Зеленый... Цвет моего счастья

Склонившись над оглушенным Гарри, Гермиона произнесла Отрезвляющее заклинание и, прежде чем привести Поттера в сознание, на всякий случай связала ему руки. — Интересно, я когда-нибудь заживу спокойно? — пробормотал Гарри, открыв глаза. — Мне так жаль, что я втянула тебя во все это, — отозвалась Гермиона, снимая с его рук веревки. — Ну, другого выбора у нас не было, — ответил Гарри и скользнул взглядом по Гермионе. — Я тебе ничего не успел сделать? — Нет, — она покачала и головой и устало опустилась на стул, поморщившись от боли в ноге. — Но теперь у меня еще меньше идей по поводу этого проклятья. Ни в одной книге я не встречала какого-либо заклинания, действие которого связано с алкоголем. — Мне как всегда везет, — хмыкнул Гарри и вылил остатки виски из стакана в раковину. * * * — Вы не можете отменить программу обмена студентами, — Гермиона почти кричала, стоя посреди кабинета Министра магии. — А как же дети-оборотни? — Нам необходимо решать вопросы в порядке их важности, — ответил Кингсли, дерганно перелистывая «Пророк». — Мы на грани международного скандала. Нас обвиняют в нападении на Дурмштранг с целью уничтожения школы, а сами в это время делают вид, что тебя там не было и на тебя никто не покушался. О каких оборотнях сейчас может идти речь, Гермиона? — А битва с Малфоем? — удивленно спросила она, садясь на стул. — Как же свидетели? Крам, например. Министр внимательно посмотрел на нее. — Ты когда «Пророк» последний раз читала? — Если честно, давно, — Гермиона опустила взгляд. — Я тебя не узнаю, Гермиона, — воскликнул Кингсли и кинул ей газету. — В каких облаках ты витаешь? Весь магический мир уже который день на ушах, а ты не в курсе. Взяв газету в руки, Гермиона обомлела — с первой страницы на нее смотрел Гарри. Правда, фотография была шестилетней давности. — Что это значит? — пробормотала она. — То, что многие утверждают, будто видели в Дурмштранге Гарри Поттера, — министр устало потер глаза и с грустью посмотрел на Гермиону. — Более того, они говорят, что это он пытался разрушить школу. — Но это неправда! — Гермиона резко вскочила со стула. — Тебе об этом что-то известно? — поинтересовался министр. — Нет, — тут же ответила она, избегая пристального взгляда Кингсли. — Я была там, но Гарри не видела. Да и он никогда бы не стал нападать на школы. — Дурмштранг — не просто школа, — покачал головой министр. — Может быть, он пришел за Малфоем? — То есть английское Министерство магии не знало о том, что Малфой устроился в Дурмштранге, а Гарри это было известно? — хмыкнула Гермиона. Мысленно она уже придумывала всевозможные пути отступления для него. — Ты знаешь, где он? — резко спросил Кингсли, и Гермиона вздрогнула. — Кто? — спросила она, всеми силами стараясь скрыть дрожь в голосе. — Где Гарри Поттер? — повторил он. — Понятия не имею, — ответила Гермиона, осознавая, что весь кошмар для Гарри только начинается. * * * Вернувшись к себе, Гермиона швырнула «Пророк» на стол и стала кружить по кабинету, нервно постукивая палочкой по ладони. — Ты чего круги нарезаешь? Не услышав, как открылась дверь, Гермиона вскрикнула от неожиданного вопроса незванного гостя и резко обернулась, выставив палочку. — Эй, полегче, это всего лишь я, — Рон приподнял обе руки. — Рон! — воскликнула она и кинулась к нему на шею. — Как хорошо, что тебя уже выписали. Мы должны что-то сделать, мы должны оградить Гарри от всего этого. Она бросилась к столу и протянула Рону газету. — Вот, почитай! — Я уже видел, — ответил Рон, глядя на раздраженно отворачивающегося от репортеров Гарри. — Поэтому и пришел. Мне кажется, или грозит повториться история пятого курса? — Не кажется, — вздохнула Гермиона. — Вот только помочь в этот раз некому. Еще немного, и Гарри из героя превратится в потенциального нового Темного Лорда. — Темного Лорда, напавшего на темную же школу? — усмехнулся Рон. — Нет, Герм, до такого, надеюсь, не дойдет. — Его уже считают преступником, — беспомощно произнесла Гермиона, усевшись за стол и взявшись за голову. — Даже Кингсли. Надо срочно сообщить Гарри... Она умолкла, услышав легкое постукивание по двери. Рон открыл ее, впустив летающую записку, которая зависла над его головой. — Кингсли вызывает к себе, — мрачно сказал он, прочитав ее. Гермиона в панике закрыла рот руками. — Он сейчас прикажет аврорам найти Гарри? — прошептала она. Рон в ответ лишь многозначительно поднял брови. * * * С трудом дождавшись обеденного перерыва, Гермиона выбежала на улицу, аппарировала подальше от Министерства Магии и достала мобильный телефон. Гарри ответил почти сразу же. — Да, Герми. — Гарри, плохи наши дела, — быстро заговорила она, постоянно оглядываясь. — В «Пророке» уже который день печатают статьи о тебе, намекая, что это ты напал на Дурмштранг. Рон сегодня уже в Министерстве, утром его вызвал к себе Кингсли, но он до сих пор не вернулся. Я не уверена, но возможно, что он дал приказ аврорам найти тебя... Гарри, ты меня слышишь? — Да, — после паузы ответил он. — Как обычно, когда все было хорошо, меня никто искать не собирался, а случись что — так сразу засуетились. И что ты мне предлагаешь? Самому явиться в Министерство? — Ни в коем случае, — воскликнула Гермиона. — Ты же знаешь силу газет. Каким бы героем ты ни был, но сейчас мирное время, а ты самый сильный волшебник и... — Ты, кажется, забыла, что я с недавнего времени сквиб? — перебил ее Гарри, понизив голос. — Не забыла, но об этом сейчас знаем только мы. И опять я во всем виновата, — дрогнувшим голосом сказала Гермиона. — Я была уверена, что стерла память всем, кто тебя видел. — Не всем, — медленно проговорил Гарри. — Что ты имеешь в виду? — Это Малфой, — усмехнулся он. — Ему же надо убрать меня с пути к завоеванию мира, а упрятать меня в Азкабан — это самый лучший способ. Он же знает, как на меня действуют дементоры. Долго я там не протяну. — Это невозможно, — тихо проговорила Гермиона. — Волшебный мир не может упрятать своего национального героя в Азкабан. — Не смеши, Герми, — хмыкнул Гарри. — Ты забыла наш второй курс? А четвертый? Пятый? — Я думала, сейчас уже все по-другому... — Так же. Народ любит бояться... Подожди секунду, — сказал Гарри, и Гермиона слушала, как он переговаривается с кем-то, нервно покусывая губы и по-прежнему оглядываясь. — Герми, приду домой утром и все обсудим, а сейчас мне пора на вызов. Не волнуйся. — Гарри... Будь осторожен, — прошептала Гермиона, глядя на телефон. Вернувшись в свой кабинет, она тут же отправила патронуса Рону — его отсутствие беспокоило ее больше всего. Кто знает, что там придумал Кингсли. Рон появился только через час. — Где ты пропадал? — тут же накинулась на него Гермиона. — Мы нашли Гарри, — ответил он, садясь в кресло возле книжного шкафа. — Что?.. — у Гермионы потемнело в глазах, и она ухватилась за стол, чтобы не упасть. — Случайно, — продолжил Рон, подскочив и усадив ее в кресло за столом. — Пришло известие о пожаре на окраине города, и мы отправились туда проверить, нет ли там следов магии и не очередная ли это вылазка приспешников Малфоя или еще кого. Гарри был там. Повезло, что я аппарировал ближе всего к нему. Кинув в него камешком, я вынудил его обернуться и убрал с лица капюшон мантии-невидимки. Увидев меня, он все понял и медленно опустил защитное стекло шлема. Хотя, думаю, что его вряд ли бы узнал кто из новичков. — Значит, Кингсли все-таки приказал найти его? — спросила Гермиона, дрожащей рукой наливая себе воду из кувшина. — Да, но он не настроен враждебно, — ответил Рон, вновь усаживаясь в кресло и внимательно следя за Гермионой. — Хотя, с уверенностью утверждать не могу. — Что же нам делать? — простонала Гермиона. — Ты знаешь новые законы, — заговорил Рон, проводя рукой по волосам. — Мы будем первые, к кому применят Сыворотку правды. — Тогда мы все отправимся в Азкабан... Но и Гарри я им выдавать не собираюсь. — Мы должны либо вернуть память всем свидетелям той бойни, либо найти Малфоя, — ответил Рон. — А лучше и то, и другое. * * * — Ты почему не спишь? — услышала Гермиона в трубке голос Гарри после невыносимо долгих пяти гудков. — Не могу уснуть, — ответила она, закрыв глаза. — Я так за тебя волнуюсь. Почти каждый твой выезд теперь небезопасен — авроры все проверяют, — услышав на заднем фоне смех, она вздохнула. — Не сможешь сейчас поговорить на эту тему... Просто хочу, чтобы ты как можно быстрее оказался рядом. — Утром, родная, утром, — тихо ответил Гарри. — Постарайся заснуть. Положив телефон на тумбочку, Гермиона заворочалась, пытаясь удобнее устроиться. Уже несколько дней они с Гарри спали в разных комнатах. Он — в той спальне, где все произошло, а она перебралась в гостевую. Несмотря на то, что Гарри находился в соседней комнате, одиночество сильно давило на Гермиону, ей не хватало дыхания Поттера в ночной тишине, его объятий, тепла его тела. Он всячески избегал ее, боясь, что может вновь причинить боль, и Гермиона также этого боялась, но появившаяся в их отношениях холодность пугала ее сильнее. Они больше не сидели, обнявшись, перед телевизором, не бесились на диване, Гарри больше не врывался к Гермионе в ванную, когда она принимала душ... Проворочавшись еще два часа, Гермиона поднялась с кровати и решительно направилась в спальню Гарри. Медленно открыв дверь, она сделала один шаг и осмотрелась. Комната выглядела так, как будто и не было той страшной ночи. Пытаясь перебороть свой страх, Гермиона легла на кровать и, обняв подушку и вдыхая запах Гарри, смогла наконец заснуть. Проснувшись через несколько часов с головной болью, она посмотрела на часы и резко села на кровати — Гарри давно уже должен был быть дома. Но, обежав квартиру и увидев, что его до сих пор нет, Гермиона схватила телефон. — Герми, спокойно, я тут, — послышался вдруг голос Гарри за спиной, и Гермиона дернулась от неожиданности. — Я не слышала, как ты вошел, — растерянно ответила она. — Мысли у тебя очень шумные, — закрыв входную дверь, коротко засмеялся Гарри и поцеловал ее. — Решил немножко поднять тебе настроение, — улыбнулся он, протягивая Гермионе коробочку ее любимых пирожных. — Да, кстати, давно ты мне их не приносил, — улыбнулась она в ответ. — Только, пожалуйста, сообщай мне, что ты задерживаешься, а то я скоро сойду с ума. — Да, извини, — он легонько взял ее за подбородок. — У тебя усталый вид. Ты что, так и не спала? — Пару часов только, — ответила Гермиона, заходя в кухню. Положив пирожные на стол и вскипятив палочкой воду в чайнике, она резко обернулась к Гарри. — Нам нужно что-то делать. Нельзя сидеть сложа руки, когда все авроры Англии тебя ищут. Надо приложить все усилия, чтобы снять с тебя это проклятье и вернуть магию. Гарри опустил взгляд и вздохнул. — Гарри, — продолжила Гермиона, неверно поняв его реакцию. — Тебе плохо без магии, я же вижу. Ты не можешь отказаться от нее, она часть тебя. И самая важная часть. Твой отец — потомственный маг... — Герми, я не отказываюсь от магии, — Гарри поднялся и занялся приготовлением кофе, мягко оттеснив Гермиону от стола. — Я просто не хочу снова быть козлом отпущения и исполнять пророчество очередной чокнутой бабы. Да, мне нужна магия. Но только для того, чтобы оберегать тебя. А все эти годы, что я был один, у меня ни разу не возникло ситуации, требующей ее вмешательства. Сделав пару глотков кофе, он поцеловал Гермиону: — Пойду спать, просто валюсь с ног, — сказал он и направился к выходу из кухни. * * * Вернувшись вечером домой, Гермиона застала Гарри за просмотром фильма. — Выключай, — скомандовала она. — У нас много работы. — Какой работы? — удивился Гарри, но телевизор послушно выключил. — Вставай. Будем тренироваться сопротивляться проклятию. — Плохая идея, — ответил он, поднимаясь. — Герми, без магии я сопротивляться не смогу. — А ты попробуй, — не сдавалась Гермиона. — Гарри, ты намного сильнее, чем думаешь. Давай потренируемся на Империо. — А теперь что же, можно использовать непростительные налево и направо? — хмыкнул Гарри. — Нет, но в связи со сложившимися обстоятельствами, Кингсли выдал мне разрешение на использование Непростительных, — ответила Гермиона. — Готов? — Я бы на твоем месте так не рисковал, — покачал головой Гарри. — Я справлюсь, — кивнула Гермиона, направляя на него палочку. — Нет, — ответил он, отходя назад, подальше от нее. — Но тебя не переубедить. Она молча глубоко вздохнула и нервно перебрала древко палочки пальцами. — Империо. Гарри моргнул, и Гермиона увидела, как затуманились его глаза. — Гарри? — позвала она. — Да? — послышался бесцветный и безэмоциональный ответ. — Сопротивляйся, — твердо сказала Гермиона, внимательно вглядываясь в его глаза. — Чему? — так же глухо спросил Гарри. Гермиона задумалась, что приказать Гарри сделать. Необходимо было что-то такое, чего он сам никогда бы не сделал, будучи в здравом уме. Возможно, его парализованное сознание попытается прорваться сквозь стену заклинания Подвластия, и он начнет сопротивляться. — Подойди и ударь меня, — слегка дрогнувшим голосом произнесла она, крепко сжимая палочку и непроизвольно делая шаг назад, когда Гарри, не медля ни секунды, двинулся в ее сторону. И когда он уже занес руку для пощечины, она вскрикнула: — Фините Инкантатем! Гарри замер, так и держа руку на весу. Глаза его тут же прояснились, он моргнул пару раз и потряс головой. — Я так понимаю, ничего у нас не вышло, — произнес он, удивленно опуская руку. — Ты что сказала мне сделать? — То, чему бы ты наверняка стал сопротивляться, — пожав плечами, грустно ответила Гермиона. — Ударить меня. — Откуда в тебе столько безрассудства, Герми? — Гарри взял ее за плечи и легонько встряхнул. — Больше никаких экспериментов наедине. А теперь иди ложись спать, тебе надо выспаться, — мягче сказал он, касаясь губами ее губ. * * * Лежа в кровати, Гермиона обдумывала замкнутый круг, в который попал Гарри. Впервые она разочаровалась в книгах, которые ни на шаг не приблизили ее к разгадке непонятного проклятья, в то время, как ситуация становилась все хуже. Проворочавшись в постели час, она поняла, что, как и вчера, не сможет уснуть... * * * Гарри снился Хогвартс. Сон освежал в памяти тайные ходы и темные коридоры величественного замка, заброшенные классы, движущиеся лестницы и говорящие портреты, Большой Зал с заколдованным потолком и плавающими в воздухе свечами, злосчастную Астрономическую башню и совятню. Гарри уже почти дошел до спальни Гриффиндора, как вдруг картинка вокруг дрогнула, а по позвоночнику пробежала невесть откуда взявшаяся волна удовольствия. Он начал оглядываться, но замок перед глазами все сильнее расплывался, а сердце учащенно забилось. Что-то непонятное, но чрезвычайно приятное силой вытаскивало Гарри из сна. Открыв глаза, он удивленно охнул. — Герми, что ты делаешь? — простонал Гарри, запрокинув голову. Она не ответила, лишь подняла глаза, с удовольствием наблюдая, как он хмурится и закусывает губу. С силой вцепившись в простынь, Гарри выгнулся и не то застонал, не то зарычал и затих, тяжело дыша. Гермиона поднялась и слегка коснулась его губ поцелуем, тут же сдавленно охнув от неожиданно крепкого объятия. — Я же запретил тебе выходить ночью из спальни, — хрипло прошептал он. — Я больше так не могу, — так же тихо ответила Гермиона, уткнувшись носом в шею Гарри. — Я хочу перестать бояться. Он перекатился на бок, не разжимая объятий, и посмотрел в ее глаза, слегка поблескивающие в лунном свете. — А я ведь так и не попросил у тебя прощения, — горько произнес он. — За что, Гарри? Ты ни в чем не виноват, — она замолчала ненадолго, поглаживая его по щеке. — Мне не хватает тебя. Мы отстранились друг от друга, и это пугает меня. Я готова сколько угодно терпеть эти вспышки агрессии, лишь бы никогда не потерять тебя. — Герми, ты сошла с ума, — почти воскликнул Гарри. — Повторения мы не должны допустить. И я обещаю тебе, что ты никогда меня не потеряешь. Он прижался к ее губам, чувствуя соленый привкус. — Не плачь, родная. Все будет хорошо. — Я останусь с тобой, — тихо всхлипнула Гермиона. — Одна не могу уснуть. Еще крепче прижав ее к себе, Гарри, нахмурившись, уставился в стену, запрещая себе спать. Задумавшись, он не заметил, как машинально начал гладить Гермиону. Он не меньше нее соскучился по близости ее тела, но воспоминания слишком сильно давили, не давая ему перейти к более решительным действиям. Вздохнув, он замер, но почти сразу же зашевелилась Гермиона. — Гарри? — тихонько позвала она его, приподняв голову. — М-м-м? — Не останавливайся...