Детдомовская

POV Артем Аполлинария, сидела в своей комнате и молча смотрела в потолок. В ее голове нет ни одной мысли. Сейчас она может только чувствовать. Девочка стала еще сильней бояться своего отчима и его друзей. Она буквально запирается в комнате, прячась ото всех. Страх становится сильней с каждым прожитым днем. — Привет, — раздался голос незаметно вошедшего Артема. Малышка быстро вскочила с кровати и отошла в самый дальний угол комнаты. Ее уже привычно трясло от его вида. — П-привет. — Я хотел предложить тебе съездить по магазинам. — Не думаю, что мне это нужно. — Нужно и даже очень. — Эм, я…я не знаю, — репер подошел к дрожащей от страха девчушке. Она смотрела на него, широко распахнув глаза и ожидая удара или чего-нибудь вроде этого. Она привыкла, что другие обращаются с ней, как с вещью, никому не нужной вещью. — Я прошу, не надо… не н-надо. Пожалуйста. — Эй, тихо. Все хорошо. Я не причиню тебе боли. — Ты врешь. — Нет, я не вру. — Вы все так говорите. — Я обещаю, что никогда не сделаю тебе больно и другим не позволю. Поняла? Я обещаю. — П-правда? — Правда, принцесса, — Артем, сел на коленки, широко улыбнулся и нежно обнял малютку, а та неожиданно для всех обняла его в ответ. Аппи, наверное, и сама не знает зачем приняла его объятия. Она однозначно еще не полностью верит реперу, но тем не менее он внушает ей доверие. — Я могу верить тебе? — Конечно. — А ты умеешь хранить тайны? — Умею, я никогда не выдаю чужие секреты. — Ну тогда, ты будешь первая, кому я расскажу об этом. — О чем? — спросила уже заинтригованная Аполлинария. — Я сделал предложение своей девушке, — проговорил Артем, чем немало удивило девочку. Она никак не ожидала этого. — Вау. Это было неожиданно. Я даже не знала, что у тебя есть девушка. — Я вас познакомлю, хочешь? — Очень, мне безумно интересно, как она выглядит. — Вот познакомлю, узнаешь. — Эх, поскорей бы! — Скоро, принцесса. Скоро. — Хорошо, но можно спросить кое-что? — Эмм, спрашивай разумеется. — Кхм, а твоя девушка знает обо мне? — Ты издеваешься? Какой ребенок? Черт, твою ж… Ребенок?! Ты спятил? — У меня нет выбора, ясно? — Ну да, конечно. — Послушай, она у меня не навсегда. Временно. — Очень надеюсь на это, потому что этот детдомовский ребенок ни тебе, ни нам не к чему. — Не беспокойся, любимая. — Знает, — Пиндюра глубоко вздохнул и от воспоминаний больно закололо в груди. Ему было противно от самого себя. Он ненавидел себя, за те слова. Артему предстоял выбор, и он его сделал, как бы тяжело это не было. Он был должен. — Ну что, по магазинам? — По магазинам.

***

— Вика, познакомься — это Аполлинария — моя дочь. А это Вика — моя девушка. — Приятно познакомиться, — протянула руку девчушка и мило улыбнулась. — Ага, мне тоже, — молодая девушка, говорила с пренебрежением. Ей была неприятна эта малявка. Она искренне ее невзлюбила.

Нет ничего лучше, чем возвращаться туда, где ничего не изменилось, чтобы понять, как изменился ты сам.

Нельсон Мандела