Двадцать пять лет невезения

Проводив взглядом посланника ведьмы, отец Левот аккуратно выбрался из зарослей, стараясь производить как можно меньше шума, а затем, чуть ли не бегом отправился к церкви. Предстояло несколько дел: во-первых, нужно было каким-то образом сообщить королю и королеве о побеге их младшей дочери, а так же собрать все необходимое, чтобы при необходимости отправиться следом за беглянкой и этой проклятой ведьмой, которая, по неизвестной причине, решила помогать принцессе. Распахнув дверь в келью, священник лихорадочно огляделся. Найдя при свете луны несколько листов бумаги и чернила, он, на всякий случай, закрыл ставни и зажег огарок восковой свечи. Меньше чем за час он подробно описал случившееся, и выразил надежду, что его помощь в этом деле положительно скажется на его характеристике, и, быть может, после сожжения гадкой колдуньи, его, наконец, пригласят служить в центральный храм столицы. Запечатав конверт, мужчина начал метаться по комнате, наспех кидая в холщовую суму все необходимые, на его взгляд, в походе вещи. Помимо многочисленной атрибутики для изгнания демонов, бесов, вурдалаков и прочей нечисти, он решил взять с собой еще и обветшалую хламиду, служившую ему верхней одеждой в холода, ведь его предприятие могло затянуться на неопределенный срок. Втайне, он, конечно, рассчитывал, что все пройдет гладко, и уже меньше чем через неделю он будет наслаждаться комфортным убранством одной из комнат, отведенных священнослужителям в огромном Священном Главном Храме. Заперев церквушку на три оборота ключа, отец Левот отправился к дому местного гонца. Жители деревни частенько отправляли письма и посылки своим родственникам в соседние поселения, однако, до центра путь был неблизкий. Подойдя к двери, и немного отдышавшись, святой отец громко постучал. Затем еще раз и еще, пока, наконец, дверь не отворилась и на пороге не возникла тучная растрепанная женщина в длинной грубой рубахе, и укутанная в линялую шаль. Несколько мгновений она злобно щурилась, пытаясь сонным взглядом разобрать, кто наведался к ним в столь поздний час. Распознав, наконец, резкие черты лица ночного гостя, она немало удивилась. По её мнению, должно было случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы в неурочный час к мужу явились не пьяные дружки с бутылкой самодельного пойла, а настоятель церкви, собранный, к тому же по-походному. Женщина спешно разбудила супруга и вытолкнула его на крыльцо, ничего не объяснив. Гонец был удивлен не меньше своей второй половины, увидев на пороге святого отца. - Доброй ночи, сын мой. – Чинно начал священник. – Прости за поздний визит, однако, дело мое не терпит отлагательств. Он протянул мужчине запечатанный конверт. Хозяин дома взял письмо в руку, попутно всматриваясь в лицо духовника. Таким взволнованным он не видел его, пожалуй, еще ни разу в жизни. Видимо, дело было и вправду особой важности. - Это нужно как можно быстрее доставить в столицу. Непременно лично королю или королеве. Дело государственной важности! Я готов заплатить тройную цену, но отправляйся немедля. Посыльный смотрел на священника, пытаясь понять, шутит тот, говорит серьезно, или вовсе тронулся рассудком. Глаза монаха сверкнули нездоровым отблеском. - Чего же ты ждешь, сын мой? - Ну… - Не нашелся гонец. – Понимаете, до столицы путь не близкий. Надо собраться, как следует, ну, еду там… одежду какую… и еще… - Купишь по дороге. – Оборвал его отец Левот. Запустив руку в сумку, он достал полотняный мешочек, судя по глухому металлическому звуку наполненный монетами, и демонстративно взвесив его на руке, протянул мужчине. – Этого хватит на все. - Ну… ладно… Я тогда пойду, оденусь и в путь. - Ступай не медля. И знай, ты исполняешь волю нашего Творца, и да благословит он твое деяние. С этими словами священник развернулся и уверенно зашагал прочь, стараясь думать о том, что пожертвования прихожан только что пошли на праведное дело. Гонец и его супруга, подслушавшая разговор под дверью, а теперь вышедшая и стоящая подле мужа, в изумлении думали о странном поведении священника, и не менее странном его поручении. - Ну и что делать думаешь? – Робко спросила женщина. - Что делать... Что делать… Седлай коня! – Решительно произнес мужчина, поворачиваясь к ней и показывая сжатый в руке мешочек с деньгами. – За все заплачено. Толстушка кивнула и побежала исполнять приказ супруга. Святой отец между тем, был уже на полпути к жилищу ведьмы, возле которого планировал спрятаться и дождаться рассвета. Он предполагал, что девушки, не желая быть замеченными, ускользнут ни свет, ни заря, и планировал следить за ними. Он специально детально описал предполагаемый маршрут беглянки в письме, и теперь единственное, что ему оставалось – незаметно следовать за принцессой, пока её родители не пришлют кого-нибудь, чтобы вернуть дочь. К тому же ему не давала покоя прекрасная и теплая мысль о том, что зеленоглазая чернокнижница уже совсем скоро поплатится за все свои деяния и отправится под правый суд, а после и на костер. Мужчина улыбался своим мыслям, устраиваясь на мокрой от росы траве за густым кустом дикого лавра.