушка-карлик прислушалась, а парень вслед за ней, он что-то сказал и они все резко бросились со всех ног в здание. Я еще не понимал, что происходит, когда услышал знакомый шум.       Сюда приближается очень много мертвых, судя по всему, целая толпа. Пора сматываться.