Horan, are You Kiddin' Me?

One Direction — Donʼt Forget Where You Belong

POV Джеки Я проснулась с утра с ощущением давящей недосказанности в душе. Перезвонить ему? Тогда я хотя бы не буду строить ложных надежд и моя кровать перестанет неистово скрипеть по ночам, от того, что я не сплю, думая о нем. Его губах, руках, глазах. О Нем. На голове бардак, из рук все валится, отчеты не клеются, мозги упорно отказываются работать, а внутри все трясется от страха, что он приедет просто так или чтобы отшить меня. Мне ведь всегда абсолютно индифферентно, что люди обо мне думают, как относятся ко мне, нравлюсь я им или нет, меня это не изменит. Что ж меня в этот раз так коробит? В ту ночь, когда Найл меня подобрал, я окончательно убедилась в мерзопакостности своих коллег мужского пола. Эта сволочь так хорошо разукрасил меня, окончательно убедив в несправедливости жизни, что стащить нож у него с кухонного стола с самым честным намерением, не составило труда. А главное — некому было меня остановить. В общем, поверьте, если бы не Найл, у меня была бы веская причина для самоубийства. Не надо смотреть в прошлое. Живи сегодняшним днем. Основный принцип — как пойдет. Наспех позавтракав, я помчалась на работу буквально на пару часов — надо отдать бумаги, которые требовал от меня вчера Стейн и сделать еще пару мелочей. После того, как позвонил этот Хоран, душевным равновесием и не пахло, так что я сделала самое необходимое и благополучно свалила домой, сославшись начальнику по секрету на жесткое ПМС. Мда. Хоть он и бросил на меня сомнительный взгляд из-под воистину исполинских бровей как у Ли Пейса, посмотрев внимательно на мои круги под глазами, сказал мягко, что отгул мне не помешает. Все его вчерашние ухищрения и поручения по личным делам были выполнены, а мои бедные нервы, или их остатки, вконец истерзаны. Я поплелась домой. Телефон. Наушники. Метро. Надо взять себя в руки и позвонить ему. Однако, руки жестко тряслись, а пальцы упорно не хотели вставлять ключ в замок. Господи…пить надо меньше. С невероятным трудом открыв наконец дверь, я зашла внутрь квартиры и шумно выдохнула, прислонившись спиной к закрытой двери. Телефон, лежащий передо мной на обувнице, как будто откровенно смеялся и сверлил меня взглядом. От этого душу охватило чувство, чертовски близкое к панике. Я бы даже так его и назвала, если бы не истерзанные струны моей души… Около часа я маялась, не в силах даже заварить себе кофе, чтобы взбодриться, хоть уже и день. — Дыши, дыши, дыши, дыши, как говорила Чемберлин, дыши, глубже дыши, — уговаривала себя я, все еще опасливо поглядывая на угрожающе молчавшее устройство для связи. — Черт возьми, ее советы никогда не помогают, я ж родила уже! Соберись уже, тряпка! — я психанула и набрала этот злосчастный номер. — Не бери трубку. Не бери трубку. Не бери трубку, — шептала я и грызла нервно ноготь. — Алло, — услышала я. фак. — Привет, — в горле окончательно пересохло. — Джеки? — голос парня был удивленным и, я бы сказала, даже радостным. — Да. Слушай, Найл, давай встретимся там и когда тебе удобно, потому что у меня сегодня весь день свободен и я легко могу подстроиться под твои планы, — уже что-то. — Хорошо. Ты одна дома? Что за вопрос? — Ну, если не считать монстра, который живет у меня под кроватью, шизофрении и разбитых мечт, то, конечно, я одна, — в таком состоянии, это очень неплохо. Хоран тихо рассмеялся, от самого звука хотелось запрыгнуть на ту сторону телефона и обнять его, что ль, покрепче… Он замолчал и вздохнул немного напряженно. — Джеки? — Да? — я ща умру просто. — Открой дверь. — Эм, какую? У меня в квартире дверей, как собак нерезаных. — Входную, — терпеливо сказал парень. Не убирая телефон от уха, я подошла к порогу. Черт, почему так страшно? Давай, Джеки. Это же просто…он, наверное. Петли заскрипели, и передо мной предстал все тот же светлый идеальный, но немного похудевший и осунувшийся Найл Джеймс Хоран. Эта улыбка, голубо-небесные глаза, в которых всегда плескались весело-пошлые искорки нахальства. Обожаю. — Привет, — выдавил он. — Так вроде уже здоровались, — я была бы не я, если бы не съязвила, прислонившись спокойно к косяку. Он усмехнулся. — Как ты вообще тут оказался? — Не все ли равно? — блондин зашел и крепко обнял меня, зарываясь носом в мое плечо. Ах ты, сука, как же я скучала… Обняв его в ответ, я не смогла сдержать нервный смех. — Хоран, ты хоть понимаешь, насколько абсурдно то, что ты делаешь? — вдребезги разбив собственную логику и не дав ему даже слова вставить, я припала к губам парня. Такие восхитительные его губы, заставили меня почти сразу же почувствовать, как желудок упал в пятки. Я судорожно выдохнула, и, встав на цыпочки, начала дразнить его. Его дыхание. Горячее, свежее, мягкое. Одно у нас с ним на двоих. Я обвила его шею руками, уже предчувствуя новый порыв головокружительных поцелуев, как вдруг… Раздалось деликатное покашливание. Найл округлил глаза до невозможности и ударил себя по лбу. Заглянув ему за спину, я увидела, не поверите… — Лиам Пейн? Нет, Найл, ты честно? — Он сам. — А я что? Я ничего. Я тут стою, просто стенку подпираю. Не обращайте внимания, — Лиам заложил руки за спину и пошаркал ножкой, тихо насвистывая. — Стесняюсь спросить, какого хрена ты тут делаешь? — Найл вопросительно вскинул брови. — Друг, — кареглазый положил ирландцу руку на плечо, — смирись, и пойми наконец, что меня тут просто нет. Я прозрачный, точнее. Считай, я — тень, — он рассудительно кивнул, глядя на друга, у которого, казалось, скоро пар из ушей пойдет. — Вот какого тебе жить без тени? Ты ж без нее пустое место. Хоран поднял руку и с трудом удержался, чтобы не дать Пейну по башке. — Убью. — Пардон, сударь, я думала мы одни, — я отстранилась от блондина и развела руками с ощущением, что пол подо мной плавится от смущения. — Видимо, Найл тоже так думал, — Пейн кинул боязливый взгляд на друга и сделал шаг назад. Я протянула брюнету руку. Ну и открытие. — Жаклин ОʼШер. Или просто Джеки. Парень галантно поцеловал мою руку и мягко усмехнулся: — Да, я наслышан, — захихикал он, глянув на Хорана, который в данный момент лишь испепелял друга взглядом, полным негодования. — Видела бы ты, как я его волоком из аэропорта тащил. Думал, придется везти его не сюда, а больницу — пришивать оторванную руку. — Лиам, — выразительно заткнул его Найл. — Да уж, я представляю, — ответила я, радуясь, что не мне одной было так стремно перед этим. — Как бы там ни было, парни, этикет еще никто не отменял. Прошу. Чаю, господа? — Благодарю, мадам, не откажемся, — включился блондин и хитро улыбнулся, играя бровями. Я зашла в квартиру и пригласила ребят зайти жестом. Мы зашли на кухню, и Пейн вдруг меня остановил и сказал: — Нет нет, садись, пожалуйста. Я разберусь. — Точно? Может, тебе подсказать, что где стоит, а? — Не-а. Все норм. Мы с Найлом тихо сели за стол, освещенный ясным летним солнцем, выжидающе улыбнулись и посмотрели друг на друга. — Как себя чувствуешь? Как рука? — он взволнован. Хм, просто до боли в груди приятно. Я прочистила горло и поправила таки челку как всегда. Нервно улыбнувшись, ответила: — Эм. Да все нормально вроде…но могло быть и лучше, — на языке вертелось «если бы ты не сбежал». Руки чесались от небольшой неловкости. Хоран благополучно забил на мое смущение, видимо убеждая себя, что в этом нет его вины, и взял осторожно мою правую руку в свою ладонь. Эти шершавые пальцы…услышать бы хоть раз вживую, как они играют на гитаре или делают что-нибудь поинтереснее. Прогнав заманчивые мысли из головы, я сосредоточилась на лице парня. Он провел подушечками по тонкому длинному шраму, так портившему общую картину моего тела. Несмотря на это, я гордилась им, если честно. Что-то памятное есть… Вдруг голубоглазый хитрюга резко потянул меня за запястье и поцеловал снова легко и нежно. Я не хотела отпускать его. Потянувшись немного вперед, вслед за его губами, я поняла, что осталась в том самом глупом положении, как Найл в то утро, когда я играла у него на нервах. В глазах его плясали чертята. — Ах ты… — Месть, отныне — блюдо, которое подают чертовски горячим, — и да, мать мою налево, следующий поцелуй был горячей некуда. Закатив глаза от удовольствия и тихо застонав, я откинулась на стул. Внезапно перед нами были поставлены две громадные чашки с прекрасно дымящимся, ароматным чаем. Я повернулась, чтобы посмотреть на Лиама и умиленно сказала: — Оу-у, Лиам, как это мило… Шикарный брюнет с честными добрыми глазами выглядел просто отпадно в домашнем розовом фартучке отпетой домохозяйки. — Я завидую твоей девушке… — я внимательно наблюдала за Найлом в этот момент. — Чувствую, Лиам, ты — шикарная домашняя курица. — Было бы, кому завидовать, — усмехнулся брюнет, разворачиваясь обратно к плите. — Почему? — Форевер сингл, ахах, — Пейн показал мне peace и улыбнулся. — Ах, вот оно что. Жалко, что у такого мужчины до сих пор нет любимой девушки. Ему нужен кто-нибудь сумасшедший, у кого давно крыша едет. — На твоем месте, я бы не завидовал его девушке, даже учитывая, что таковой не имеется. Повар из него — что надо, однако, как-то раз на День Благодарения он вместо индейки приготовил хренову тучу курицы — вот это было угарно. Лиам скорчил обиженную мордочку, и я поняла, что мы с ним однозначно подружимся. — Столько времени прошло, а ты мне все этот прокол забыть не можешь. Кареглазый поставил третью чашку и сел рядом со мной, довольно выдохнув. Следующие полчаса мы проболтали весело о всякой ерунде. Парни рассказывали мне о Лос-Анджелесе, моделях, знаменитостях, красных дорожках в Лондоне, как они получили BRITʼS 2016, о красивых парах, шампанском, звездах и о жизни, похожей на мечту. Делились самыми свежими сплетнями шоу-бизнеса. Я им рассказывала о скучной жизни в Дублине и забавных историях с моим боссом. Подколы, пошлые шутки, намеки Найла, здравые рассуждения и забавные выпендрежи Лиама составляли картину этого разговора. И, казалось, мы сто лет знакомы. Поверить не могу — на моей кухне сидят Найл Хоран и Лиам Пейн собственной персоной и развязно болтают. Вскоре брюнет извинился, взглянув на воображаемые часы на руке, и сказал, что, к сожалению, вынужден нас покинуть. — Мне нужно быть на другом конце города через полчаса. Я обещал друзьям, раз уж приехал, заглянуть на пару часиков. — Ладно. — Пока, — Лиам попрощался с Найлом, поцеловал меня в щеку, не забыв вставить язвительное: — Джеки, верни мне его, пожалуйста, в целости и сохранности. Во всех смыслах. А то я его знаю — ввяжется, куда не надо, а мне потом разгребать. — Пока. Лиам. Не споткнись, — Найл чуть не пинками выгнал визжащего друга за дверь. Я рассмеялась, наблюдая за этим актом насилия. Как дети малые, честное слово. Лиам благополучно отчалил, а Хоран вернулся и сел за стол. Я испытующе посмотрела на него, прищурившись, и ждала, что он скажет. — Джеки, пойдем сегодня вечером в клуб. Я, конечно, абсолютно отстойно танцую, но там всегда есть, от кого защищать, — он сделал героическое лицо и закусил губу от старания. — Угу, интересно, — я довольно ухмыльнулась. — Познавательно, я бы сказал, — я лишь скептически изогнула бровь. — Ну да, видимо, Лиам тащил тебя волоком сюда от большой любви… — Я боялся того, что ты скажешь. Ведь, согласись, ты довольно непредсказуемая, — лицо блонди стало серьезным и немного напряженным. — Что есть, то есть, — я пожала плечами. — Не могу сказать, что мне это не нравится… Он настойчиво притянул меня к себе и последний раз чмокнул в губы, заставляя уголки моего рта расплыться в умиленную улыбку. Еще минут пятнадцать мы посидели, подкалывая друг друга. Потом блонди встал, кряхтя, и сказал, что зайдет за мной в девять вечера. — Красавица, у тебя хоть платье человеческое есть? — он скептически приподнял бровь. Я сложила руки на груди и возмущенно захлопала глазами, приоткрыв рот. Потянуло рассмеяться. Он явно меня недооценивает. — Не обижай меня. Я, конечно, окончательно рехнутая, но все-таки девушка. Поверь, тебе не будет стыдно за меня, — я подошла к нему, нежно провела носом по его шее, и прошептала, прикрыв глаза, — мой спаситель. — Ты меня смущаешь, — в глазах не было и тени смущения. Я проводила его до двери и, когда он развернулся, чтобы попрощаться, поправила воротник его джемпера, улыбнувшись. — Ровно в девять. — Как скажете, дорогая. *** Ничего интересней, чем просто короткое черное платье Ted Baker в облипку с рукавами три четверти и черные туфли, я не придумала. Уложив волосы в идеальном творческом беспорядке, я немного подкрасилась и критически посмотрела в большое зеркало. Представьте торчащие волосы Луи Томлинсона, только светлые. Тоналка — величайшее изобретение человечества. Факт. Я последний раз оглядела лицо вблизи и немного нахмурилась, обнаружив табун нелепых веснушек, вылезших недавно из-за солнца. Раздался звонок в дверь. Я открыла дверь, и Найл вошел внутрь. Оглядев его с головы до пят, я увидела на нем джинсы и простую рубашку, рукава которой нещадно подчеркивали его руки. Мама моя, иду на свидание с супер-звездой. Держите меня. Парень довольно взял меня под руку, и мы вышли из квартиры, закрыв дверь на ключ. Блондин усмехнулся и уткнулся носом мне в шею, вдыхая аромат духов. — Мне нравится. — Еще бы. Это «Bonheur». Двери лифта открылись со скрипом. Хоран положил немного холодную руку мне на шею сзади и улыбнулся, видя, как я вздрогнула от удовольствия. Когда парень подошел к машине, он открыл мне дверь, чтобы я села, а затем сел за руль. Через некоторое время мы были у входа в большой клуб, откуда доносилась громкая музыка. Хоран обворожительно улыбнулся и прошептал мне на ухо: — Там меня никто не знает. Я игриво закусила губу и прищурилась. Не буду строить из себя недотрогу. Мы зашли и подошли к барной стойке. Шумно, людно, в воздухе витает горький запах дыма. То, что было дальше можно описать так: безумие. Мы не сошли с ума, нет. Но были близки к этому. Громкая музыка, жаркие откровенные прикосновения, поцелуи, его язык на моих губах. Алкоголь. Страсть. Крышу сносит. Тесно. Влажно. Я извиваюсь развратно в его руках, прижимаюсь ближе пахом, кусаю шею Найла, слыша, как он уже стонет. Жарко. Невыносимо. — Хочу тебя, — говорит он мне в губы. Я не слышу из-за грохота и толпы, но чувствую как каждое слово отдается в сознании всплеском желания. ***

Zayn — TiO

Как в тумане, Хоран быстро повел за собой девушку к выходу. Быстро сев в машину, он улыбнулся Джеки и газанул со всей силы. Через десять минут они уже у входа. Они неистово целовались, сплетались языками с момента, как вышли из машины. Как только дверь в квартиру закрылась, Хоран, не прерывая сладких поцелуев, потащил Джеки в спальню и резко уложил ее на кровать, слыша возмущенный стон. Никого нет вокруг. И мир за окном будто замер. Только они. Одни. В этой комнате. *** Приятная боль разливалась по телам, оставляя прекрасное послевкусие и боль. Глубоко дыша, Найл уткнулся носом в плечо девушки и улыбнулся. — Ох, ты… — он улегся поудобнее и подарил ей целомудренный поцелуй. Та лишь устало улыбнулась и сказала, все еще пытаясь восстановить дыхание: — Гордись, я поняла, что только что испытала нечто. — Горжусь. Понравилось? — он заинтересованно нахмурился и посмотрел на нее этими небесными глазами. — Да. — Что ж, пожалуй, я просто счастлив, — он улыбнулся, погладил ее по животу. — Ты у нас как, занимаешься сексом без зазрений совести? Она задумчиво оттянула губу. — Да. Особенно с тобой. — Тогда, может, окончательно совратим этот бренный мир? В глазах блондинки загорелся огонек. — Хм, весело. Ну давай…