Ламповый круиз по Ферелдену

      В полном отрубе от реальности, я сидела среди лагеря, около большого костра и, напевая себе под нос незамысловатую мелодию, нарезала вялую морковку. Остальные подумали, что меня снова охватила дурка, и я варю нечто ядовитое, ибо в раннее утро никакой нормальный человек не станет варить суп, да ещё и из несовместимых продуктов. Но глупости, во мне воспарял русский дух и жажда творить. И самое безобидное — это готовка. И пофиг, что яйца явно лишние: ничего лишним не бывает, ибо нет предела совершенству. Так сытнее и вкуснее, а то от прошлой каши Алистера я застряла в кустах, сгорая от стыда и проблем с желудком. Чего такого юный храмовник туда накидал — великая загадка человечества.       Ах, да, вам, наверное, интересно узнать, что с Зевраном и нашей компанией в целом? Эльфа пощадили на мою совесть, наказали следить, да только тот сам себя обелил, когда спас рыжую от нападка моего демона. Эта тварь очнулся от переутомления и чуть не спалил пол леса, а ассасин (то ли от испуга, то ли от высшей степени героизма) вовремя тюкнул меня по тыкве, отрубив на добрые пол часа. Так я и оказалась в положении, из которого вызволяла Ворона — с кляпом и в верёвках.       И, наверное, интересно, почему я всё-таки ещё жива? Всё просто — прошла тест Николаса: он врезал мне энергетическим потоком, чем снова вырубил. «Стандартная проверка» — говорил он всем, пока я высмаркивала кровь из носа. По его теории: демон должен был защитить своего носителя, однако ничего не произошло. Так и оказалось, что я и Зев сели в одну лодку недоверия. Меня спасло ещё и то, что я призналась сде сейчас находится Углия из Круга. Маги понимающе угукнули и махнули рукой, мол, тогда всё ясно.       Шли мы сутки без остановки и достигли тракта, ведущего прямиком в город. Денерим темнел на горизонте, и по данным нашего «картографа» Стэна: идти ещё пол дня и до темна не успеем. Поэтому и встали лагерем на ночёвку. Спать в телеге я не могла из-за больной спины от побоев, поэтому пол ночи хуи пинала, в итоге решила жрать сварить, чтобы утром долго не задерживаться. В планах было: выдвинуться в Денерим и опробовать себя в роли честного гражданина. Для начала: купить крохотное здание, чтобы было где пожить, ведь коммунальные услуги тут не оплачивались, потом подумать над работой.       Сидя в тишине, когда на небе начали пропадать звёзды и наступал рассвет, я мутила нечто воистину непонятное, но по запаху — вкусное. Шаман шаманит и народу страшно. Со стороны же всё это смотрелось, как колдовство, ибо да, я настолько крутая, что в заплетённую косу воткнула найденное перо орла, а на запястье повязала красную ниточку с надетыми бусиками, обмененными у Боддана за кусочек топаза. Напялила всю эту красоту на себя и была такова в белом платьице Лелианы. Оно же свисало мешком, но неудобств не вызывало, ибо стесняться было некого, и вид моих лях никого не возбуждал, даже самого последнего и отчаявшегося прохожего. И теперь я могу с точностью описать себя, как нарезвившегося эльфийского ребёнка с синдромом «пережор», ибо этой эльфке явно надо схуднуть.       Пока нарезала несчастную морковь, на лагерь упала первая полоса солнечного света и покатилась к палатке Алистера. Ещё через десять минут я уже закидывала грибочки и добавляла соли, когда храмовник показал свой лик свету. Сонный и милый, он напоминал ребёнка, которого хотелось затискать до смерти. Ага, Угляш, акстись, тут нет плода твоих сексуальных фантазий, да и есть риск схлопотать по шапке.       Алистер посмотрел на меня только тогда, когда большой ложкой я пробовала похлёбку на вкус, почмокала и скривилась. Что-то перебор с солью… Надо бросить картошку, возьмёт в себя. — Доброе утро, Страж, — елейным голосом поприветствовала я, очищая немалым ножом картофель. Если отхреначу руку — будет с мясом. — Доброе. Вот, учуял запах еды и желудок приказал встать. — Он полностью вылез из палатки и прошёл к берегу реки. Пока его водные и скромные процедуры шли своим чередом, я уже нарезала картофель и оставалось только сидеть и мешать.       В след за Алистером показался и Николас, отгоняя от себя живность на добрые сто метров недовольным видом. — Что готовим? — присел рядом воин и втянул носом запах из чана. — Я лучше промолчу, но вроде как съедобное, — вывалила с досточки картофель и помешала, не отрывая взгляда от недовольного Амелла.       Эх, как жаль, что я теперь не демон! Вот дала бы сейчас оптимистичного подсрачника и исчезла бы в небытье. Демон теперь на задворках сознания недовольно бухтит и напрягает мои извилины. Его появления я боялась, поэтому была предельно напряжена всё время.       Я снова впала в прострацию и упустила момент, когда храмовник уже стучал половником по чашке, наливая.  — Алистер, не тяни свои загребущие ручонки к сырому счастью! Ещё не готово, — ткнула его в руку пальцем. Отросшие ногти как раз должны были оцарапать. — Я есть хочу и мне не важно, какое оно. Выглядит и пахнет чудесно, почему бы и нет? — обиженно проскрипел Алистер. — Ты мне ещё мужской голодный бунт давай устрой, — состроила страшное лицо. — Я сама могила. — Могилой быть не надо, а вот зелени нарежь, — я поставила на колени загрустившему храмовнику доску с пучком жухлой травы из собственных закромов. — Эй, красавица, ты чего там, примёрз? Давай к нам, а то твою рожу можно проекцией в небе выставлять, и Мор на этом закончится. Порождения тьмы не станут связываться с таким фраером! — залилась истеричным смехом. — Углия, — отчеканил маг, напрягая красивое лицо. — Да, да? Ты рад, что я вернулась?       Он вздохнул и ушёл к реке, оставив за собой шлейф загадочности.

***

— Да глупости всё это! Я вполне себе состоявшаяся личность, которая имеет право строить бизнес в этой отсталой стране, во имя всеобщих благ! — разрывалась я, собирая свои скромные пожитки, которые у каждого по мелочи одолжила.       Отряду было страшно отпускать меня в открытый мир после того, что они узнали о моей второй ипостаси в лице огненной твари, ещё и в одиночку. Персона я абстрактная и не пропаду, а вот, рискнувшего связаться со мной, ждёт, как минимум, прощание с разумом. — Это опасно, — вторил голос Алистера, так проникшего ко мне любовью и опекой. — Опасно жить без мозга, а мне можно! И вообще, не стойте у меня на пути, зашаманю и перешаманю, — сказала, как отрезала на перегородивших путь Стражам и собаке. — Так что за бизнес? — тихо спросил Йован, тоже не отстававший в симпатии. Ибо коммуникабельность — это сила, и тот кто ей располагает правит миром. А мне рот не заткнешь, тем более теперь, когда можно не скрываться. — Фонд по Защите Прав Потребителей, — легко ответила. — Буду прорубать окно в Европу, но без лишнего шума. Будем пове-е-ерхностно, — на этом слове провела ладонью по воздуху. — А если серьезно? — спросила рыжая, уперев руки в бока. — Мне не хочется потом убивать тебя. — Моё солнышко, тебе ещё много кого стоит убивать впереди. Это только начало, — наставленически произнесла, похлопав её по плечу. — Возможно в списке буду и я, если демон не одумается. — Вот мы и вернулись к насущной проблеме, — хмуро изрёк храмовник. — Гав!       Я приложила руку ко лбу, выдохнув и обречённо уставившись на слюнявую псину. Казалось самым сложным освоиться в этом мире, ан-нет. Сложнее вырваться из-под опеки героев Ферелдена. — Хорошо, я хочу открыть алхимическую лавку и спокойно дрессировать демона, — спокойно объяснила. — При критических ситуациях, в которых вы живёте, он будет сводить меня с ума. — Разумно, — согласился Стэн. — Но у нас таких убивали. — Так, никто никого не будет убивать, — долийка нахмурилась. — Николас, а ты что скажешь? Ты же лекарь! — Если ей и правда так тошно, пусть идёт, — пожал тот плечами. — Хорошо, — сдалась Страж. — Только будь осторожна.

***

      А что толку сидеть, оставаясь в тени их героизма? Тоже внесём небольшой вклад в этот мир. Мне поставят памятник. И очень надеюсь, что не на могиле.       Планы были поистине грандиозны и тупы, что таить, я это и сама понимала. Никакого «усмирения демона» я не планировала, хотела просто осесть. Я не герой, не воин, не маг и даже не храбрая леди. Толку от меня не будет, кроме подсказок в сюжете. Но смысла в этом нет, тут всё заскриптованно до жути и под ногами мотаться не хочу. — Углия, стой!       Сначала я перепугалась, а потом осознала чей это голос. — Да, Ванюшка, — обернулась к магу, за спиной которого тянулся небольшой хвост провизии. — Я так подумал, — запыхавшимся голосом он пытался сказать, что не оставит меня одну и все сопли с сахаром, но я взяла его за щёки, сделав губки как у рыбки и прислушалась. Что-то странное в кустах шебуршится. — Отпуфти, я понял. — Эй, там, в кустах, выходи! Или я кину нож! — крикнула на несчастное растение и оттуда выскочил ЗДОРОВЕННЫЙ, МАТЬ ЕГО, ПАУК!       С диким писком я запрыгнула на мага, карабкаясь выше, и чуть ли не садясь ему на голову. Он гнулся под весом сумки за своими плечами, сумки за моими и, собственно, моего веса, пытаясь ещё как-то отстреляться от назойливого насекомого. — А-А-А-А! ВАНЯ, ЭТО ПАУК! БЛЯДЬ, НАСТОЯЩИЙ ОГРОМНЫЙ ПАУК!!! ИХ ТУТ ДВОЕ!       Не знаю как, но из моей руки выскочил небольшой огненный шарик, который с ебической силой разнёс паука по округе, как и окружающие его камни, кусты и ветки.       Хотя паук уже был давно мёртв, а Ваня держал меня на руках аки рыцарь, я продолжала сжимать его шею и визжать ещё и по тому, что моя рука работала, как прикуриватель. Насколько знаю, арахнофобией не страдаю, но посудите: как не испугаться насекомого ростом с корову? А тут ещё и магия… Это явно усложнит мою жизнь. — Вань, можешь уже отпускать меня, — дрожащим голосом сказала я, всё ещё пялясь на руку, ожидая взрыва. — Что тут за взрывы?! — сбоку раздался голос Амелла, явно отставшего.

***

— Звиздец, просто. Да я чёртов волше-е-е-ебник! Я апасна для общества! Бойся меня, недруг! Теперь я такого наколдую, и переколдую даже! Бу! — ткнула рукой в лицо Николаса.       Меня настолько колбасило, что весь последующий путь до Столицы я проделала на спине мужчины аки принцесса, как самого высокого и плотно слаженного. Ваня плёлся сзади, таща на себе наши сумки.        По прибытию в славную Столицу, где процветает воровство, разногласия и главный недруг, мы, первым делом, продали всё ненужное, выручив немалые деньги в размере ста пяти золотых и плюсом моё прихваченное с храма, итого: я не умею считать. Если верить магам, много. А много — это понятие относительное.       За пять золотых и тридцать серебряных в месяц мы взяли под аренду небольшую двухэтажную халупу в одном из райончиков, по соседству с какими-то наркоманами... или хиппи, ибо их дикция и туманный взгляд заставляли насторожиться. Да ещё и с неплохой внутренней отделкой, казалось бы, да? — Вот это хата, — сидя на сумке, как на коне, я воодушевлённо вертела головой, осматривая своды помещения. — Мальчики, сколько ещё денег? Нужно мебели прикупить. Ковров. Много ковров. И пуфиков. ПУШИСТЫХ! — Думаю, хватит, — выдал главный бухгалтер Йован. — Ваня, мне ничего не говорит это: «думаю, хватит». Нужно чётко знать. — Да, хватит на всё, — вздохнул маг, уже жалея, что пошёл следом. — Отлично, тогда по магазинам, а там и червячка заморить можно, — хлопнув в ладоши и оптимистично вскочив с сумки, обняла обоих мужчин за талию и воодушевлённо провозгласила: — А потом кто-то будет меня учить пользоваться магией. А кто-то — алхимией! А ещё читать и писать. Вы же умные, науке научены, гранит науки сожрали. — Не думаю, что ты способна к учению, — безрадостно изрёк Николас. — Вот сейчас не порть мне настроение. Я ж баба, я обижусь.