Ненавижу его.

      Их с сестрой отправили к ним. В особняк к суровым вампирам. Тем, кто не знает пощады и не даёт второго шанса. Они боялись. Боялись безысходности и мысли, мысли того что они следующие. Они верили. Верили в Бога и молились Всевышнему по ночам. Они плакали. Плакали и выли от боли, во время того как ненасытные вампиры выпивали их. Раз за разом. Каплю за каплей. Ежедневно. Они не были красивыми и бойкими. Над ними издевались все. Извращенец Райто, Великий Аято, сумасшедший Канато. Даже в школе они были объектом насмешек. Единственное их счастье - они вместе. Сёстры, которые жертвуют собой друг для друга. Сёстры, которые будут увядать вместе. Сёстры, которые будут рядом. Они - семья.

***

      Особняк. Аккуратно уложенная и до блеска вымытая плитка. Девушка. Кровь. Она сидит, вжавшись в угол, и моля господа о помощи. Она уже не может это терпеть. Ей надоело. Надоело быть объектом насмешек. Надоело быть едой для гнусных тварей. Надоело быть непонятой. Надоело быть использованной. Быть игрушкой в руках у опытного кукловода.       Вот вампир отстраняется. Шепчет - "Бич-тян, ты такая вкусная...". Облизывается и исчезает. Всё как всегда. Ничего нового. Девушка неуверенно встаёт и опять падает. Ещё чуть-чуть и из неё можно сделать куклу. Канато будет рад новой игрушке. Он аккуратно вскроет её тело и опустошит его, как какой-то сосуд. Хотя, она ведь и есть сосуд. Сосуд с кровью. Потом вампир аккуратно вытащит её глаза и вставит в них стекляшки. Пустые. Ничего не видящие. Но такие красивые. Потом её тело зальют воском и обработают, сделав тем самым из неё самую настоящую куклу. Мёртвую. Вечную. Спокойную. Затем натянут на неё красивое свадебное платье и вложат в руку букет, сделав из неё некое подобие невесты. Жертвенной невесты. Мёртвой невесты.       Наконец девушке удаётся подняться. На помощь приходит сестра. Такая родная. Понимающая. Она поднимает её и через силу несёт к комнате. Положив девушку на кровать, сестра достаёт из под подушки икону. По её щекам бегут слёзы. Слёзы печали и безысходности. Солёные с примесью горечи. Горячие капли падают на холодный пол, уже успевшими остыть в полёте, холодными каплями. Сестра шепчет что-то невнятное, прислонив икону к груди и крепко сжав рукой, висящий на шее крест. "Аминь!" -произносит девушка и открывает свои глаза. Пока ещё видящие. Живые. Она смотрит на сестру с улыбкой. Они рады. Что ещё живы. Пока ещё живы.

***

      "Сестрёнка!Сестрёнка! Аято, пусти меня к не-ей!" - вопя от боли и плача от обиды, кричит девушка. Вампир лишь сдавливает руку ещё сильнее и орёт загробным голосом - "Как ты смеешь не подчиняться Великому Мне?". Отбросив свою жертву в сторону, он подбежал к кровати и провёл рукой по уже бледному девичьему лицу. Её время настало. Она отмучилась. Прежде чем почувствовать боль, бледные веки закрываются и с губ срывается последнее - "Прощай сестрёнка!". Укус. Уже почти неощутимая боль. Темнота. Вечная темнота.

***

      Девушка держит в руке белую розу. Ту самую, что растёт в огороде у Субару. Она "пахала" как лошадь, лишь бы получить его. Один единственный цветок. Уже бледная, тоненькая девичья ручка кладёт розу под ноги кукле. Мёртвой. Спокойной. Красивой. По щекам бегут слёзы, а на лице чуть заметная улыбка. Она подходит к скульптуре и дотрагивается. Ей кажется, что холодная, покрытая воском кукла всё ещё излучает тепло. Такое родное. Любимое. Голубые глаза закрываются а губы начинают говорить: "Ну что, сестрёнка, скучаешь по мне?".       А в ответ тишина. Кукла стоит молчаливо и смотрит своими стеклянными, пустыми глазами. Но девушке достаточно и этого. Она опускается на колени и продолжает: "Я тоже скучаю. Очень сильно." Слёзы уже перестали капать, потому что капать там уже нечему. Потирая красные и опухшие глаза, взору девушки предстаёт красиво очерченное лицо. Будучи в музее, она бы восхитилась такой работе искусного скульптора. Хотя она и сейчас в музее. В маленьком музее восковых кукол. Одна. Одна среди них. Всё ещё живая и тёплая.       Поднимая глаза выше, девушка рассматривает кукольные глаза. Большие. Стеклянные шарики. Было в них что-то завораживающее. Неописуемое. Вот в руках тот самый крест. Смотря в эти бездонные и восхитительные глаза, девушка читает молитву. Медленно. Тихо. Чётко. Она знает. Знает, что скоро настанет её время. Она хочет. Хочет поскорее уйти из жизни. Ничего не осталось. Ничего, кроме лютой ненависти к нему. К тому, в кого влюбилась. К тому, кто заставлял их страдать. К тому, кто игрался с ними. "Ненавижу его..." - она снова рыдает. Кричит в голос. Разбивает костяшки пальцев о холодный кирпич. Она знает. Знает, кто он на самом деле. Знает, что ему нужно. Смерть. Её смерть. Он не перед чем не остановится пока она будет жива. Будет пытать её и смеяться над ней. Он будет делать то, что делал с сестрой. А ведь вампир и не догадывается что завоевал сразу двух. Сразу две души. Души, жаждущие свободы. Он вампир. Он не может любить. Он этому не обучен, так же, как и вся семейка Сакамаки. Она ненавидела его всем сердцем. И будет ненавидеть до конца. До конца своих дней. Которые скоро, утянут её во мрак.

***

      Очередная молитва закончена. Девушка сидит в кресле и читает Библию, кусая потресканные и кровоточащие губы. Она становилась как сестра. Она очень любила читать по ночам. Читала в основном Библию. Читала, частенько рыдая и покусывая губы. Читала до того момента, пока этим исчадиям ада не понадобится её кровь. На некоторых страницах даже остались кровавые следы. Это сестрёнку кусали, а она продолжала читать и молиться. Вот книга закрывается и девушка смотрит на часы. Они показывают десять утра. Пора спать. Завтра будет новая ночь. Новая, полная страданиями и боли ночь. Опять. Как же всё надоело.

***

      C дикими воплями просыпается. Сестра. Она преследует её во сне. Кричит на неё. Винит в своей гибели. Она винит её в том, что та не сделала ничего ради её спасения. "Ненавижу его..." - голос сорван. Она продолжает кричать. Захлёбывается в собственной ничтожности. Это глупо. Очень глупо. Она слышит его голос и чувствует дыхание. Ему опять нужна кровь. Как предсказуемо...

***

      Ей надоело жить. Она сошла с ума. Сестра. Она продолжает её преследовать. Она хочет умереть. Быстро. Красиво. И всё бы ничего, но у неё есть цель. Она решилась на отчаянный шаг. Она решила убить того, кого нельзя. Она решила убить его. Того, кого ненавидит всем сердцем и душой. Того, кто был бесчеловечен но, тем не менее, завоевал её сердце. "Ненавижу его..." - очередной срыв заканчивается обмороком. Она опоздала на завтрак. Рейджи её снова накажет. Это уже не в первый раз. Так бывает почти ежедневно.       

***

Она решилась. У неё есть план. Она аккуратно выходит из комнаты и идёт к младшему сыну. Субару спит. Кинжал лежит на столе. Бес присмотра. Один. Она берёт его. Уходит. Её цель - Аято. Ещё шаг и она падает. Она слаба, однако это её не останавливает. Безрассудно. Даже слишком. Вот она слышит его. Он давно прогадал её план. Он решил не медлить. Если убить, то сейчас. "Плоскодонка, а куда это мы так рано? М-м-м?" - этот голос. Он её раздражает. Сильно. "Аято-кун, я пошла попить водички." - наглая ложь. Она понимает. Понимает что её вот-вот раскроют. Она не должна медлить. У неё нет времени. Есть только удар. Неумело. Слабо. Промах. Вампир хватает её за горло и продолжает: - "Зачем тебе это? М-м-м? Неужели я тебе приглянулся?" Она теряется в догадках. Ей вспоминаются слова Субару. Кинжал. Любовь. Смерть. Ей нечего терять. Она понимает, что сейчас самое время. "Я ненавижу тебя!" - этот полный страданья крик, больше похожий на хрип, вырывается из горла. А он смотрит. Смотрит и смеётся. Смеётся в лицо. Как всегда. Она видит его клыки они уже совсем близко. Бежать некуда. Да и пока ещё рано. Она ещё раз замахнулась клинком. Тот выпал из слабой девичьей ручки. "Мимо!" - вампир уворачивается и смеётся. Клинок падает. Это уже точно конец. "Я ненавижу тебя!" - орёт. Большие коридоры, эхом разносят крик по особняку. Боль. Много боли. Удар. Ещё удар. Она продолжает кричать. Кровь медленно выливается из неё. Она понимает. Это конец. "Ненавижу..." - тяжёлые веки опускаются. Последнее что видно перед глазами - он. Он, с окровавленным клинком в руке. Он, истерически смеющийся. Везде один ОН.

***

      Вампир стоит перед куклой. Он внимательно смотрит в её глаза. Большие. Стеклянные шарики. Он не понимает что он тут делает. Время за полночь. Вампир опять прогулял школу. Завтра им привезут новую невесту. Невесту, чьё сердце он похитит. Невесту, над которой будет издеваться. Невесту, которую убьёт. А пока он тут. Смотрит на ту, что ещё вчера пыталась убить его. "Ты думаешь, что одна такая?" - вампир продолжает смотреть в глаза. "Ты думаешь, тебе одной так плохо?" - Библия выпала из рук вампира и упала на холодный пол. Вампир притупил взгляд. Он ждёт ответа. Но кукла молчит. У него сдают нервы. "Отвечай!" - хруст. Плитка раскалывается на несколько частей. "Я всё равно её убью! Убью их всех!" - он вопит, не понимая почему. Он хочет доказать. Только доказывать уже некому...