Им были свойственны все те странные образы, что сделали отчаянье и боль столь соблазнительными...

С чувством какой-то легкости и ясности, я завернула за близлежащий угол и выдохнула накопившийся за последние несколько минут воздух. Боковым зрением я заметила, как Саске непоколебимо стоит и ничего не делает, ничего не предпринимает. Стоит и смотрит, с совершенно потерянным лицом, но легкой улыбкой на губах. Отдышавшись, я размеренной походкой направилась вперед по тротуару, держа путь в парк. Идя по дороге, я на ходу почти невесомо дотронулась до своих губ, ощущая себя на седьмом небе от счастья и чувствуя, как блаженное тепло медленно распространяется по телу, заражая его каждый участок приятными ощущениями и необычными чувствами, которые я испытывала только в его обществе и ни в чьем более. Понурив голову, я слегка прикрыла закрывающиеся глаза и тряхнула головой. Прическа, которая только делала из меня приятного для общения человека, полностью развалилась. Невидимки, держащие непослушную челку, пришлось снять и короткие рыжие, но слегка завивающиеся волосы спали на лоб, а потом и на глаза. Я поморщилась из-за волосков, мешающих спокойно смотреть вперед, и с недовольным лицом сдула надоевшую челку на бок. А хвост я не стала распускать, решив, что с ним или без него, я все равно выгляжу не так как надо, не так как подобает приличному человеку. Но мне, уже порядком, надоело себя одергивать из-за внешности. Засучив рукава до локтей, я засунула руки в карманы олимпийки и с неким интересом вытащила из правого кармана какую-то, внезапно обнаружившуюся бумажонку, на которой мелкими, но печатными буквами были написаны неизвестные мне цифры, составляющие номер чьего-то мобильного телефона. Я задумчиво уставилась в голубеющее небо, мысленно обдумывая, чей бы это номер мог быть. Кто? Однако, ответ довольно-таки быстро пришел на ум. Саске. Он, да. Кто же еще это может быть, как не он? Сжав в руках этот клочок и случайно заметив, что в нижнем правом углу были написаны инициалы, я по-детски улыбнулась. Его инициалы. U.S. Убрав этот драгоценный листок во внутренний карман сумки, я двинулась вперед, пиная крышку от какой-то бутылки и насвистывая себе под нос какую-то веселую мелодию, от которой на душе было не так ужасно, как прежде. Предчувствие, нехорошее предчувствие не покидало меня ни на минуту, но пока я была рядом с ним, я на немного позабыла об этом гнетущем чувстве. Казалось, что скоро вот-вот что-то произойдет. Произойдет что-то непоправимое и неисправимое, и это нечто будет иметь прямое отношение ко мне. Как будто, я буду причиной того происшествия, ну или косвенно буду касаться этого. Настроение из стадии «Лучше не бывает» медленно и быстро опустилось до «Ниже плинтуса». И даже никакое солнышко, припекающее и нещадно палящее свысока, и никакое небо голубое, радующее глаз, не поднимет того былого настроения. И на кой черт я это все вспомнила. Лучше бы даже не вспоминала. Сама же все порчу. Встряхнув головой, отчего челка только опять спала на глаза, я засеменила вперед, но только не в парк, как хотела до этого, а домой. Я лучше дождусь его дома, буду прижимать подушку, на которой он сегодня спал, к себе и улыбаться, чувствуя его запах, витающий и в гостиной и исходящей от самой подушки. Буду ждать, да. Почему-то, когда я думала о объекте своих грез, то бишь Саске, мне не хотелось думать о том, какой его реакция будет, когда он узнает о моих чувствах к нему. О том, какие чувства любви я испытываю по отношению к этому человеку. Я боялась его реакции, она ведь неизвестна. А вообще, интересно ли ему выслушивать сопли какой-то девчонки, которая откуда не возьмись, свалилась на него, как снег на голову? Наверное нет, но он совсем недавно сам поцеловал меня, сам обнимал, прижимал к себе, и все это было без какого-либо намека на неприятность его действий. Может, он играется? Наверное, ему в любви признаются каждый день. Каждый божий день, какая-нибудь симпатичная девушка, на подобии той блондинки в одежде от Кутюр, что идет с гордым видом по противоположной стороне дороги, признаются ему в любви. А он, совершенно не интересующийся этими «делами любовными», просто разобьет очередной «ей» сердце, ничего не разъясняя. Будто, ему и на самом деле все равно. Я грустным взглядом проводила белокурую блондинку, чьи волосы не раз подвергались окраске, и посмотрела на цвет, загорающийся на светофоре и делая шаг, чтобы перейти дорогу. Наверное, и мне уготована такая же судьба быть влюбленной, но не любимой. А хотя, кто знает, каким местом повернется ко мне судьба. Надо верить в лучшее, что может с тобой произойти. Черт, что же я все время обманываю себя? Все время настраиваю себя на лучшее. Будто оно и вправду может произойти? Дуреха. Преспокойно преодолев небольшую аллею за полчаса, я зашла во двор и двинулась в сторону знакомого подъезда, на ходу поправляя сумку, что спокойно покоилась у меня за спиной, и нервно шарясь по задним карманам в поиске ключей. -Вот черт, - не слишком громко, но и не очень-то тихо воскликнула я, нащупывая в заднем кармане что-то, дико похожее на связку ключей средних размеров, а после и выуживая ее из кармана. -Должна была оставить под ковриком, а забрала с собой, - тихо пробормотала я, вспоминая слова с записки Саске и чувствуя, как румянец быстро охватил мои щеки, с силой, будто наказывая за такую оплошность, обжигая. Такая оплошность непростительна. А и ладно, я ему и не скажу, что протаскала весь день ключ у себя. Скажу, что выполнила все как следует. Он и не узнает, ведь? Оглянувшись на весь небольшой двор, прилегающий к многоэтажке, я успокоилась. Ничего похожего на темно-синий драндулет Саске, именуемый Маздой, не было. Это и хорошо. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Самовнушение, если честно, хорошая штука. Внушит то, что было и то, чего не было, но суждено было свершиться. Я усмехнулась, глядя на связку блестящих кусков металла сверху вниз и шаркая ногами, я направилась к двери, вновь насвистывая себе веселенькую мелодию, поднимая шкалу собственного настроения. Дверь довольно-таки быстро поддалась и я без особых усилий открыла ее, проходя в глубь темнящей тиши и веющей холодом площадки. Торопливым шагом дошла до лифта и нажав на кнопку, стала ждать, когда средство передвижения по этажам наконец приедет. Оно и не заставило себя долго ждать. Я быстро зашла в кабинку и нажав на кнопку с заветной цифрой, прислонилась к матовой поверхности лифта спиной, ожидая выхода. Подняв голову, я уставилась на потолок, изучая свое отражение в зеркальном потолке. Какой лопух придумал в лифте потолок сделать зеркальным? Так же можно и инфаркт получить, будучи весьма неуравновешенным психом. Когда лифт остановился и издал какой-то истошный сигнал о том, что приехали, я быстро выскочила из кабинки, когда двери только-только стали открываться. Нет, ну не мазохистка ли? Звеня ключами, я подошла к нужной двери и быстро вставив ключ в замочную скважину, несколько раз повернула его и открыв дверь, вошла, на ходу разуваясь. Закинув кеды куда-то подальше, я потянулась и пошла бесцельно шастать по квартире, ибо делать мне было нечего, а времени было еще много. Часы, стоящие в гостиной восемь раз пропиликали, оповещая о девяти часах вечера. Пять часов, даже чуть меньше пяти часов, я ничего не делала, просто бес толку слонялась по квартире, надеясь найти чем для себя занятие, хотя бы на пару часов. Однако, ничего такого интересного, что могло меня заинтересовать не было и я с глупым выражением лица сидела на диване в гостиной, крепко прижимала к себе его подушку и безучастно смотрела на небольшой ноутбук, что стоял на журнальном столике, который в свою очередь находился подле дивана. И как его, интересно, я не смогла заметить в первый раз, когда побывала в этой гостиной? Не знаю... У меня даже возникала мысль, чтобы взять и позвонить Саске. Мобильный его, как никак у меня был. Хотя, подумав немного я пришла к выводу, что более безрассудного поступка я придумать не могла. Ну, вот, позвоню я ему и что дальше? Буду просто молчать в трубку, сопеть и слушать, как он психует? А ведь, на мобильном есть определитель номера... Черт, какая-же я дуреха. Наивная дуреха. И вот сейчас, сидя в кромешной темноте с переведенным в ждущий режим ноутбуком, я порывалась включить его и посмотреть то, чего меня долгое время мучило. А именно толкование снов. Хочу узнать, что означает мой кошмарный сон. Хочу узнать и больше не мучаться. Эх, ладно. -Делаем глубокий вдох-выдох и включаем ноутбук, - тихо пробормотала я, выпуская из своих крепких и цепких объятий измученную подушку. Приблизившись к небольшому компьютеру, я аккуратно нажала на кнопку питания, которую кое-как для углядела, и стала ждать, пока компьютер полностью загрузится и можно начать пытаться выйти в мировую сеть. С минуту ожидая, когда операционная система выведет на рабочий стол все что надо, я нажала щелчком мыши на небольшой значок в виде строчной буквы «е» и стала ждать когда страница загрузится. -Не думала, что это так просто, - произнесла я, с удивлением отмечая, что на его компьютере главная страница переведена на информационно-поисковую систему Google и мне еще проще. Осталось только найти нужные толкования сонников. Поочередно вводя в поисковик нужные мне термины и читая их пояснение, я все больше и больше удивлялась. Не ожидала я такого поворота. Совсем не ожидала. Наблюдать чью-то смерть — наблюдавший человек будет жить долго. Если умирающий неизвестен, то сон говорит о ваших философских размышлениях и о том, что пришло время задуматься о смысле жизни. Поезд — Этот образ может быть связан с желанием социального успеха и с беспокойством, что этот успех возможен только в случае посторонней помощи. Это предупреждение: вы подчиняетесь внешнему воздействию и это негативно влияет на вашу жизнь; новость. Молодые девушки во сне — предвестие пробуждения неких новых чувств; надежды реализуются. Переписав на чистый лист бумаги все, что мне удалось найти, я с чувством выполненного долга, перевела ноутбук в ждущий режим, вернула его на то самое место, откуда взяла и для пущей убедительности даже пылинки сдула. Даже и не скажешь, пользовался кто-нибудь ноутбуком или же нет. Взяв лист, я вышла на лоджию. Чисто чтобы подышать и пораскинуть мозгами. Нужно как можно точнее собрать воедино эти толкования, чтобы понять смысл сна. Чтобы разобраться и больше не думать о сне, как о чем-то глобальном. Облокотившись подбородком на сцепленные в замок руки, я устало вздохнула и открыла глаза, безо всякого интереса смотря вдаль, наблюдая за вечереющим городом, за живописными загорающимися время от времени вывесками на некоторых многоэтажках. Оторвавшись от пейзажей, я посмотрела на белый лист и в сотый раз, простонала от безысходности. Я не знаю, как можно объединить эти пояснения в одно целое, чтобы понять суть сна. Не понимаю. Ничего в голову не приходит. Такое ощущение, что кто-то специально временно заблокировал мою соображалку. Уронив голову на руки, я обреченно вздохнула свежий воздух и еще раз кинув опечаленный взгляд на яркие огни, ушла с лоджии, чувствуя, как вновь нехорошее чувство затаилось в душе. Ворочаясь в постели и сбивая подушки с одеялами, я вновь видела тот ужасающий сон. Вновь я видела ее глаза, наполненные не только презрением ко мне, но и неподдельным страхом. Что-то определённо случится. Не сегодня-завтра. Но случится. Я чувствую. -Вы слышали, что случилось? Это было ужасно! - тихо прошептала немолодая женщина, стоя около главных ворот школы «Yudzi» и печально улыбаясь, закрыла руками лицо, чтобы не видно было слез, - Кошмар! -До сих пор не верится что такое могло произойти с учениками этой школы, - в пол голоса проговорила рядом стоящая женщина, утирая бумажным платочком слезы и пытаясь через силу улыбаться проходящим мимо ученикам, - говорят, они такими молодцами были. Просто немыслимо это. -Да и вправду. Что же будет с их родителями? Это надо же так быть то, - печально произнесла женщина со стрижкой под карэ, и еще что-то прошептав себе под нос, двинулась вперед, стирая с щек горькие слезы отчаяния, - удачи вам. Берегите себя. Дай бог вам здоровья. -Вам того же, - не сдвинувшись с места, прошелестела другая и помахала ей рукой, вновь смотря печальным взглядом куда-то вперед, на фасад здания. Став случайным свидетелем этого разговора, я с несколько минут простояла в нерешительности перед воротами, слушая тихие всхлипы женщины и обдумывая сложившуюся сейчас ситуацию, стоит ли идти ли дальше? Что же тут могло произойти за каких-то двенадцать часов, пока меня не было? Пока я шла по каменистой дороге к зданию школы никого не встретила на своем пути. А обычно, это место просто заполонено учениками, обычно встречающихся здесь со своими друзьями и уже в в компании направляясь в класс, на . {censored} атмосфера, царящая на улице, подавленные женщины, без конца ревущие у ворот, странноватый запах, витающий в воздухе. Что тут черт возьми случилось? Что, кого-то убили? Я усмехнулась и бодро зашагала по асфальтовой дорожке, понимая всю абсурдность своих мыслей. Ну кто тут мог кого-нибудь убить? Учителя? Да они и мухи не смогут обидеть, особенно тот, чье имя Орочимару. Ему, вообще по душе змеи. Ученики? Это конечно возможно, но маловероятно. Да что я себя все накручиваю? Ничего тут не произошло. Просто, очередной розыгрыш Дженифер. Когда я вошла в здание школы, то крайне удивилась такой тишине и гнетущей обстановке, в воздухе витало напряжение и как будто тут побывала сама смерть, а коридоры были почти пусты. Исключением была лишь какая-то старушонка, с маской на лице и одиноко моющая полы. Заметив меня, она остановилась и покачав головой, грустно что-то пробормотала себе под нос, отчего я ее совсем не расслышала. -Извините, а сегодня занятия будут? - поинтересовалась я, чувствуя как по спине пробежались куча, если не стадо мурашек. Она посмотрела на меня и горестно опустив руки, начала: -Такое горе, такое горе в школе произошло, а ты про учебу говоришь, - ее руки слегка затряслись, однако она быстро успокоилась, взяв себя в руки, и осипшим голосом продолжила — Не до нее сейчас, не до нее. -Что? - не поверила я своим ушам и поежилась под ее скептическим взглядом, - Что тут произошло? -На заднем дворе школы взорвались какие-то химикаты, - заговорщическим тоном, прошушукала она. -Химикаты? - переспросила я и удивленно покосилась на нее, мол, вы думаете что говорите, какие тут могут быть химикаты? Это же общеобразовательное учреждение. -Да, да. Химикаты, - подтвердила свои слова пожилая женщина и, поправив свою маску, продолжила мыть пол, во всю игнорируя мой озадаченный вид. -И все? Просто взорвались какие-то химикаты и ничего более? -Нет, - произнесла она более чем внятно, но из-за ее маски на лице, я еле-еле расслышала ее слова, - Погиб подросток, и девушка еще какая-то получила серьезные ожоги и впала в кому . Ох, как жаль парнишу. Хорошим он был, хорошим. А девушка то, хоть и стервой была, но все равно жаль ее. Эх. -Так вот что произошло, - под себе пробормотала я, смотря пол, чувствуя как самые неприятные предчувствия снова обуревали меня, - А что тогда мне делать? Она взглянула на меня, как на полоумную и махнув рукой, произнесла: -Вчера после того как Хиаши-сама узнал о трагедии, он временно распустил весь персонал учителей, а ученикам устроил внеплановые каникулы, ссылаясь на то, что тут опасно находится. Мало ли, получить излучение возможно даже сейчас. Хоть и были проведены все специальные меры по очищению здания от возможного заражения, но перестраховаться он решил именно так. Как никак, химикаты. После своей долгой речи, она неприятно поморщилась и проскрежетав вставными челюстями, сплюнула в ведро. -Понятно, - грустно проговорила я, - Спасибо, что разъяснили все. И развернувшись, я медленно побрела по пустующим коридором к выходу, стараясь не дышать и оставляя старушонку одну наедине со своими обязанностями. Выйдя из школы, я уселась бордюр лестницы и облокотившись руками на прохладную поверхность керамической лестницы, уставилась на наливающееся свинцом небо. Почему же черт возьми, меня эта трагедия не касается ни коим местом, но на душе так плохо и что-то гложет внутри? А я даже не спросила у нее, с кем это произошло. Может быть вернуться к старушке и уточнить, чтобы вообще больше не париться по этому поводу? Да, так и сделаю. Только я собралась вставать со ступенек и снова идти в здание, как меня какой-то хмырь схватил за запястье и развернул к себе лицом. Увидев какого-то здорового мужика, в большой шляпе и длинном плаще, я озадаченным взглядом прошлась по его фигуре и удивленно выгнула правую бровь. -Вы Макото Шидзиятоши? Его голос был просто омерзительным для слуха. Прокуренный, неприятный на слух, не вселяющий какого-либо доверия. -Ну да, - осторожно кивнула я, перед этим предусмотрительно помотав головой по сторонам, чтобы убедиться, что этот мужик обращается именно ко мне, а не к кому-нибудь другому, - что вам надо? -Вы не будете против проехаться в полицейский участок? Мне надо задать вам парочку вопросов, - прохрипел он, снимая шляпу и одновременно с этим доставая из потайного кармана плаща корки и чуть ли не в нос тыкая их мне. По телу пробежался озноб, руки задрожали, а глаза стали бегать то по этому мужику, то по пустой улице, ища спасения от него. -Н-но я не совершеннолетняя, - попыталась возмутится я дрожащим голосом, но мужик злобно зыкнув на меня, заставил замолчать, покорно покивать головой и следовать за ним в местный участок, где мне предстояло пробыть по меньшей мере несколько часов, а может и дольше. Страшно. Полицейский участок, куда привел меня тот сердобольный мужик, был не в самом лучшем виде. Ну как сказать привел, просто взял за шкирку как нашкодившего щенка и потащил за собой. А все из-за чего? Из-за того, что я попыталась дать деру. Ну не нравится мне этот мужик, смотрящий на меня так, свысока. -Имя, - произнес другой мужик, но уже поменьше, который сидел за столом в коридоре и записывал мои данные в какую-то папку грязно-бежевого цвета. Ей богу, такое ощущение, что я тут так, проходом, на нары. -Макото, - побоявшись посмотреть ему в глаза, проговорила я, теребя край сумки и украдкой смотря, как он записывает данные и на полях вырисовывает какие-то рюшечки. -Фамилия, - не поднимая своего тяжелого взгляда на меня, громко сказал он, - ну же, шевели мозгами, курица. Фамилия, мне нужна твоя фамилия. Я чуть ли не задохнулась от внутреннего возмущения. Какая я к черту курица? Вот ты мужлан неотесанный и я же молчу? -Шидзиятоши, - сквозь крепко сжатые зубы прошипела я, яростно посматривая на его косую физиономию. -Какие все нервные, - под нос прощебетал он, выводя буквы моей фамилии, - Год, дата рождения. -24 июля, - отвернувшись от него в другую сторону, пробурчала я, - Лет семнадцать. В коридоре, где мы находились повисло минутное молчание, но для меня это был уже рай. Однако эти минуты райского наслаждения нарушало утробное сопение этого мужика. -Вот подписывай здесь и иди к Рою Намаши, кабинет 7, он тебя уже ждет, - произнес назвавший меня курицей мужик, и сунул в руки какой-то лист с распиской, в которой говорилось о каких-то мерах наказания, если показания данные мной будут ложными. Наспех расписавшись, я швырнула этот гребанный лист мужику и с прямой спиной пошла в указанный им кабинет. Необдуманно я однако поступила, не прочитав саму суть расписки. Ну да ладно. -Нервная какая-то, - тихо ругнулся коп, - прям обострение весеннее какое-то. -Проходи и присаживайся, - громко произнес мужик, спокойно сидя в кресле и подписывая какие-то бумаг, и исподлобья смотря на меня. Я прошла к его столу и уселась на маленький диванчик, специально приготовленный для допрашиваемых, и стала дожидаться расспроса, нервно оглядываясь по сторонам и крепко вцепившись в подлокотник дивана. Спустя минут двадцать, он аккуратно отложил ручку и подписанные бумаги, и снова глянув на меня, сцепил руки в замок и облокотился на них подбородком. -Ну? - произнес он немного хрипя и выжидающе смотря на меня, будто я что-то знаю. -Что ну? - удивленно поинтересовалась я, стараясь взять себя в руки и расслабиться. Однако, под его тяжелым взглядом это не очень то и получалось, от его взгляда наоборот становилось хуже и панический страх постепенно одолевал меня. -Рассказывай все как есть. Я склонив голову и закрыв глаза, устало вздохнула: -Что мне рассказывать? Я вообще не при делах. Ничего не знаю, ничего не видела. И вообще о трагедии узнала только сегодня. Даже и не знаю, кто пострадал, - довольно-таки в спокойной интонации, без всяких нервов проговорила я, сама по сути себе удивляясь. -Думаю, ты должна знать об этом, раз я тебя решил расспросить о двух личностях, с которыми ты наверняка знакома, - пробормотал полицейский и встал с насиженного места, подошел к окну и уставившись в него, продолжил, - Постараюсь объяснить все как можно ясно. Так вот. Вчера, примерно в шесть вечера произошел маленький бытовой взрыв из-за того, что непогашенная спичка оказалась в бочке, на дне которой находились химикаты, довольно неопасные химикаты, но урон все же есть. Так вот, химикаты на заднем дворе школы взорвались и двое подростков, которые в это время там находились, пострадали. Ну как пострадали? Один скончался на месте из-за полученных ожогов, а другой, точнее другая впала в кому. -И зачем вы мне это рассказываете? - осведомилась я, выпрямляя спину и снова падая на мягкую оббивку дивана. -Затем, что погибшего молодого человека звали Аой Насора, а девушка получившая серьезнейшие ожоги II степени и впавшая в кому, Дженифер Грин, ваша сводная сестра, - на одном дыхании почти проорал мужик, чуть ли не дергая на себе волосы от безысходности. Только я хотела сказать какую-нибудь едкую колкость насчет того, что не знаю этих двух, как сразу в ужасе замолчала, предварительно закрыв рот ладонью. Слезы, обжигающими струйками потекли по щекам, одна за другой. Как погиб? Как впала в кому? Вот только вчера видела Аоя, говорила с ним, даже улыбалась, будучи находясь в его обществе, и вот сегодня уже нет. Только вчера видела Дженифер, мило улыбающуюся своим подружкам, преподавателям. И вот, ее почти нету. Почему почти? Да потому что, шанса на то, что Джен выкарабкается из оков комы, нет. Вероятность настолько мала, что остается лишь посочувствовать Аннет, Роберту, многочисленным подружкам Джен и...Себе? А на кой черт мне себе сочувствовать? Если подумать, то я желала ей несчастья за то, что она так была ко мне «добра». Ненавидела ее, но скрывала в себе эти чувства. Но я не ожидала, что это все может случится всерьез. Я не знала, не понимала, чего желала. Я не отдавала себе отсчета. Это недоразумение. Я... Я не виновата... Мне страшно. Я прикрыла ладонью рот и беззвучно зарыдала, давясь собственными слезами и чувствуя, как вина съедает меня изнутри. Я, я виновата. Я сглазила, я не дала ей нормальной возможности пожить. Я. Все я виновата. -Вот выпей, - мягко сказал полицейский, подавая мне в руки стакан с чистой холодной водой и таблетку какую-то, кажется это был пустырник. Выхватив из рук стакан и совершенно не обращая внимания на его озабоченное лицо, я залпом осушила стакан и сжав его в руках, уставилась в одну единственную точку на полу, слегка покачиваясь из стороны в сторону, будто контуженная. -Как ты? Я подняла голову и заплаканными глазами посмотрела на него. -Как я? - безумно улыбнувшись, прошептала я и закрыв глаза, приложила все еще холодных стакан ко лбу, охлаждаясь понемногу, -Прекрасно, знаете ли. Прекрасно. -Давай без издевок, - прошелестел он, - Меня, кстати, зовут Рой Намаши. -Я знаю, мне тот дядька сказал, - сглотнув очередной подступающий комок слез, утвердительно кивнула я, - Я Мато, - всхлипывая, сказала я и выхватив из его рук платок, который он хотел дать мне, высморкалась - Рой-сан, Простите. -Ничего, понимаю, - он улыбнулся и его глаза приобрели какой-то огонек, внезапно загоревшийся, но лишь на мгновение, потом его лицо вновь стало непроницаемым, — Значит, ты вообще ничего полезного не знаешь? Я безучастно вздохнула и виновато посмотрев на него, отрицательно покачала головой. -Нет не знаю, простите. Он нахмурившись, кивнул: -Хорошо, можешь идти, - он отвернулся к окну, - На выходе только распишись у дежурного и можешь идти. -И все? - уточнила я, внимательно разглядывая спину полицейского Намаши, и получив положительный кивок, на цыпочках потопала к выходу, однако остановилась и развернувшись в пол оборота, спросила, - А можно мне позвонить кое-кому? Заметив его недоумевающий взгляд, я протестующе замахала руками: -Нет, нет, нет, просто я боюсь одна домой возвращаться. Стемнело уже, пока вы меня допрашивали. Выгнув правую брось, он с минуту соображал, но убедившись, что на самом деле стемнело, кивнул на телефон и вышел со словами: -Можешь не торопиться. -Спасибо, - вдогонку ему крикнула я, и стала рыскать в сумке в поиске того заветного листочка, на котором написан телефон Саске. Быстро найдя его, я поднесла трубку к {censored} приложив его к нему, стала медленно, чтобы не ошибиться, набирать номер. Набрав нужные цифры, я присела на краешек кресла и стала ждать, когда Саске возьмет трубку. -Ну, возьми же, - шептала я вполголоса, раскачиваясь на стуле и ожидая ответа, и спустя несколько гудков, я услышала сонный, но жутко недовольный голос Саске, который тихо и невнятно что-то пробормотал в трубку. -Саске? -Мм, - судя по его голосу, по тому, что голос стал отчетливей, он поднес трубку к уху, - Кто это? -Это я, Макото, - чувствуя, как щеки наливаются пунцовым румянцем, - Извини, я беспокою тебя... -Что-то случилось? - его сонный и недовольный голос в миг преобразился до неузнаваемости, отчего я даже растерялась. -Да нет...Я эмммм....Понимаю...что ты сейчас....занят....- я перешла почти на шепот, - Но...Ты...Эм... -Макото, ты сейчас где? - напрямик спросил он, когда услышал в моем голосе резкие перемены тембра голоса, - Говори. -Я...В полицейском участке... -Где? - озадаченно произнес он, задумчивым голосом, - В полицейской участке? Что ты там забыла? -Да в школе....произошла трагедия, ээ...ну и меня допросили и все, - повеселев от такого проявления заботы с его стороны, промычала я, - И я хотелааа.... -Я сейчас приду, - довольно четко и громко произнес он, хлопнув какой-то дверью и сбросил звонок. Осталось дождаться его и все. Он приедет и все будет просто чики-пуки. -Рой-сан, спасибо, что разрешили позвонить, - усердно стараясь не смотреть на копа, назвавшего меня курицей, пробормотала я, склонив голову в бок, в благодарном кивке. -Не за что, Макото, - монотонно произнес полицейский Намаши и повернувшись ко мне лицом, подозвал к себе, всучая в руки какой-то документ, - подпиши его и можешь идти ждать своего парня. -Он не мой парень, - сконфуженно изрекла я, занавешивая волосами лицо, чтобы не так видно было смущение, в миг охватившее меня. Пробежавшись глазами по документу, свидетельствовавший о том, что я прошла допрос с прочей ахинеей, я расписалась и попрощавшись с Намаши и мужланом неотесанным, я поспешила к выходу из участка. Улица встретила меня с распростертыми объятиями тишины и приятными колыханиями воздуха. Ночные фонари уже потихоньку зажигались, озаряя уличные просторы тусклым светом. На улице было прохладно и я поежившись, присела на недалеко стоящую от этого гадюшника скамейку и стала ожидать прихода Саске, который вот-вот должен придти. Облокотившись спиной на скамейку, я уставилась на ночное небо, усеянное маленькими и горящими звездочками. Я даже не заметила, как Саске пришел, сел на скамейку и накинул на плечи свою ветровку, вот как была увлечена небом и раздумьями. -И ты не замерзла? - ухмыляясь поинтересовался он, сложив руки под грудью и устремив свой взгляд на меня. Повернувшись к нему лицом, я улыбнулась и закутавшись в его олимпийку потеплее, встала на ноги, ожидая его. Он поднялся следом за мной, и засунув руки в карманы побрел вперед, оставляя меня одну. Растерявшись на мгновение, я осталась стоять на месте, однако заметив его выжидающий взгляд, побежала за ним. -Так что стряслось? - помолчав некоторое время, осведомился Саске, непрерывно глядя вперед. Я шмыгнув носом, стала утирать рукавом набегающие слезы: -Да в школе произошел небольшой взрыв на заднем дворе из-за чего Аой, мой друг, погиб, а Дженифер, сводная сестра впала в кому, - не выдержав, я остановилась и сев на корточки, тихо заревела. Вот только только успокоилась и забыла о их судьбе, как он напомнил мне об этом и я опять разревелась. Разревелась на его глазах. Как убого. Ведь я даже не хотела показывать ему своих слез, хотела, чтобы считал меня сильной морально. Но, оказывается, я слабая не только физически, но и морально, ничтожество. -Успокойся, - властно проговорил Саске, возвышаясь надо мной, - Прекрати реветь. -Н-не могу, - наоборот, тихо, прошептала я, глотая слезы, - Я боюсь...Мне страшно... Саске обреченно вздохнул и одним движением схватив меня за локоть, привлек к себе, крепко прижимая к своему телу. Обняв меня за плечи, он рукой стал поглаживать меня по голове, что-то тихо, почти неслышно шепча мне. А я, крепко прижимаясь к его стану, бездействовала. Разве что слушала равномерный стук его сердца. Так приятно слушать ритм сердца любимого человека. -Прости, - отстранившись от него, отстранено прошелестела я, в упор пряча свои глаза и с понуренной головой двинулась вперед, спотыкаясь на каждому шагу, но потом обернувшись я ему улыбнулась и вопросила: -Ты чего встал? Он усмехнулся и быстро нагнал меня, при этом рукой схватив за локоть и соскользнув по длине всего запястья, переплел свои пальцы с моими, крепко сжимая их, словно говоря этим действием, я рядом. А что я? Я чувствую себя влюбленной дурочкой, которой такой обычный жест просто-напросто вскружил голову...