Дождь

Лёжа на кровати в своей комнате, Грей думал, чего же ему не хватает. День прошёл вполне обычно. Никаких событий в последнее время не происходило, задание, с которого они недавно вернулись, обошлось почти без происшествий. Но внутри скрёб червячок сомнения. Где-то в голове. Или скорее где-то между грудью и животом? Он что-то забыл? Дверь закрыл, зубы на ночь почистил… Так как дома проверять больше было нечего (вроде невыключенных утюгов или сбежавшего молока), он стал вспоминать в другом направлении. Начало ноября. Ничьих дней рождения, годовщин или просто замечательных дат. Что ещё? Он услышал или заметил сегодня что-то странное? Да вроде нет. Конечно, можно было не обращать внимания на непрошеное беспокойство и заснуть. Но спать пока не хотелось. Можно было пострадать самокопанием, но откровенно влом. Дед всегда говорил: «Важна не магия, а сердце человека, ею владеющего». Грей закрыл глаза, постарался выбросить из головы лишние мысли и сотворил лёд. В руках появилась маленькая фигурка Джубии. «Аа, — он как-то и не удивился. – Точно, она ведь давно в гильдии не появлялась. Они с Гэджилом недели две назад на задание ушли. Скоро должны вернуться». Грей поставил фигурку на тумбочку около себя. Маленькая Джубия смотрела на него со спокойным ожиданием. Да, именно этого взгляда ему и не хватало. Видимо, он так привык к нему, что сознание забеспокоилось из-за его долгого отсутствия. Фигурка продолжала смотреть на Грея. Он отвернулся к стене. Осознал, что сделал, и чертыхнулся. «Дурак, это ж мой собственный лёд». Снова лёг на спину, кося глаз в её сторону. Опять что-то не так. Он взял фигурку в руки, сотворил, и на ледяном личике появилась улыбка. «Теперь лучше, — Грей довольно оглядел свою работу. — Всё-таки она милая, когда улыбается, — он представил себе настоящую Джубию. Глаза глубокого синего цвета, чёткие контуры губ, горделивая осанка, высокая грудь, попка.. аппетитная, стройные ноги. — Как ни крути, а Джубия красивая женщина. И умная, — должен был признать Грей. – Сердце доброе. Только с причудами," — взяла, под конец, досада. То, что про себя он называл Джубию женщиной, определилось само собой. Как и с Эрзой. У него язык не поворачивался назвать Эрзу девушкой. Эрза – настоящий мужик, как говаривал Эльфман. А Джубия.. При первой их встрече она была серьёзным противником. Потом.. Быстрые переходы от одного состояния к другому: от серьёзной к смешливой, от задумчивой к восторженной, временами проскальзывающие ревнивые или капризные нотки в голосе, парадоксальные выводы, к которым она могла прийти, или смысл, который она вкладывала в иные слова и поступки, — короче она была именно такой, какими, в понимании Грея, и были женщины, — нелогичной, своенравной, лукавой, ранимой, заботливой, сильной и слабой одновременно. Тут он заметил, что всё это время поглаживал пальцами лицо и шею маленькой Джубии. От неожиданности Грей чуть не выронил своё творение из рук. «Итить-колотить!» — от греха подальше он поставил фигурку на место – прикроватную тумбочку. «Что это сейчас было? – ошеломлённо соображал Грей. – Это я зачем так делал? Наверное, девушки давно не было, — решил он прибегнуть к логике. – Такими темпами… И в мыслях не было!» Мгновенно вспомнились возгласы «Извращенец!» в его адрес. «Нее. Я ведь не специально раздеваюсь. Я вообще не замечаю, как раздеваюсь! Так что это не в счёт. Я очень даже нормальный! Особенно по сравнению с некоторыми. Может, всё-таки стоит поменьше общаться с огнеголовым придурком? Не зря говорят, с кем поведёшься… Точно-точно, — согласно кивал Грей самому себе, — такими темпами я совсем перестану соображать, что творю, буду говорить и делать первое, что взбредёт в голову. Надо больше времени проводить с кем-нибудь здравомыслящим. Вариант Люси отпадает сразу, так как около неё постоянно крутится Нацу. Та же история с Леви: там Джет и Дрой с Гэджилом на заднем плане. Мира обычно занята. Около парочки Альзак-Виска такая душная атмосфера, что самого хладнокровного человека в краску вгоняет. Кана – от неё трезвым не уйдёшь. Эрза…сурова. Громовержцы — не рассматривается, хотя Фрид выглядит вполне адекватно, но всё равно они редко бывают в гильдии. Лисанна подходит, но «братик Эльфи»… Со старичками скучно. Хмм» Он лениво перебирал согильдийцев. Оказывалось, что со всеми, подходящими под определение нормальных, он и так общался достаточно часто. Тихо вздохнув, Грей покорно принял мысль, что безумия не избежать, и пообещал приложить все силы хотя бы на то, чтобы симптомы проявлялись реже и не так явственно. Перед глазами ещё раз встала панорама горячо любимой, самой безбашенной на свете гильдии. На её фоне Джубия уже не казалась такой странной. «И правда, в чём именно её странность? Говорит о себе в третьем лице. Не слишком странно. У неё это даже мило выходит. Иногда говорит непонятные, странные вещи. Люси тоже иногда говорит странные вещи. Все иногда говорят странные вещи. Это всё не то. О! Любит сталкерство, — обнаружил верное Грей. – Я её взгляд прям кожей чувствую. Мне, конечно, не жалко, но только жутко становится. И когда она вдруг о чём-то этом своём задумается — тоже… улыбается чему-то, краснеет… жутко». Грей нервно поёрзал на кровати. Как бы он не отмахивался от этой мысли, но в глубине души понимал, что нравится Джубии. Поэтому она неслышно подсаживалась к нему, провожала его взглядом, одно только «Грей-сама» чего стоило. «Получается, я причина её странности?» Он почувствовал грусть и лёгкое недовольство собой. Начал вспоминать их разговоры. Вообще, они с ней вполне нормально общались. За исключением тех моментов, когда на её лице появлялось это томное выражение. Тогда становилось действительно не по себе. Грей гнал от себя любые предположения, что ТАКОГО можно себе представить. Единственной мыслью оставалось: «Господи, женщина, не сиди с таким лицом! Люди ведь смотрят». (Грей не замечал, что сам к этому времени зачастую оставался в одних труселях, и «люди» с равной вероятностью могли смотреть и на него). Если отбросить эти моменты, то остальное было в порядке. Он подумал, как бы смотрел на неё, если б не был объектом симпатии. «Нуу..Благосклонно так смотрел бы. Она вызывает интерес. Только всё равно в ней что-то настораживает. Может глаза?» Подобных глаз он не встречал. Синие, без зрачков. Поэтому смотреть в них было непривычно, будто сквозь толщу воды. Вода прозрачная, но за ней ничего, только вода. И хотя мысли и эмоции накладывали свой отпечаток на них, в глубине они оставались непоколебимы. Как океан не тревожит буря на его поверхности. «Джубия, женщина-дождь. Я слышу его шелест, когда она тихо-тихо рассуждает вслух. Но её смех больше похож на журчание ручейка: беззаботный и мелодичный». Думая о Джубии, он понял, что немного знает о ней. Отчасти, потому что Джубия оставалась замкнутым человеком. Но и сам он не часто проявлял любопытство, ведь он привык, что в гильдии она всегда была где-то поблизости. Грей вспомнил своё удивление, услышав от Люси, что Джубия собирается на концерт рок-группы, приезжавшей в Магнолию,— «Разве я не говорила тебе, что ей понравилась музыка того страшного парня из Воронов триединства в Райской башне?» «Мне ведь тоже рок нравится. Мы тогда вместе ходили: я, Джубия, Мира и Эльфман. Правда, Эльфман шёл скорее для того, чтоб не подпускать к сестрёнке Мире немужиков. Оттянулись по-полной! Мира потащила Джубию танцевать, ух они зажгли, — блестели в темноте глаза Грея. – А потом я провожал её до общежития. Она была такой раскрепощённой. По-моему, мы всю дорогу хохотали и говорили о какой-то ерунде», — весёлые воспоминания подняли настроение. Он взглянул на маленькую Джубию. Лёд начинал подтаивать, но развоплощать фигурку было жалко. «Пусть постоит, посторожит мой сон». От осознания, что кто-то сторожит его сон, стало приятно. Он устроился поудобнее и вскоре уснул.