Спустя пятнадцать лет

Ребята шли по нескончаемому тоннелю, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к каждому звуку. Слева оказалась железная дверь, на ручке которой был нарисован неизвестный знак. - Зайдём? – спросил Егор, касаясь пальцами ручки и оглянулся назад, дабы посмотреть на друзей. - Стой! А вдруг сработает сигнализация, – воскликнула Настя. – Может, нам лучше не знать, что там? - Нет, не лучше, – твердо сказал Игорь и резким движением распахнул дверь. Блики фонариков забегали по стенам и предметам комнаты. - Да будет свет! – воскликнул Игорь, заметив выключатель. - Кричи громче! – шикнула Кира. – Пусть все слышат. В миг пространство озарилось двумя яркими лампами. - Кир, ты действительно считаешь, что эти самые немцы, про которых нам рассказывал Игорь до сих пор здесь? – подколол подругу Егор. Проигнорировав высказывание, русоволосая лишь кинула на Полякова злостный взгляд. - Это что, операционная? – Кира свела брови и прикоснулась кончиками пальцев к белой простыне, лежащей на кушетке. - Похоже на то, – кивнул Егор, присаживаясь на карточки. – Смотрите, Ингрид, – прочитал он надпись на одной из баночек, с непонятной полупрозрачной жидкостью. - Подождите, ведь Ингрид, эта та компания… – Настя наконец оторвалась от Игоря, к которому всё это время, сама того не замечая, прижималась. - Да, это она, – подтвердил Егор. - Игорь, – позвала Кира, но друг продолжал крутить в руках какие-то предметы, что лежали возле стола на тумбочке, завёрнутые в белоснежную салфетку. – Эй, Игорь. - А? – наконец повернулся друг и увидел три заинтересованных лица. – Ребят, у меня такое странное чувство… Вы вряд ли поймёте. - Рассказывай, – сказал Егор, а девочки согласно кивнули. - Мне кажется, что я здесь был… - То есть как? – опешила Кира. - Я не понимаю… Знаете, это как обрывки воспоминаний… Свет яркой лампы… Врачи… И какая-то странная музыка. - Подожди… Ты говоришь, что когда-то тоже был в этой школе, ведь так? – спросила Настя. Авдеев положил на место скальпель, который до этого теребил в руках и посмотрел в глаза по очерёдности каждому из друзей: - Я вам одного не сказал… Лиза, безжизненно глядя в одну точку, надевала поверх белой футболки небесно-голубой кардиган. Не став застёгивать пуговицы, она взяла сумку с кровати, которая была наполовину наполнена теми вещами, что в спешке накидала Лариса Андреевна. В палату, два раза постучав, зашёл лечащий врач. Это был мужчина лет пятидесяти, невысокого роста, с наполовину седыми волосами и мудрыми глазами, что прятались за аккуратной оправой очков. - Лиза, Вы уверенны, что не хотите пройти полное обследование? Вам лучше полежать ещё пару дней, – спросил он, грустно смотря на девушку. - Уверенна, – твёрдо ответила Морозова. - Я же понимаю, что в школе Вы не будете лежать, – врач наклонил голову, дабы посмотреть на блондинку без очков. Лиза лишь пожала плечами, состроив подобие щенячьего взгляда. Мужчина вздохнул: - Держите вашу карту. Если что – звоните. Благодарно кивнув, девушка приняла из его рук бумаги и, попрощавшись, вышла из больницы. Надя и Юра гуляли по набережной, весело болтая на каждую тему. Не смотря на то, что они общаются уже месяц, ребята не успели ещё рассказать друг-другу всё о тех годах, что прошли с момента расставания и до встречи. Бывшие одноклассники, раньше воюющие, сейчас заметно сблизились. - А, помнишь, как я тебя к стулу приклеила, – после того, как Авдеева поделилась своим воспоминаем, последовала новая волна смеха. - Помню, – скорчив обиженное лицо, ответил Веревкин, но позже засмеялся, не в состояние смотреть на разрывающуюся от смеха Надю, которая уже залилась красной краской, как помидор.