Сломай меня

В это же время       Пирс и Адриана сидели в гостиной, в то время как Брилл по-прежнему пребывала на кухне. Брат с усталым видом перещёлкивал с одного канала на другой, а сестра лишь сидела рядышком, будто над чем-то раздумывая.       — Не понимаю, — совершенно неожиданно заговорила она, — это ведь и есть тот самый одногруппник, с которым ты не ладишь? — он скептически поднял бровь, внимательно смотря на неё. Что девушка хочет этим сказать?       — Это тебя не касается, — ответил, отведя взгляд в сторону. Ага-ага, не хватало ещё мелкой, как сам парень называет сестрицу, узнать про их любовный треугольник, состоящий из него самого, Картера и Хьюстон.       — Брилл не поделили? — с улыбкой то ли в шутку, то ли всерьёз сказала она, хитро взглянув на него. Он всё так же сидел с невозмутимым и, казалось бы, равнодушным выражением лица, однако вопрос заставил внутри всё перевернуться.       — Нет, причина совсем в другом, — тихо ответил Джонсон-старший, слегка улыбнувшись. — Не твоего мелкого носа дело, — любезно сказал, на что Адри закатила глаза. — Просто неприязнь, вот и всё.       — А жаль, милый парень.       И резко наступила мёртвая тишина, прерываемая лишь разговорами, доносящимися из «зомбоящика». Пирс прокашлялся и вопросительно взглянул на неё, а она уже старательно изучала бежевого цвета ковёр на полу гостиной.       — Что ты сказала? — чуть ли не по слогам произнёс он, надеясь, что ослышался. Адриана закусила губу, думая, повторить то же самое или сказать другое?       — Он симпатичный… Ой, то есть… — под офигевшее выражение лица брата она начала заикаться. Ещё больше девушка занервничала, когда он, подперев голову рукой, стал внимательно и недовольно просверливать её взглядом. Вот так всегда: когда что-то касается дел на любовном фронте, вечно встревает Пирс, который за сестру готов любому перегрызть глотку. Конечно, охранник в виде брата не раз спасал от грубиянов и извращенцев, но были и относительно нормальные ребята, которых, узнай они, что у милой девчушки есть старший брат, сразу же сдувало ветром. — Пирс, не смотри на меня так, — жалобно проговорила Джонсон-младшая.       — Втюрилась? — сквозь зубы процедил он.       — Нет! Что ты! Просто…       — Но он тебе понравился?       Она боялась взглянуть на брата. А есть ли смысл говорить неправду, если и так всё ясно? Уж по крайней мере ему и в данный момент времени. Девушка уже, фактически, прокололась.       — Да, — тихо подтвердила она.       Парень в ответ лишь хмыкнул и отвёл взгляд в окно. Снова воцарилась тишина, но уже гнетущая, давящая. Адриана боялась дыхание перевести, будто это каким-то образом могло ещё больше ухудшить положение. Она, всё так же молча, ждала «вердикт», хотя тут и так всё ясно.       — Пирс?       — Увижу его рядом с тобой — убью, — только и сказал он, переведя на неё взгляд. Она молчала. — Я ведь для тебя стараюсь, — уже спокойно добавил брат.       — Ты всегда для меня стараешься, а в итоге я так и буду до старости одна, — грустно усмехнулась Джонсон-младшая.       — Не останешься. Рано или поздно я от вас насовсем съеду и больше не буду лезть в твою жизнь, — чуть улыбнувшись, ответил он. — Только не вешайся на первого встречного, — а вот это уже по поводу Картера.       — Ладно, — Адриана слегка расслабилась, внезапно обняв его, что сделал и Пирс в ответ. А может, он и прав, не так ли?       — Ой ли, что это у вас за телячьи нежности? — родственники и не заметили, как в гостиной с мягкой улыбкой на губах появилась Брилл. — Там Хелена пришла, вы идёте?       — Да-да, сейчас, — ответил парень, отпустив сестру. Та, кивнув, скрылась в коридоре. — Ты меня поняла насчёт него? — вновь обратился к Адри.       — Да. Мне не пять лет, Пирс, чтобы объяснять всё по несколько раз, — несколько недовольно ответила она.       — Конечно. Но иногда ты ведёшь себя именно так, — с хитрой улыбкой он встал с дивана, выжидающе смотря на неё. Девушка сначала и не поняла смысла сказанных слов, а затем, насупившись, взяла с дивана подушку и кинула ту в брата. Он легко уклонился от «орудия» и, показав ей язык, покинул комнату.       — Кто бы говорил про пятилетнего ребёнка, — усмехнувшись, сказала она и тоже направилась на кухню. Спустя несколько часов       Брилл и Хелена одни сидели на кухне. Адриана пошла прогуляться, а Пирс, некоторое время посидев с девушками после ухода сестры, просто ушёл в гостиную, дабы не чувствовать себя лишним в обществе двух лучших подруг. Они, смеясь и улыбаясь, пили чай и вели непринуждённые разговоры обо всём на свете.       Впервые Милтон не могла нарадоваться тому, что видела каких-то полчаса назад. Джонсон и Хьюстон после ухода Адри стали совершенно иначе относиться друг к другу. Они не стеснялись выражать при ней свои чувства. Возможно, потому что оба знали о её осведомлённости касательно их взаимоотношений. Оба сидели едва ли не в обнимку, влюблёнными глазами смотрели друг на друга, даже пару раз поцеловались. А Хелена лишь улыбалась, смотря на них. Однако во всём этом есть одна единственная проблема: они могли вести себя, как пара, но при этом официально даже и не встречаться. И именно это сейчас её интересовало, так и прося сорваться с языка. Однако нужно всё как-то к тому подвести.       — Ах, совсем забыла тебе сказать! — Милтон хлопнула себя по лбу, потому что и правда забыла об этой новости. Её же она решила использовать, чтобы медленно подойти к вертевшемуся в голове вопросу. — Мы с Джоном числа третьего-четвёртого января будем съезжаться, — с хитрой улыбкой сказала девушка.       — То есть? Вы будете вместе жить? — не поняла подруга.       — Да. Родители согласны, и его и мои. Квартиру мы себе нашли, так что осталось только переехать.       — Рада за вас, — улыбнувшись, ответила та.       — И я за вас.       — В смысле?       — Ну, как. Вы разве не встречаетесь? — Хелена наивно захлопала ресницами, только что поняв, что на Нью-Йорк быстрее метеорит упадёт, нежели Пирс и Брилл начнут нормально встречаться.       — Нет. С чего ты взяла?       — Просто вы сегодня так ласково вели себя по отношению друг к другу, вот я и подумала, что вы…       — Нет, мы не встречаемся. Но… Не знаю, как и сказать… Мы не являемся парой, но порой даже сами не замечаем, что начинаем выражать свои чувства друг к другу. Для меня это уже вошло в норму... Хотя, — та помедлила, вспомнив кое-что, — всё-таки мы, можно сказать, и встречаемся.       — Да неужели? — сразу заулыбалась подруга.       — Не так, как ты думаешь, а понарошку. Всё из-за Картера. Он приставал ко мне, вот Пирс и предложил строить из себя влюблённых. Как видишь, даже и притворяться не приходится, — усмехнулась Хьюстон.       — Да уж.       Обе резко замолчали. Впрочем, и это ненадолго.       — Хелена, — обратилась к девушке Брилл. Та вопросительно на неё взглянула. — Ты, думаю, уже бывала в таких ситуациях. Что мне делать с этим? — она оттянула ворот футболки, и взору девушки предстали красные отметины. Сказать, что у той глаза на лоб полезли, ничего не сказать.       — Вау! У нас с Джоном, конечно, всякое бывало, но чтобы настолько… — Хьюстон покраснела, отведя взгляд в окно. — А вы, товарищи, очень страстные натуры, — медленно протянула та, глядя на неё, а затем хитро улыбнулась. — Я тебе завидую. Не хочешь дать мне Пирса на денёчек? — если до этого Брилл была смущена, то, услышав подобное заявление, испепеляющим взглядом уставилась на Милтон. — Эй, я пошутила!       — Что у вас тут происходит? — как и полагается, виновник торжества пришёл как нельзя кстати. Он очень удивился, увидев злую Брилл и виновато улыбавшуюся Хелену.       — Ничего, — тут же утихомирилась Хьюстон, и её подруга расслабилась. — Ты что-то хотел?       — Я за кофе, — еле внятно проговорил Джонсон, стушевавшись под многозначительным, лукавым взглядом Милтон. Он, быстро заварив себе кофе, аромат которого распространился по всей кухне, снова покинул девушек, не желая больше чувствовать на себе неоднозначный взгляд одногруппницы.       — А я и не знала, что его вообще возможно чем-либо смутить, — усмехнулась та, заметив замешательство Пирса.       — Из-за такого взгляда, каким ты на него смотрела, грех не смутиться, — слегка улыбнулась Брилл.       — Из-за чего он так распалился? — вспомнила Хелена ту часть разговора, которая была так нагло прервана. Подруга тяжело вздохнула.       — Из-за Картера. Пирс очень сильно ревновал. Результат ты видишь сама.       — Боже, нашёл, к кому ревновать…       — Ты ошибаешься, — перебила её Хьюстон. — Он очень настойчивый. Я вчера едва не переспала с ним, когда ходила доделывать проект.       — Ты шутишь? — шокировано выдохнула Милтон.       — Нет. Он ко мне пристаёт, а я не могу его оттолкнуть, и он этим умело пользуется, вот в чём вся проблема, — Брилл поджала губу.       — Хочешь сказать, у тебя к нему что-то есть? — осторожно предположила та.       — Я не знаю! Но вполне возможно, — девушка отвела взгляд в окно, не желая смотреть на неё. Как же ей всё надоело. — Хелена, давай сменим тему? Меня уже тошнит от этого.       Подруга лишь кивнула головой в знак согласия. А всё-таки её слова пугают. Как бы ничего дурного из этого не вышло… В это же время       Бродвей — одна из самых знаменитых улиц мира; самая старая и длинная улица Нью-Йорка, на которой стараются побывать все, кто приезжает в Большое яблоко.       Первоначально в этом районе были лишь топь, болота и скалистые участки Манхэттена. Бродвей застраивался после прибытия на континент голландцев. Именно они превратили город в Новый Амстердам и сделали Бродвей его главной улицей. Однако на сегодня это самая шикарная улица США. На ней базируется всё самое изысканное: магазины, выставки, рестораны, музеи, небоскрёбы. Особое внимание привлекают бродвейские небоскрёбы с суженными верхушками. Такой проект был избран для того, чтобы не воровать небо у жителей города. В этих зданиях расположены офисы крупнейших компаний и финансовых учреждений страны.       И это лишь самое краткое описание Бродвея, но и его хватит, чтобы составить впечатление об этом районе Нью-Йорка.       — Ты это сейчас серьёзно? — воскликнул Сайрус, нарезая уже который круг по гостиной, услышав заявление Дэвида. Тот бросил на него испепеляющий взгляд и отвернулся к окну, где виднелись лишь одни верхушки небоскрёбов да начавшее розоветь небо. — Как они могли за один день начать встречаться?       — Да что ты у меня всё спрашиваешь?! Будто я знаю! — взорвался друг, уже пожалев, что рассказал всю ситуацию, произошедшую с ним, когда он, как ему казалось, пришёл домой к Хьюстон. И его вовсе не смутило, что адрес был другой, а не прошлый, здесь же, на Бродвее.       — Пф, а у кого я должен спрашивать? — усмехнулся тот. — Ой, хватит тебе дуться! Забей! Чего ты прикопался к этой девке? — Картер метнул на него озлобленный взгляд.       — У неё, вообще-то, имя есть.       — Как это мило — ты её защищаешь! Угомонись, не смотри на меня так, — сразу начал сдавать Морган, видя, что он готов его придушить. — И всё-таки, — сел напротив него, в кресло, — ну, не дала она тебе и не дала. Будто других баб мало.       Однако Дэвид не спешил отвечать на тираду, вновь устремив взор в окно. Он над чем-то раздумывал, это видно по его взгляду. Сайрус терпеливо ждал.       — Мне это ни к чему, — наконец произнёс парень. — Точнее, нужно было, но в меньшей степени.       Друг скептически поднял бровь. Закрались донельзя смутные подозрения.       — Ты в неё втюрился, что ли? — чуть ли не смехом спросил он. Ответом послужил мимолётный взгляд на него, в голубых глазах которого полыхал недобрый огонёк. Это была ревность.