В поисках омеги

Настал день икс, ну, точнее, вечер. Только семь, а праздник в самом разгаре. Парочки ходят и держатся за руки, а более взрослые пары просто наслаждаются обществом друг друга. Все магазины зажглись яркими огнями, освещая улочки Киото. Слышен смех детей и шелест ткани. Вкусно пахнет цветами и чаем. Тецуя стоял у окна и смотрел на всю эту красоту с четвертого этажа. Кисе уже давно был на фестивале, а Куроко просто ждал. Брат тоже должен был быть уже там - и не один. Вот, в дверь позвонили, и омега, радостно улыбнувшись, побежал открывать. На пороге стоял прекрасный альфа. Алая юката делала его шире в плечах и будто прибавляла роста, золотой пояс крепко связывал ткань, не позволяя ей упасть и обнажить натренированное тело. — Ты выглядишь прекрасно, любимый, — интимно прошептал альфа, заключая омегу в объятья. Куроко покраснел и отвел взгляд, чуть отстраняясь и смотря на Акаши снизу вверх. Альфа улыбнулся и наклонился, крадя короткий поцелуй, заставляя Тецу еще сильнее покраснеть, но вопреки всему потянуться за еще одним поцелуем. Они все никак не могли оторваться друг от друга, наслаждаясь долгожданным теплом. Сейджуро все глубже и глубже вдыхал уже ставший родным запах сакуры. — Нам пора, — с сожалением прошептал Куроко и отстранился, чтобы закрыть квартиру. Акаши внимательно следил за движением его рук, положив острый подбородок на тонкое плечо. Перед тем, как уйти, Куроко окончательно проверил все замки и только потом уже убрал ключ в небольшой карман. На улице уже было небольшое столпотворение, но это не мешало нашим героям без спешки продвигаться в сторону площади, на которой, собственно, и должен был уже начаться праздник. Омега как маленький ребенок носился по всем палаткам, а Акаши только и оставалось следовать за ним и следить, чтобы он, не дай бог, не поранился нигде. — Подожди меня немного, — прошептал Сейджуро и куда-то ушел, оставляя Тецую стоять в сторонке, не привлекая лишнего внимания. Вернулся он строго через три минуты, не давая заскучать омеге. Сзади на его голову опустился венок из красных камелий, а на талию легли уверенные руки. В нос ударил знакомый запах, и Куроко смог спокойно расслабиться, ничего не боясь. — Он такой красивый, — сказал, улыбаясь, Тецуя. Он крутил небольшой венок в руках и вдыхал тонкий запах цветов. Взгляд упал на дорогие часы Акаши, и омега встрепенулся. — Ой, нам пора! Уже половина восьмого, а нам надо быть там к восьми. И Тайга-кун меня уже потерял… — И ничего он тебя не потерял. Вот, идет вместе с Дайки, — Акаши махнул головой на приближающуюся парочку, которая о чем-то опять спорила. При этом лицо Аомине выражало явное превосходство, а Кагами был красный, как рак. — Привет всем, что это на тебе, Тецуя? — спросил Кагами. Дайки без церемонно протянул руку и снял венок. Куроко обиженно насупился и кинулся отнимать. — Эй, это мое. Отдай! — Тецу пытался дотянуться, но Аомине поднял руку, не позволяя захватить предмет. Акаши надоел это цирк, и он, подойдя к другу, точным ударом выбил венок из рук и бережно одел на голову омеги. Куроко благодарно улыбнулся и юркнул под бок, устраиваясь в мягких объятиях. — Ооо, все понятно, — ехидно оскалившись, протянул Дайки и в тот же момент схватил не сопротивляющегося Тайгу в такие же крепкие объятия. Тот, конечно же, не был против, лишь сжал его руку в своей, переплетая пальцы. — Мне кажется, нам пора торопиться. Накано-сан не потерпит опозданий, — чуть прохладно сказал Куроко и потянул не сопротивляющегося Акаши в сторону площади, на которой громко играла музыка, а на сцене прыгала какая-то девчонка. Куроко уже успели толкнуть несколько раз, но Акаши хорошо спасал его, не позволяя чужим рукам трогать столь желанную омегу. Довольно часто к ним подбегали подростки и просили фото или автограф. Тецуя мило краснел, охал, но сразу соглашался. Было так приятно смотреть на его румянец… Сейджуро встрепенулся, прокашлялся и вновь притянул омегу в свои руки, не замечая чужие злые взгляды, никто их вообще-то не замечал. Вдруг, откуда ни возьмись, на Куроко налетел вихрь, в котором все могли разглядеть парня. — Ты где шляешься?! — гневно спросил он и сжал запястья Тецуи. Тот зашипел и оскалился. — Я что, должен оправдываться?! — прокричал в ответ Куроко, показывая свой характер. — Я жду тебя десять минут! А ты что? Обжимаешься с кем-то? — он выпрямился и отпустил Тецую, отойдя на полметра. — А тебе какая разница? — Что вообще происходит? Тецуя, кто это? — гневно спросил Акаши, оскалившись. — Это мой продюсер, — тяжко вздохнул омега. — Накано Ютака, приятно познакомиться, — подавая руку, явно не дружелюбно сказал Накано. — Взаимно, — с ненавистью и неприязнью сказал Сейджуро, пожимая руку, сдавливая в сильной хватке. Накано Ютака — 32 года. Работает в крупной корпорации и является продюсером Тетсуи. Именно с ним он заключил контракт. На самом деле, он очень хороший человек, но до ужаса пунктуален, поэтому не терпит никаких опозданий. Брюнет с темными глазами цвета хорошего виски, крепким телосложением и ростом среднестатистического японца. Сложно сказать, что ему нравится и чем увлекается, но у него действительно нюх на молодые таланты. Не говоря ничего, взяв под руку свою омегу, альфа гордо удалился в нужную сторону, замечая на себе недоуменные взгляды парочки и один прожигающий. Их вновь захлестнул гомон прохожих, а казалось, что на улице пусто и безлюдно. Через несколько минут их нагнали другие и присоединились, заводя непринужденный разговор. Ютака вытащил планшет из портфеля и принялся что-то показывать на нем омеге, тот, подозвав брата, стал о чем-то с ним спорить, но вскоре пришел к верному решению. Как оказалось, это был список песен, которые должен был исполнить омега за вечер. Всего шесть песен, но это были его лучшие хиты, на клипах которых было больше сорока миллионов просмотров. — Тецуя, это важный день для нас всех. Именно сегодня ты объявишь о выходе нового альбома и концерта в Токио. Все понятно? — Конечно, — кивнул тот, и они втроем ушли. Куроко напоследок чмокнул Акаши в щечку и убежал переодеваться в более удобную сценическую форму, ведь все-таки скакать перед зрителями в длинных одеждах неудобно. Солнце уже село, оставляя последние блики на ярких вывесках, позволяя жителям Киото перестать щуриться и спокойно вздохнуть, расслабляясь после яркого дня. На сцене зажглись прожекторы, погружая всю площадку в полумрак. Повалил дым, и под первые звуки на сцену вышел Тецуя. Свет софитов очень удачно обнимал его стройную фигуру, а темные джинсы с многочисленными дырками и потертостями придавали его образу загадочности. На черной футболке скалился волк, волосы были собраны на одну сторону, закрывая левый глаз. На голове венок, который он категорически отказывался снимать, и множество браслетов на руках. Весь этот вид предавал ему дерзости. Куроко открыто и чуть лукаво улыбался, в носу блестело маленькое колечко, которое отражало свет. — Привет всем! Для меня большая честь открывать этот вечер! Я безумно рад, что пригласили меня, и я рад видеть вас, мои дорогие фанаты, — громко говорил Тецуя в микрофон. Его слова и яркая улыбка только разогревали народ. Акаши и сам улыбался, смотря на своего парня. Он был таким красивым, в этих ярких лучах. Заиграла музыка и Куроко запел: Hey girl, open the walls Play with your dolls Weʼll be a perfect family When you walk away Is when we really play You donʼt hear me when I say Mom, please wake up Dadʼs with a slut And your son is smoking cannabis Он непринужденно шагал по сцене, со всех сторон подпевал бэк-вокал. Тецуя в такт песне жестикулировал, было видно, что он поет от самого сердца. Слова лились из его уст, открывая душу. Куроко закончил петь и ярко улыбнулся, слыша громкие крики, но его волновала лишь красная макушка дорогого человека. — Спасибо вам! — прокричал Тецуя, посылая воздушный поцелуй лишь ему… Вторая песня прошла так же хорошо. Народ разогрелся, выкрикивая лишь пожелания и слова из текста, а омега от этого лишь только распылялся. — Я хочу посветить эту песню дорогому для меня человеку, — тихо начал он, повернувшись в тень и увидев одаряющую улыбку Тайги. — Спасибо тебе. The truth runs wild Like a tear down a cheek Trying to save face And daddy heart break Iʼm lying through my teeth Куроко сидел на специально принесенном стуле и тихо, чувственно пел. This voice inside Has been eating at me Trying to replace the love that I fake With what we both need The truth runs wild Like kids on concrete Trying to sedate My mind in its cage And numb what I see Встав, он начал медленно ходить, прикрыв глаза, все так же тихо пев, передавая все свои эмоции. Without losing a piece of me How do I get to heaven? Without changing a part of me How do I get to heaven? All my time is wasted Feeling like my heartʼs mistaken, oh So if Iʼm losing a piece of me Maybe I donʼt want heaven? Медленно, будто растягивая время, он начал спускаться со сцены, направляясь только к нему. Встав практически вплотную, омега продолжил петь, почти шепча. Робко переплетя пальцы, он смотрел только в глаза Акаши, не обращая внимания на идеальную тишину. The truth runs wild Like a tear down a cheek Закончив петь, Куроко ощутил на своих губах прохладу чужих, а на щеке единственную слезу.