Детдомовская

POV Автор Ее глаза не выдавали свою хозяйку. Глядя на нее и не скажешь, что ей до безумия страшно. По всей квартире раздался звонок, который означал, что кто-то пришел. Именно этого она боялась. Аполлинария до ужаса боялась одного Артема, не говоря о еще трех его друзьях. — Я открою, — закричал опекун девчушки и буквально через пару секунд, послышались счастливые мужские возгласы. Они продолжались некоторое время. Прошло ещё немного времени, прежде чем на пороге кухни показались четыре молодых парня, среди них был и Артем. Заметив девочку, бойз-бенд притих ненадолго. Они молча разглядывали ее. Им она показалась слишком хрупкой, слишком мягкой и слишком милой. Да, малышка им явно понравилась, и они в какой-то степени почувствовали ее своей сестрой. — Ребят, это Аполлинария — представил девочку Артем — А это Влад, Никита и Толик — Привет, — улыбнулся Влад и протянул малютке руку, которую та, естественно, не пожала, но ответила тихое: "Здравствуйте". — Можно я пойду в свою комнату? — так же тихо спросила Апполинария. — Если хочешь. — Да, спасибо. — Странная немножко, — подметил Никита, как только Аполлинария пропала из виду. — Скорее, запуганная, — слегка усмехнулся Рамм. — Влад. — Ну что сразу, Влад? Сами посудите, она из детского дома, а там жизнь не сахар. И унизить, и ударить могут. — Ты думаешь, что с ней раньше грубо обращались? — удивленно поднял брови репер. — Да, наверное. Ну а ты, папаша, не заметил? — Не заметил что? — Как она дрожит при виде нас? — Как-то не обратил внимания на это. — Теперь обращай. — Хорошо, — парень задумался, но быстро среагировал. — Что делать будем сегодня? — Без понятия, — устало зевнул Цой. — Нет, спать мы не будем, — сразу возразил Никита и плюхнулся на мягкий диван, попутно включая телевизор. — Тем? — Что? — А твоя, — Влад прочистил горло, - кхм, так называемая дочь, знает, кто мы? — Не знаю. — Так... Ладно. Я схожу поговорю с ней — Ты уверен? — Она ребенок, которому необходимы внимание и забота. Я, конечно, понимаю, что тебе она не нужна, но все же она нуждается в поддержке. И если ты не можешь дать ей этого всего, позволь это сделать мне. — Зачем тебе это? — Да затем, что я не могу быть равнодушным к окружающим, как ты, особенно если это маленькая девочка из детского дома, которая мне кажется достаточно уже натерпелась — закончив свой монолог, Рамм, встал с мягкого дивана и вышел из гостиной, направляясь в сторону комнат. Молодой артист обошел уже почти все комнаты. — Можно? — Д-да, конечно. — Может поговорим? — Если Вы, хотите. — Почему ты так боишься меня? Нас? — Я-я не боюсь. — Не ври. Я же вижу, как дрожишь ты при виде нас, и слышу, как дрожит твой голос. — Я не боюсь, — вновь повторила Аполлинария и вздрогнула, когда почувствовала руку Влада на своей руке. Малышка сильно перепугалась этого действия и отошла на несколько шагов назад. Она начала дрожать с новой силой. Ей было уже слишком страшно. Ей тело не слушалось ее, и она уже не могла держать себя в руках. Она не хотела показать, что боится его, но не смогла не отреагировать. — Эй, ты чего? Я не сделаю тебе больно, хорошо? Я обещаю тебе.

Слишком часто мне говорили фразу «береги себя», но никто не сказал «я буду тебя беречь». Эльчин Сафарли