Тайна кровавого заката

Узумаки пришёл в гостиницу Цунаде уже заполночь. Минут пять пинал хлипкую дверь, слушая проклятия бабульки из-за тонкой перегородки, но в конце концов она открыла. - Что тебе надо? - злобно рявкнула она, потирая заспанные глаза. - Поговорить, - Наруто просто прошёл мимо неё в номер, игнорируя негодующий взгляд в спину. - Ты вообще в курсе, который час? Люди ночью обычно спят! И это невежливо - врываться ночью к женщине... - Орочимару не придёт, - равнодушно уронил джинчуурики, глядя в гостиничное окно. Цунаде за его спиной пораженно хлопала глазами. - Откуда ты... - Я с ним говорил, - ответил Наруто, оборачиваясь к женщине. - Но...как? Узумаки стянул рубаху и показал печать, красовавшуюся на его плече. - Эту штуку он поставил мне на экзамене. Она почувствовала его чакру. Цунаде долго молчала. Потом тихо заговорила, старательно пряча покрасневшие глаза: - Он предложил мне... - Воскресить Наваки и Дана, я знаю, - ответил джинчуурики, игнорируя шокированный взгляд женщины. - Только вряд ли даже ты бы смогла исцелить руки Орочимару. Третий использовал печать Бога Смерти, когда их запечатывал, так что если ты не умеешь доставать души из загробного мира, то всё остальное бесполезно. Если бы было какое-нибудь средство, то я бы уже давным давно вернул отца. Внучка Первого тихо плакала. Даже у сильных людей есть больные места, думал Наруто. - Я хочу попросить тебя вернуться в деревню. Мне фиолетово, станешь ты потом Хокаге или нет, тут уж решай сама. Но мой...сокомандник серьёзно ранен, и вылечить его, видимо, можешь только ты. Поэтому прошу - помоги мне. - Почему я должна тебе помогать? - Потому что тебе тогда никто не помог, - тихо ответил Узумаки и вышел.

***

Саске семимильными шагами шёл на поправку. Цунаде-сама быстро его залатала, привела в порядок, мама терпеливо за ним ухаживала, так что выписка Учихи состоялась всего лишь через неделю после появления в деревне госпожи Сенджу. О смерти брата ему сказали сразу - отец настоял. Мол, пусть готовится к тяготам жизни. Такой он был, Итачи. Всех спасти и защитить. Бросился грудью на амбразуру и плевать он на себя хотел. Унылым серым утром Саске отправился на могилу брата. Где-то в глубине он малодушно радовался, что не был на похоронах старшего и не видел его тело. Это сохраняло призрачную надежду на то, что Итачи не погиб, что это была чудовищная ошибка... Возле каменного памятника стояла фигура, с ног до головы закутанная в плащ. Саске тихо приблизился и остановился рядом. Наруто. - Привет, - неуверенно начал Учиха. Молчание было ему ответом. Узумаки просто смотрел на холодный камень с непроницаемым лицом. - Я...слышал о том, что произошло. Итачи поступил как герой. - Брюнет осторожно попытался дотронуться рукой до плеча сокомандника, но тот отступил на шаг. В душе Саске постепенно поднималась обида. Да какого хоть хрена? - Слушай, прекрати вести себя как идиот. Мне тоже тяжело, но я пытаюсь хоть как-то тебя поддержать, а ведь это мой брат погиб! - раздраженно воскликнул он. - Мне рассказали о том, что ты тяжело переживаешь его смерть, хотя никто и не догадывался о ваших взаимоотношениях! - Не твоё дело, - сквозь зубы процедил Наруто. - Очень даже моё, - рявкнул Учиха. - Ты в конце концов мой... - Кто? - очень тихо спросил Узумаки. - Друг. - Саске гордо вздёрнул подбородок и упрямо уставился в глаза джинчуурики. Блондин изменился в лице. Глаза засверкали холодом, появился совершенно безумный оскал. Он за секунду сократил расстояние между ним и брюнетом, стал вплотную к нему так, что они едва не касались носами. - Друг? - почти угрожающе прошипел он. - Друг, который едва не убил тебя? - Я знаю, что ты не хотел, - просто ответил Саске, и Наруто отшатнулся. Обжёг пронзительным взглядом напоследок и ушёл.

***

Отчаянно хотелось напиться. Так, чтобы до тошноты и до дикой головной боли по утру, чтобы не чувствовать ничего, но травить алкоголем неокрепшее двенадцатилетнее тело Наруто не позволили остатки здравого смысла. Но лавку с курительными принадлежностями Узумаки пропускать не стал. - Эй, тётя, дайте пачку сигарет, - обратился он к женщине, возившейся под прилавком. Та выпрямилась и внимательно оглядела Наруто. - Обойдёшься. Мелковат ещё! Уходи, демоново отродье. - Давайте так. Вы продадите мне курево, а я в качестве благодарности сдохну пораньше, - закатил глаза блондин. Баба вдруг упёрла руки в бока и начала громко орать, призывая проклятия на голову Наруто и желая ему скорейшей и мучительной гибели. Узумаки молча слушал, склонив набок голову и не придавая значения её воплям - слишком уж он привык к подобным сценам. - Мальчик тот, Учиха, погиб из-за тебя! До чего хороший ребёнок был! - внезапно подключилась к воплям торговка из соседней лавки с выпечкой. Далее две курицы начали наперебой хаять Наруто, обвиняя его в смерти Итачи и вообще во всём лютом зле, творящемся в мире. При звуках имени погибшего друга джинчуурики напрягся. После пяти минут выслушивания он уже был на грани срыва, сдерживаясь из последних сил. Отвернулся от них и уже было собрался уходить, но тут одна из тёток швырнула в него пачкой сигарет, пожелав ему отправиться на тот свет вымаливать прощения у несчастного Учихи. Чудовищный взрыв демонической чакры начисто снёс близлежащие лавки, ровным слоем размазав по земле неосторожно сунувшихся слишком близко зевак и одну из тёток. Вторую Узумаки за горло поднял с земли, не обращая внимание на её скулёж, и жутко улыбнулся, демонстрируя клыки. - Остановись! - рявкнул за его спиной появившийся Джирайя. Наруто очень медленно обернулся, с минуту сверлил крёстного взглядом, потом молча свернул шею торговке и отправился восвояси, провожаемый взглядом саннина.

***

Дома Наруто долго крушил тумбочки, кидал стулья в стены и бил зеркала. Он ненавидел себя за то, что не сдержался, что не проглотил это, в общем-то справедливое, высказывание. Чувство вины за смерть Итачи начало грызть его с утроенной силой. Ворон молча наблюдал за ним со шкафа, склонив набок голову. в окно вдруг стукнули. Наруто рывком содрал штору со стены и уставился на сероволосого парня с накрашенными зелёной помадой губами. На нём были какие-то шмотки, перевязанные толстым фиолетовым канатом. "Орочимару." - Эй, Наруто-кун, - насмешливо протянул звуковик, - Я и не думал, что ты такой вспыльчивый. Узумаки не ответил, тяжело дыша и сверля нежданного гостя взглядом. - Ты так переживаешь из-за смерти того Учихи? - тем же тоном продолжал орочимаровский прихвостень. - Как бы то ни было, на закате мы будем ждать тебя в трёх километрах от деревни. И исчез. Наруто невидящим взглядом уставился в стену. Нельзя, нельзя допустить, чтобы этот змей узнал об Итачи!...Никаких слабых мест, иначе он всю оставшуюся жизнь будет манипулировать им. Паника билась в его голове несколько минут, а потом Узумаки глубоко вдохнул-выдохнул несколько раз, и им завладело ледяное спокойствие. Он взял на кухне спички, распахнул шкаф и поджёг оранжевую куртку. Одежда горела, роняя огненные лоскутки на дно шкафа, а в душе Наруто становилось пусто и холодно. Как будто умирала часть его самого, корчась в огне. Языки пламени вовсю уже лизали мебель, по квартире расползался удушливый дым, а джинчуурики всё смотрел на обугленные остатки своей прошлой жизни. Чёрный ворон беспокойно кружил по комнатам, оглушительно каркая. Точно. Осталось ещё одно дело. Узумаки поймал птицу и долго смотрел на неё. Ворон широко разевал клюв в поисках глотка чистого воздуха, бился и пытался вырваться. А потом Наруто свернул ему шею и закинул трупик в горящий шкаф. И вышел в окно. Вокруг его дома собиралась толпа зевак, кто-то суетился, таская воду для тушения пожара, кто-то звал на помощь шиноби, кто-то тупо пялился на горящие окна квартиры Наруто. Узумаки по крышам ушёл на некоторое расстояние, остановился и долго смотрел на языки пламени. Потом просто развернулся и умчал из деревни на всех парах. - Юный господин, вы пришли, - пригнул голову в уважительном жесте тот самый парень, что приходил к нему домой. - С этого момента мы - ваши подчинённые. Блондин оглядел команду. Девчонка с длинными тёмно-розовыми волосами и наглым взглядом, парень с шестью руками, жирный мужик и вот этот любитель помад нестандартных цветов. - Это Таюя,... - начал было сероволосый. - Мне ваши имена ни к чему, - равнодушно уронил Узумаки. Парень осёкся и кивнул, затем вытащил из кармана пузырёк с какой-то дрянью и тряхнул им. - Это лекарство переведёт вас на второй уровень печати, и вы получите огромную силу. Но для этого вам придётся умереть. - Ебать сколько пафоса, - ответил джинчуурики, забирая у парня пузырёк и сковыривая крышку. Внутри оказались грязно-коричневого цвета пилюльки. Блондин вытряхнул на ладонь одну штуку и проглотил. БАХ! Его как по голове треснули. В глазах резко потемнело, ноги подкосились, и сын Четвёртого упал бы, если бы его не засунули заботливо в призванный гроб. Но этого он уже не увидел, скользнув в тёмные пучины отключки.