Докажи. Возможно, прогнусь

      Сегодня – ответственный и торжественный день для Гермионы Грейнджер и для всей её семьи, а также для Драко Малфоя и, соответственно, его семьи. Сегодня в особняке семьи Грейнджер совершится светский раут, на котором будут присутствовать лучшие представители чистокровных семей. Драко и Гермиона впервые посетят подобное мероприятие.       Гермиона с детства мечтала побывать на таком рауте. Она всегда с трепетом наблюдала, как мама надевала своё самое красивое платье, дорогие фамильные украшения, приводила себя в порядок и становилась самой красивой в этом мире. А папа, необычайно солидный, в смокинге, очарованный шармом миссис Грейнджер, брал её под руку и уводил. А маленькая Грейнджер оставалась с бабушкой или няней и фантазировала. Представляла, что её мама с папой там самые-самые красивые и что когда-нибудь она тоже будет взрослой, будет вальсировать с прекрасным юношей. Представляла, что всё будет, словно в сказке.       И вот этот день настал.       Ей четырнадцать.       Именно сегодня состоится её первый выход в свет.       Всё готово. Она стоит перед зеркалом, рассматривая себя.       Тоненькая хрупкая девушка. Такая юная. С тонкими запястьями и пальцами. С длинной тонкой шеей. Торчащие ключицы. Очаровательное платье, сшитое специально для этого события, которое подчеркивало все прелести еще девчачьей фигуры, подчеркивало юность и нежность.       Широко распахнутые, обладающие какой-то невыносимой притягательной силой карие глаза, которые бегали из стороны в сторону, будто в панике. Прерывистое дыхание. Чертовски быстрое биение сердца. Потные ладошки. Озноб, пробегающий сначала по спине, а потом по рукам. От плеч к запястьям.       Не так она представляла себе этот бал, хотя он еще и не начался.       Вальсировать она будет не с прекрасным юношей, а с Драко Малфоем. Невыносимым. Гадким. Самовлюбленным. И… да кого ты обманываешь, Грейнджер? С прекрасным, разумеется. Этот парень просто непозволительно прекрасен. И, надо заметить, его поведение - это пренебрежение, вечный сарказм, раздражающая Гермиону самоуверенность – шли этому юноше. Такой парень не может вести себя иначе.       Это же Малфой.       В комнату кто-то отрывисто постучал и тут же вошел.       Мама.       Стало как-то легче и спокойнее. - Очаровательная, - успокаивающе и искренне проговорила миссис Грейнжер, любуясь дочерью. – Пора, все уже собрались.       Гермиона коротко кивнула и нервно улыбнулась.       Мама с дочерью вышли из комнаты и стали медленно спускаться по лестнице. - Не нервничай, веди себя естественно и непринужденно. Я люблю тебя и для меня ты самая лучшая, несмотря ни на что, - замечая тревогу дочери, поддержала миссис Грейнджер.       Гермиона уже слышала чарующие звуки настроенного рояля и саксофона. Негромкий шелест платьев. Голоса людей. Смех. Звон бокалов. В груди девушки томилось что-то непонятное. Что-то, чего не было до сегодняшнего дня. Это было похоже на предвкушение. Предвкушение чего-то нового и неизведанного.       Гермиона не успела опомниться, как очутилась в гуще толпы, а мама внезапно исчезла.       Первые секунды Грейнджер казалось, что все до одного пялились на нее. Нет, ей не казалось. Это действительно так. Нельзя было не заметить эту юную прекрасную особу. Она отличалась от всех людей, которые находились здесь. Но вряд ли можно объяснить словами, чем именно.       Изящными маренами?       Породистой внешностью?       Интеллектом на лице?       Стройной фигурой?       Жестами, которыми свойственны только ей? Например, поворот головы. Только Гермиона Грейнджер так изящно, выше, чем обычно, держит подбородок.       Пожалуй, всем этим в совокупности.       Девушка подошла к столу с напитками и взяла в руки бокал шампанского. Это было глупым поступком. Гермиона никогда не пила шампанское, но никто из присутствующих здесь не знает об этом.       Сделала небольшой глоток, наслаждаясь прекрасной джазовой мелодией и чувствуя себя взрослой.       Принялась искать его взглядом.       Они должны провести сегодняшний вечер вместе. Так сказали родители.       Должны разыграть юношескую симпатию. Как минимум - дружбу.       Гермиона справилась с задачей. Драко Малфой стоял рядом с каким-то почтенным господином и вел светскую беседу, активно жестикулируя.       Грейнджер продолжала пристально наблюдать за юношей, не отводя взгляд ни на секунду. Она знала, такой пристальный взгляд всегда чувствуется, и рано или поздно Малфой заметит её.       Драко Малфой сегодня превзошел сам себя. Зачесанные назад платиновые волосы. Они теперь не спадали ему на лоб. Теперь можно рассмотреть его глаза. Белоснежная рубашка. Черный классический смокинг, брюки, лаковые ботинки. И главный штрих – бабочка в тон платью Грейнджер.       Гермиона ухмылялась, рассматривая парня.       Хорош.       Чертовски хорош.       От осознания того, что Драко Малфой нравится ей, что он привлекает её внимание, что её влечет к нему, становилось не по себе. Гермиона знала, что ни к чему хорошему это не приведет. Надо прислушиваться к здравому смыслу. - Юная мисс Грейнджер, я не ошибаюсь? – кто-то сзади дотронулся до плеча девушки.       Гермиона с огромной неохотой отвела взгляд от Малфоя и обернулась. Какой-то мужчина. Девушка не знала его имени, но была уверена, что это знакомый или друг её родителей. - Да, а вы… - улыбнулась Гермиона. - Я – мистер Хендерсон. Долгое время работаю с вашим отцом и наслышан о вас. Но, знаете, вы, мисс Грейнджер, превзошли все мои ожидания. Потрясающе красивая девушка. Поздравляю вас с первым выходом в свет. Вы очаровательны! Уверен, что сегодня вы услышите несметное количество комплиментов, - мужчина говорил спокойно и искренне, но Гермиона не вслушивалась в слова мистера Хендерсона. Она видела, как Малфой, оглядываясь и пытаясь не попасться не глаза родителям, быстро покидает зал.       Грейнджер была достаточно умна, чтобы понять – Драко сбегает. - Благодарю вас, мистер Хендерсон. Мне очень приятно! – одарила его очаровательной улыбкой Гермиона и, быстро пробираясь через толпу, тоже поспешила покинуть зал.       Она поймает Малфоя.       Она не даст ему сбежать.       Выбежала из душного зала, побежала дальше, стуча каблуками. Она откуда-то знала, куда именно сбежит Малфой от всей этой суеты.       Библиотека.       Вошла и обнаружила его у камина, закрыла дверь, тяжело дыша.       Парень вздрогнул, испугавшись. Понял, что это Грейнджер. Его верхняя губа чуть приподнялась, отчего лицо его приняло выражение крайнего отвращения. - Быстро же вернись обратно в зал! Мы должны хотя бы один танец станцевать вдвоем, а потом катись ко всем чертям, - раздраженно проговорила Грейнджер, прожигая парня пронзительным взглядом карих глаз.       Она предполагала, что Малфой выкинет какой-нибудь фокус. Это же в его стиле – сбегать с самого ответственного вечера в жизни. Да и потом, ей и самой не очень нравится бегать за ним и просить вернуться.       Это в высшей степени унизительно. - Знаешь, Грейнджер, я бы послал тебя куда подальше, но мне сейчас не до этого. Прошу только об одном – не выдавай меня. Скажи, что ты не знаешь, куда я делся. Спасибо.       Малфой отвесил церемонный поклон, противненько ухмыльнулся и взял в ладонь горсть летучего пороха. - Что? Куда? – недоумевала Грейнджер, наблюдая за тем, как Драко, нагибаясь, чтобы не задеть голову, заходит в камин.       Парень остановился, будто задумался о чем-то. - К друзьям, Грейнджер. И ты, пай-девочка-отличница, полетишь со мной, - заманчиво ухмыляясь и изогнув бровь, парень протянул ладонь, как бы приглашая девушку войти в камин. - Ты… вообще в своем уме, Малфой? – Гермиона схватилась за голову одной рукой, а другой – оперлась о камин. Ей казалось, что ноги её не держат, что все это сон. - Давай быстрей, Грейнджер. Сейчас все заметят, что нас нет. Ну же! – Драко чуть ли не прыгал от нервного возбуждения, а Гермиона стояла, не веря в происходящее.       Сбежать с Драко Малфоем?       Сбежать с вечера, который ждала почти всю жизнь?       Подвести родителей?       Разочаровать их? - Нет! – вырвалось из её уст.       Её широко распахнутые.       И его серо-голубые. Цвета моря.       Встретились на секунду.       А ведь ему хотелось, чтобы она протянула руку в ответ, чтобы совершила безумный поступок, чтобы стала той маленькой дерзкой Гермионой Грейнджер.       Он знал, что та маленькая девочка не умерла, что она глубоко внутри Гермионы. И он дойдет до самой цели. Он воскресит её. Он сделает её прежней, потому что Гермиона, которая сейчас перед ним – совершенно другая девушка. А он знал её настоящую.       Пусть вредную, пусть самовлюбленную, пусть капризную, зато готовую совершить безумства, готовую жить на полную катушку, готовую не думать о последствиях.       Он же сам такой. - Ты проторчишь всё лето в этом поместье, читая книжки? – ухмыльнулся Драко, обнажая ровные зубы. А у самого щемило в груди.       Мерлин, ну пошли же со мной! Согласись же, Грейнджер! - Ну что ж, приятных каникул! – саркастически засмеялся Драко и был готов уже произнести «поместье семьи Забини» и бросить щепотку пороха, как вдруг: - Вся ответственность за совершенный поступок на тебе, Малфой!       Секунда – и они вдвоем в тесном камине.       Довольно неприятные ощущения: шум, толкотня, тяжело дышать из-за пепла и пороха, но он прекрасно чувствовал одну деталь – маленькая рука Гермионы Грейнджер сжимает его ладонь, а он сжимает её в ответ.       И почему-то ему захотелось улыбаться.       И он улыбался.