Сломай меня

На следующий вечер, 21:00       Статен-Айленд — наименее населённый боро Нью-Йорка, обликом своим более напоминающий американскую глубинку. Горожане иногда называют его «забытым местечком», намекая на невнимание властей к спальному району, но именно этим — патриархальностью и тишиной — он и прекрасен.       Однако сегодня Статен-Айленд лишился звания «Самого тихого района города». Именно здесь проживает Диана Кэмпбелл, устроившая вечеринку для своих одногруппников со специальности «Лингвистика» в честь наступления нового года и, соответственно, проводов старого. В этот вечер милый двухэтажный дом с бассейном на заднем дворе, в остальные дни гармонично вписывающийся в общую картину «патриархальность и тишина», стал местом безудержного веселья и громкой музыки. И это только вечер, а ведь впереди ещё вся ночь.       Вечеринка началась всего час назад, а многие из приглашённых уже еле держались на ногах. Однако мелькали и трезвенники, среди которых и Джон с Хеленой да Пирс с Брилл. Ну, как трезвенники. Парочки тоже изрядно приняли на грудь, однако мыслили крайне трезво. По крайней мере, так с Милтон и Бригсом. Насчёт своих закадычных друзей они не в курсе. Джонсон и Хьюстон всё время держались не то что от них в стороне, а даже от остальных одногруппников, что сразу заинтересовало тех. Конечно, они ведь не в курсе, сколько всего произошло у этих двоих за всё то недолгое время, что однокурсники не виделись. А произошло много чего. Взять хоть то, что они встречаются, о чём никто, кроме Адрианы, Милтон и Бригса, не в курсе.       Однако не только они. Есть ещё парочка парней, которая об этом знает. Одному из них, в общем-то, глубоко плевать на Джонсона и Хьюстон, а вот другому как раз наоборот. Он то и дело, едва влюблённые попадали в поле его зрения, ненавистным взглядом просверливал их. И больше всего доставалось именно Пирсу, так как он смог завоевать сердце зеленоглазой шатенки. Джон и его возлюбленная, сидя за столиком в гостиной, ненароком поглядывали на Картера, не замечавшего их слежку. Для Бригса было крайне удивительно сознавать, что тот так привязался к, по его мнению, девушке на ночь. Ему невдомёк, но Хелена причину знала, однако помалкивала. Брилл, едва они встретились сегодня днём в квартире родственников Бригса, рассказала ей то, что поведал сам Дэвид. И её это не то что удивило, а шокировало. На вопрос «Неужели такие, как Картер, способны любить?» подруга лишь пожала плечами, попросив ничего не говорить ни Джону, ни в особенности Пирсу, мол, сама разберётся. Милтон тогда лишь сочувственно посмотрела на неё, дав обет молчания. Раз она так попросила, так оно и будет.       — Вы не заняты? — от мыслей отвлёк голос Хьюстон. Та стояла прямо перед ними. Милтон встрепенулась, а Бригс отрицательно мотнул головой.       — Да нет. Ты что-то хотела? — спросил он.       — Можно на квартиру поехать? Я устала, — скучающим тоном произнесла подруга.       — А как же твой кавалер? — широко улыбнувшись, спросила Хелена. — Где он?       — Не знаю, отошёл куда-то. Я его сейчас найду. Так можно?       — Конечно. На эту ночь там и ваш дом, — улыбнулся Джон и отдал ей ключи. Та уже собралась отправиться на поиски возлюбленного, как парень окликнул её: — Брилл! Вы же только предупредите, что уходите, ладно?       — Конечно, — она кивнула и ушла.

***

      Брилл не понимала, куда мог подеваться Пирс: ни в одной из комнат на первом этаже его нет. Будто сквозь землю провалился. Странное дело: они весь вечер провели вдвоём, даже практически не составляя компанию Бригсу и Милтон, как тут, стоило ей на пару минут отлучиться, как благоверного и след простыл. Она уже даже и у пары-тройки одногруппников спрашивала, не видели ли они его. Ответ всегда один и тот же — «Нет».       «Ну, Джонсон, ни на минуту нельзя одного оставить!» — только и подумала Хьюстон, поднявшись на второй этаж дома. Осмотрев небольшой коридорчик, неуверенно двинулась дальше, пока не остановилась возле комнаты с приоткрытой дверью, из-за которой слышались тихие голоса: мужской и женский. Она встрепенулась. «Да это может быть кто угодно!» — заверила себя девушка, борясь с желанием заглянуть в комнату. Всё же любопытство одержало верх, и она решилась на этот шаг. Тихо приоткрыв дверь, Брилл тут же обомлела от шока: это спальня, и в ней находились Диана и возлюбленный. Кэмпбелл, улыбаясь Джонсону, что-то ему рассказывала, а он внимательно её слушал, тоже улыбаясь. Они явно не замечали её присутствия, а она стояла как вкопанная. «Хьюстон, ты себя накручиваешь. Они просто болтают и всё», — пыталась успокоить саму себя, неотрывно смотря за ними. Девушка не знала, как ей быть: нагло нарушить их уединение или же подождать? Может, они действительно просто болтают, так чего зря сеять панику? «Мысли рационально», — призывал мозг, и она выбрала второе. Хьюстон так же тихо прикрыла дверь и, тяжело вздохнув, борясь с желанием вломиться в комнату, спустилась вниз.       Внезапно разболелась голова, и Брилл решила выйти на улицу подышать свежим воздухом. Возможно, там станет легче. Накинув пальто, она вышла. В лицо сразу ударил прохладный ветерок, а дышать действительно стало значительно легче. Девушка вздохнула. «Ты просто себя накручиваешь. Зачем ему флиртовать с другой, если у него есть ты? — сказал внутренний голос. — То, что они разговаривали, ещё ничего не значит». Конечно, это может быть так, но… Она тряхнула головой. Не хотелось об этом даже думать, просто надеяться на лучшее — вот и всё.       — Что, тоже решила выйти? — совсем рядом раздался ставший ненавистным мужской голос. Хьюстон повернула голову и увидела улыбающегося Картера. Она вновь отвернулась.       — Что-то в этом роде, — ответила, закусив губу. Не говорить ведь ему истинную причину!       — А чего ты без своего ухажёра? — может, он и не догадывается, а может, и преднамеренно это делает, но всё больше и больше давит на неё. Девушка передёрнула плечами.       — Он со своими друзьями. Не хотела его отвлекать, — уклончиво ответила она, смотря куда-то в сторону. В ответ послышался тихий смешок.       Оба замолчали. Одногруппник, достав из пачки сигарету, закурил, а Брилл сразу закашлялась. Он улыбнулся.       — Не нравится сигаретный дым? — спросил, хотя, возможно, лишь для того, чтобы вновь начать разговор, ведь по её реакции и так видно.       — На дух не переношу, — она вдохнула полной грудью, отойдя от парня. Вроде стало легче.       В голову приходит внезапная мысль. «А может, это Дэвид подговорил Диану? Не зря ведь он вчера завёл этот разговор?.. — девушка встрепенулась. — Или нет? Или да? Чёрт, как же быть?!» — мыслить здраво никак не получалось, а сердце уже начало бить тревогу. Не взглянув на Картера, она быстро пошла к дому.       Хьюстон зашла обратно внутрь и, сняв пальто, пошла по длинному коридору по направлению к гостиной. Проходя мимо кухни и случайно заглянув в комнату, тут же встала как вкопанная, с необъяснимым ужасом глядя на открывшуюся картину: там, возле барной стойки, стояли Пирс и Диана. Но ладно бы просто стояли и болтали, так они целовались — крепко, страстно. «Парочка», увлечённая действием, не замечала её присутствия. В груди смешалось несколько чувств: обида, боль, ненависть, злость. Мозг призывал прекратить это, но ноги стали ватными, отказываясь слушаться. Спустя полминуты, отойдя от шока, Брилл решительно шагнула на кухню.       — Ты совсем страх потерял?! — вскрикнула она, подойдя к ним. Диана тотчас отошла от Пирса, несколько испуганно и в то же время непонимающе глядя на одногруппницу. Он же даже бровью не повёл, стоя так, будто в этом ничего противозаконного нет, и несколько саркастично глядя на возлюбленную.       — Ой, не ожидал тебя увидеть, — совершенно беззаботно ответил парень, нагло улыбаясь. А Кэмпбелл так и стояла, развесив уши, но в то же время и недоуменно смотря на одногруппников.       — Скройся отсюда, — процедила Хьюстон, бросив на ту уничтожающий взгляд. Диана сначала хотела возмутиться, что она не имеет никакого права здесь командовать, однако, впервые увидев её такой разъярённой, ничего не сказала и быстро ушла с кухни.       — Что это сейчас было? — злобно прошипела Брилл, когда хозяйка дома покинула кухню, и ненавистно посмотрела на Пирса.       — Поцелуй, — она оторопела от того, каким спокойным тоном это сказано, будто они не целовались, а вели разговор о погоде.       — Поцелуй, — нервно засмеявшись, передразнила его девушка, чувствуя, как начинают сдавать нервы, а горло сдавливает. — И ты так спокойно об этом говоришь?       — А что в этом такого? — слегка улыбаясь, спросил он, насмешливо заглядывая ей в глаза.       Хьюстон, смотря на него, не могла понять, шутит возлюбленный или нет. Но если это всего лишь шутка, то это нисколько не смешно! А горло по-прежнему сдавливало, глаза стояли на мокром месте, слёзы вот-вот потекут вниз по щекам. И почему-то с каждой секундой становилось яснее, что он не шутит.       — Да пошёл ты, — дрогнувшим голосом произнесла девушка и, оттолкнув парня в сторону, выбежала с кухни.       — Истеричка, — процедил он, вслед за ней покидая комнату.

***

      К горлу подкатила тошнота, едва вышла на улицу. Брилл принялась жадно хватать ртом воздух, надеясь, что так станет легче. Было плохо, душевно плохо. «Зачем он так поступил, зачем? И так спокойно об этом говорил… Может, я ему и не нужна?.. Тогда зачем он мне врал, говоря, что любит?.. Хьюстон, какая же ты дура!» — сейчас горло уже не душили слёзы, они будто высохли, а в душе осталась какая-то пустота и горечь от обиды. Неужели всё-таки она для него просто игрушка? Мозг отчаянно отказывался верить в это.       — Брилл, ты в порядке? — осторожно поинтересовался знакомый голос, однако это не Пирс. Губы девушки тут же расплылись в предательской улыбке, а глаза загорелись злобным огоньком.       — Дэвид, — тихо проговорила она и, развернувшись, сделав вид, что оступилась, упала в его объятия, на что парень моментально отреагировал, подхватив её. Хьюстон, улыбаясь, обняла его, прижавшись к груди.       — Брилл, с тобой всё хорошо? — всё так же осторожно спросил он, не решаясь обнять её. Конечно, одногруппник не делает это лишь по той простой причине, что рядом может быть Джонсон, который, увидев эти действа, будет явно не в восторге.       — Всё просто замечательно, — глупо улыбаясь, ответила она, смотря на него. Как же забавно видеть вечно наглого Дэвида Картера, ведь он в таком замешательстве. Осталось кое-что ещё, что Брилл и намеревалась сейчас сделать. Главное, чтобы Пирс рядом проходил. Пусть побудет в её шкуре. — Ты такой замечательный. И как я раньше этого не замечала? — Картер поднимает бровь, и в ту же секунду она, улыбаясь, накрывает его губы своими. Вначале он не отвечает, но, наплевав на своего соперника, сильнее прижимает её к себе, углубляя поцелуй, и девушка невольно стонет.       — Что за?.. — Дэвид вмиг отпрянул от неё, по голосу сразу поняв, кто их застукал. В ту же минуту встретился с разгневанным взглядом серых глаз, по которым можно ясно сказать, что их обладатель придушит не только его, но и свою возлюбленную в придачу.       — Я тут ни при чём, — он выставил руки в защитном жесте, и радуясь тому, что Пирс их застукал, и нет.       — Да что ты говоришь...       — Пирс, это…       — Молчи, — строго сказал Джонсон, мимолётно взглянув на Хьюстон, а затем вновь перевёл испепеляющий взгляд на Картера. — Если ещё раз увижу подобное — голову оторву. Понял? — сказал он, приблизившись к тому.       — Иди ты к чёрту, — оттолкнув его в сторону, Дэвид направился в дом.       — Пирс? — тихо позвала его Брилл, чувствуя, что зря всё это заварила. Парень не просто зол, он в ярости. — Я…       — Жди здесь, — строго сказал возлюбленный и уже направился к дому, как она его окликнула:       — Зачем?       — Мы едем домой, — не обернувшись, проговорил он.       — Ну, и езжай, а я не поеду, — капризно ответила девушка, однако причина абсолютно в другом. Он неимоверно зол, и неизвестно, что может взбрести ему в голову, если они останутся один на один.       — Брилл, мы едем оба и точка, — сказал так, будто подвёл черту разговору, и ушёл в дом, а она, скрепя сердце, принялась ждать его, нутром чуя беду.

***

      Дверь в квартиру резко открывается, и спустя пару секунд загорается свет. Брилл, злобно кинув пальто на комод и небрежно бросив сапоги, быстро прошла в гостиную. Появившись в оной, она, подойдя к окну, закрыла лицо руками, чувствуя, как из глаз вновь начинают проситься слёзы. Пока они ехали в такси, оба друг с другом не разговаривали, но сердцем чувствовала, что грядёт огромный скандал. Зря она это сделала, ох, зря! Чёрт бы с этим, что Джонсон флиртовал с Кэмпбелл, Хьюстон поговорила бы с ним утром, когда бы он протрезвел, а сейчас она просто не знает, что ей делать. Пирс чертовски зол, и девушка боится, как бы эта злость не вылилась во что-либо ужасное…       — И какого чёрта ты вытворяла? — она вздрогнула от голоса возлюбленного, прозвучавшего совсем рядом. И как упустила, когда он заходил?       — Я что вытворяла?! Ты бы на себя сначала посмотрел! — не дала себя в обиду, поджав губы.       — А что я такого сделал?       — Что ты такого сделал? А по-твоему, целоваться с другой бабой, когда у тебя есть девушка, — это абсолютно нормально?!       — Ты себя имеешь в виду? — парень спросил это таким тоном, будто Брилл сказала несусветную чушь, и она в шоке отошла от него, не понимая, что он хочет этим сказать. — А может, я тебе соврал? — проговорил, садистки улыбаясь.       «Брилл, он просто пьян, просто пьян, поэтому и говорит всё это. Не бери в голову», — внутренний голос призывал к спокойствию, но внутри уже что-то больно сжалось, грозясь разорваться на тысячи кусочков. Горло вновь сдавили рыдания, а от прежней, возникшей всего на минуту, непоколебимости не осталось и следа.       — А… а как же Дэвид? — дрогнувшим голосом пролепетала Хьюстон.       — Чувство собственника во мне никогда не умрёт, — всё так же улыбаясь, сказал Джонсон, насмешливо глядя ей в глаза. Она отвернулась от него, не в силах больше это выносить. Всё-таки была права, как изначально предполагала, что она для него — всего лишь игрушка, наивная, доверчивая игрушка, которой можно вертеть, как хочешь. Глупая, а надеялась ведь…       — Да пошёл ты, — сипло произнесла Брилл и, оттолкнув Пирса от себя, выбежала из комнаты.

***

      Прошло где-то полчаса, прежде чем Брилл смогла более-менее успокоиться. Мозг отказывался верить в то, какую информацию он принял. До сих пор не воспринималось то, что услышала. Неужели она для него и правда просто девушка, которой можно пользоваться тогда, когда тебе самому захочется? Это просто не может быть правдой… Или может? Хьюстон закусила губу. С одной стороны, возможно, и хорошо, что узнала это, но с другой… Как ей теперь жить с этим, зная, что человек, которому она доверила свои самые сокровенные тайны, отдалась душой и телом, так подло всё это время обманывал её? Больно даже думать об этом.       Девушка, перестав копошиться в выдвижном ящике туалетного столика, выпрямилась и вздрогнула, увидев в отражении Пирса, стоящего прямо позади. Он неотрывно смотрел на неё, улыбаясь, и кожа тут же покрылась мурашками, но отнюдь не из-за того, что это приятно. Как раз наоборот. Взгляд, в котором плясали злые бесята, а улыбка была не иначе, как садистской, не предвещали ничего хорошего.       — Напугал?       — Немного, — тихо ответила всё тем же дрожащим голосом, испуганно повернувшись к нему.       — Всё ещё злишься? — совершенно спокойно, будто не втоптал её чувства в грязь, спрашивает парень.       — Не твоё собачье дело.       — Брилл, — он встал к ней совсем вплотную, — давай нормально поговорим?       — Нормально поговорим, — злобно повторила она. — Иди с Дианой разговаривай, а меня оставь в покое.       Джонсон мягко прикасается к её щеке, а Хьюстон тут же даёт сильную пощёчину в ответ. Он отступает, потирая щёку, однако удивления она не видит. Скорее всего, ожидал этого. Вместо этого в глазах начинает разгораться странный огонёк. А вот это точно не к добру…       — Не прикасайся ко мне, ублюдок, — прошипела Брилл, ненавистно смотря ему в глаза.       — Ублюдок? — усмехаясь, повторяет Пирс. — Ладно, крошка, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.       Она не успевает осмыслить услышанные слова, как её грубо толкают к туалетному столику, угол столешницы которого, как тогда, когда они поссорились из-за Картера, больно впивается в кожу на бедре, и девушка болезненно стонет. Толчок был настолько сильным, что она упала на столик, оперевшись на него локтями. Всё происходит слишком быстро, и парень уже, дьявольски улыбаясь, нависает над ней, прижимая всем телом к мебели и насмешливо глядя в зелёные омуты.       — Что ты делаешь? — прошептала Хьюстон, смутно догадываясь, чего Джонсон хочет. Но разве может он так подло с ней поступить?       — Ты очень плохо сегодня себя вела, — шепчет прямо в губы. Отчётливо чувствуется запах алкоголя, чего-то крепкого. — Хочу тебя наказать.       Глаза девушки ещё больше расширяются от ужаса, когда догадки подтверждаются. Она и пикнуть ничего не успевает, как её подхватывают на руки и сажают на столик, целуя — грубо и требовательно. Брилл старается сильнее сжать губы, однако всего один прикус — и из неё вырывается болезненный стон, чем парень незамедлительно пользуется, врываясь языком в рот. Поцелуй становится более глубоким, и она, продолжая бороться, пока ещё есть силы, упирается руками ему в грудь, будто думая, что это поможет. Однако без толку. Джонсон продолжает целовать её, всё напористее и напористее. Хьюстон в отчаянии случайно царапает щёку одногруппника ногтями, и это, на удивление, помогает. Он тяжело выдыхает, хмурясь, и Брилл встречается с озлобленным взглядом серых глаз. Вмиг она вжимает голову в шею, со страхом смотря на парня. Пирс, злобно прищурившись, пару мгновений смотрит на неё и с размаху даёт ей пощёчину. Из глаз градом начинают литься слёзы, а девушка зажимает ушибленную щёку, всхлипывая.       — Совсем страх потеряла? — прорычал парень, нависая над ней.       — Пирс, я не хотела, — уже не сдерживая слёз, произносит Хьюстон. — Прости, пожалуйста, но пойми, что ты меня вынудил.       Он высокомерно приподнимает бровь, одаривая её насмешливым взглядом, а затем усмехается. Без лишних слов Джонсон покачал головой и, схватив её за волосы, потянул их, чтобы она наклонила голову. Поначалу девушка сопротивляется, но когда одногруппник потянул сильнее, вскрикнула, подчиняясь. В ту же минуту чувствует на шее поцелуи-укусы. Всхлипнув, она зажмуривает глаза, чтобы хотя бы не видеть всего этого. Однако пытка прекратилась. Брилл распахивает глаза, надеясь, что мучитель одумался, но тут же вздрагивает всем телом. Он и не думал прекращать, просто на пути встала преграда в виде блузки. Слышится треск разрываемой ткани, и она окончательно убеждается, что сегодня удача от неё отвернулась. Рубашка снята, как и бюстгальтер. Тут же сняты и юбка, чулки и трусики. Хьюстон вновь закрывает глаза, когда парень возвращается к «ласкам», чувствуя, как поцелуи, больше похожие на укусы, приходятся уже на ключицы, а затем и на грудь. Он оставляет засосы на коже и кусает соски, временами оттягивая их. Она стискивает зубы, не желая, чтобы предательский стон вырывался наружу. Противно. Телу подобное нравится, а вот ей — нет!       Брилл до побеления костяшек пальцев проводит ногтями по поверхности столика, будто желая сломать их, как её грубо стаскивают со стола. Она не успевает осмыслить произошедшую мимолётную перемену, как её разворачивают спиной к себе и так же грубо толкают на стол. При соприкосновении с холодной поверхностью кожа покрывается мурашками, а в живот больно врезается край, и с губ слетает болезненный стон, а из глаз уже вовсю текут слёзы. Девушка чувствует, как Пирс прижимается к ней бёдрами, положив руки на талию, и поглаживает её. Снова всхлипывает и закрывает глаза, чтобы хотя бы ни видеть всего этого издевательства. Она вздрагивает, когда дыхание Джонсона опаляет кожу шеи.       — Испугалась? — Хьюстон кивает. — Чтобы в следующий раз вела себя нормально, иначе твои слёзы больше не помогут, — он с силой толкает её в спину, отчего девушка полностью заваливается на стол, больно ударяясь подбородком. — Мразь, — злобно кидает одногруппник и уходит из комнаты.       Брилл разлепляет веки и, снова всхлипнув, осторожно принимает нормальное положение, со страхом смотря на дверь в спальню. Однако ничего. Выдохнув, подобрала свои вещи с пола и на негнущихся ногах дошла до ванной. Оказавшись в оной и закрывшись на замок, сползая вниз по дверь, снова дала волю слезам, ещё пуще, чем прежде.