Rusty Cars and Skinny Jeans

Я не знаю, как дело закончилось тем, что я влюбился в него. Может, дело было в том, как его непослушные волосы завивались на кончиках, как его джинсы едва прикрывали лодыжки, как улыбка застаивалась у него в уголках глаз или как его голос становился на несколько октав выше, когда он произносил моё имя. С одной стороны мы были обычными первокурсниками в колледже - сидели за одной партой на уроках музыки и порой здоровались. Я помню, как порой на уроках наши пальцы соприкасались, как он, нервничая перед экзаменами, грыз ногти и тот блеск в его глазах, когда мы впервые заговорили. Я получил привилегию держать его за руку и чувствовать его улыбку на своей коже примерно на втором курсе. Только когда мы были одни, спрятавшись за стенами моего дома или в школьных туалетах - порой мы даже осмеливались ходить на свидания на публике. Он так боялся, будто маленький ребёнок, который смотрит фильм ужасов. Его зрачки расширялись только от мысли о том, что ему придётся представить меня родителям и младшей сестре как своего парня. Я никогда не забуду как я впервые поцеловал его. Солнце обжигало непокрытую кожу на моих руках пока я ждал, когда он вернётся с отдыха, куда он уехал на все весенние каникулы. Конечно, мы переписывались, посылали друг другу фотографии и говорили так много, сколько было возможно не вызывая подозрений у родителей. В своих мыслях я целовал его на ночь каждый раз когда ложился спать. Тогда я сидел в парке, а мой любимый Келлин опаздывал. На 15 минут, если быть точным. На 20. 25. В конце концов он прибежал почти падая на землю. Он бормотал извинения о том, что автобус опоздал и что родители заставили его распаковать вещи, прежде че куда-то пойти. Я был слишком ослеплён им, и мне было плевать. Я бы прождал его века, если бы было нужно. У него на лбу выступал пот, он часто дышал сквозь приоткрытые губы, серая футболка, в которую он в спешке переоделся была ему велика и обнажала его бледные руки, показывая изгиб мускула. Я встал со скамейки и, не думая о последствиях, поцеловал его в губы. Я забыл, что мы были на улице, что нас могли увидеть, даже о своей семье - ведь мы жили не так уж далеко от того парка Просто это был он. Он и его запах, его закрытые глаза и слетевший с его губ вздох сразу после этого короткого поцелуя. Я почти извинился, когда он наклонился ко мне и поцеловал меня снова. Это не было просто клевком, но это было далеко от страстного поцелуя. Это были просто эмоции, его вспотевшие ладони на моей шее, мои руки в его карманах, притягивающие его ближе. Мне казалось, будто у меня внизу живота солнце, спаляющее каждый кусочек моего тела. Со мной никогда не случалось ничего лучше, чем этот поцелуй, заставляющий меня затаить дыхание, дрожать и отчаянно желать большего. Также я помню первый раз, когда мы заснули вместе. 11 июня. Ему нужно было работать над эссе для школы, которое нужно была сдавать на следующий день, и я пришел к нему чтобы помочь. Мы сделали всю работу вместе, это заняло у нас 3 часа, 47 минут и бесконечное количество поцелуев, но мы сделали это. Было около 2 часов ночи, когда он склонил голову на плечо и закрыл глаза. Возвращаться домой было бессмысленно. Я лег на его кровать, взяв его с собой. Нашу кожу разделяло несколько слоев одежды, но он всё же чувствовал тепло моего усталого тела. Я поцеловал его в лоб, который сейчас покоился у меня на груди, обнял его и уснул. К счастью, я проснулся раньше его родителей, оставил ему записку на кровати и вылез через окно, чуть не сломав ногу. Когда я вернулся после ночи, проведенной вне дома, с растрепанными волосами, я счастливой улыбкой на лице и едва идущим, думаю, произвело на брата не то впечатление. Для нас не было такой вещи как каминг аут. Однажды мы просто начали целоваться в школьном коридоре, держась за руки и открыто были счастливыми. Его семью это не волновало, как и мою. В чем я было совершенно уверен, так это в том, что когда мой мелкий брат видел мою искреннюю улыбку, ему было неважно, из-за кого она. Я был счастлив, и он был согласен. Все стало хуже в выпускном классе. Мы оба собирались в университет, и единственной проблемой было то, что мы собирались в два разных университета, находящихся далеко друг от друга. За этот год я столько раз слышал, как Келлин плачет. Я перебирал его волосы пальцами и шептал ему в ухо, как сильно я его люблю, как все будет в порядке. Но, думаю, в конечном счете мы оба знали, что скоро все закончится. Больнее всего было на выпускном балу. Мы пытались притворяться счастливыми, мы правда пытались. Я красиво оделся, надел свою белую рубашку и уверенно улыбнулся своей семье, обещая, что все будет просто отлично, прежде чем пойти к Келлину. Он был одет так же, как я. Я взял его за руку и терпеливо подождал, прежде чем отправиться в школу на своей старой ржавой машине. Мы слушали его любимые песни на длинном пути туда, а я слушал, как он подпевал и в ритм стучал по сиденью своими бледными пальцами. Я открыл ему дверь, словно настоящий джентльмен. Я собирался поцеловать его и показывать ему, как сильно я его люблю до тех пор, пока мы окончательно не расстанемся, но когда я увидел, как он выходил из машины, и как его синие джинсы едва закрывали лодыжки, как и всегда, то я просто забыл об этом. Мы даже не пошли в школу, мы остались на парковке всю ночь, говорили, танцевали под музыку, что была слышна сквозь стены здания. Здесь мы встретились, влюбились и потеряли друг друга. Все, чего я хотел - поселиться в маленькой квартирке, наполненной воспоминаниями. Я хотел, чтобы он был со мной. Всегда. Этой ночью я поцеловал его в последний раз. Как я думал, это был последний раз, когда я видел любовь всей своей жизни. В конце концов, я поселился в маленькой квартирке, наполненной воспоминаниями. Только не с ним. Я жил один, но мои друзья так часто ходили ко мне, что они почти жили там. Я выпустился из колледжа. Нашёл хорошо оплачиваемую работу. Моя семья так гордилась мной. Но чего-то не хватало. Я не знаю, почему у меня остался его номер. Он был прилеплен к холодильнику, и каждый раз, когда я входил в свою крошечную кухню с беспорядком в ней, я вспоминал, как сильно я по нему скучаю. Я позвонил ему. Первые несколько минут я не говорил, но он не повесил трубку. Он жил не так уж и далеко, так что мы решили встретиться. Когда мы увиделись, это было так, будто я впервые его встретил. Будто мы никогда не расставались. Нам нужно было провести несколько месяцев вместе, прежде чем снова начать целоваться. Это было так, будто я впервые почувствовал его мягкие губы на своих. Солнце снова выжигало меня изнутри, только на этот раз это был ноябрь. Мы сбежали. Взяли все важное, деньги, сели в мою старую ржавую машину и уехали. Он - все, чего я когда-либо хотел. Не деньги, не квартира, не что-то ещё. Просто он. Он научился играть на пианино за те четыре года что мы были вдали друг от друга. Я умел играть на гитаре. Так мы и зарабатывали деньги. Мы редко ночевали в отелях. В основном мы проводили ночи обнимаясь на заднем сиденье той же скрипучей машины, на которой мы поехали на выпускной бал. Я все помню. И никогда не забуду.