Успеть за одну неделю

На самом деле Дерек проснулся довольно рано, не было еще и восьми утра. И он прекрасно слышал тихо работающий телевизор в комнате и как подросток негромко шлепает босыми ногами по полу, перемещаясь по гостиной туда-обратно. И он подозревал, что мальчик чувствует себя не очень комфортно в одиночестве и может выкинуть какую-нибудь глупость, но вставать и идти следить за чужим ребенком Дерек абсолютно точно не собирался. Он валялся в кровати, до тех пор, пока в дверь не позвонили. Поднявшись с кровати, мужчина вышел из комнаты и лениво направился открывать, не озаботившись даже тем, чтобы надеть майку. Стайлз сидел на диване, замерев на месте, и смотрел на дверь, как на восьмое чудо света. Дерек незаметно улыбнулся, проходя мимо и с удовольствием отмечая, как мальчишка вздрогнул. — Ты чего замер? — ехидно спросил он, — это оператор Питера, запишет на камеру, как ты просишь папочку за тебя заплатить и уедет. — Папа ни за что не обязан платить, — пробубнил мальчик вдогонку Хейлу, — это вы виноваты в ошибке в документах. — Я не слежу за документами по доставке, Стайлз, это дело Питера, — уже стоя перед дверью, ответил Дерек, — я вообще считаю, что мы и без этой поставки обойдемся. Но с Питером спорить себе дороже, пусть делает, как хочет. Стайлз хотел было ответить, но Дерек его уже не слушал. Он открыл дверь и пропустил в дверь крепкого мужчину со штативом под мышкой и оборудованием в сумке. — Привет, Дерек, — басом поздоровался мужчина, скидывая куртку и вешая ее на крючок. — Чак, не знал, что ты умеешь снимать, — приподнял бровь Дерек, пропуская мужчину в комнату. — Да какая разница, поставить камеру на штатив и включить запись может любой идиот, — пожал плечами Чак, входя в комнату и осматривая комнату и непосредственно Стайлза, - так, ясно. Дерек, Питер просил тебя заехать в офис как можно скорее, кстати говоря. Дерек в ответ только кивнул, и вернулся в комнату. Можно было конечно подождать, пока Чак уйдет и съездит после, но лучше было съездить пока есть кому присмотреть за Стайлзом. Оператор в этот момент устанавливал камеру на штатив, объективом к стулу, стоящему около стены. Дерек накинул куртку и начал уже зашнуровывать ботинки, когда в коридор вышел Стайлз. Он снова нервно дергал полу футболки и оглядывался на мужчину, который уже установил камеру и теперь рылся в своей сумке. — Чувак, ты что, действительно уедешь? — спросил парень негромко. Дерек уже закончил и, постучав носком ботинка по полу, собирался выходить. — Нет, что ты, я шучу, — съязвил Хейл. — Постой! — голос мальчишки дрогнул, когда он попытался удержать вышедшего в коридор мужчину за рукав, — не оставляй меня с ним, Дерек! — Так, слушай, мне только не хватало твоих истерик, — недовольно рыкнул Хейл, вырывая рукав из хватки Стайлза, — я вернусь через час-полтора. С этими словами Дерек захлопнул дверь. Он не был уверен, что именно вызывает в нем беспокойство — раздражение от того, что парень ворвался в его личное пространство, или смутное осознание того, что, по сути, мальчишка прав. Чак едва ли был похож на человека, которому можно доверить подростка, который бесит одним звуком своего голоса. Дерек доехал до пункта назначения через полчаса. Поднявшись в офис Питера, мужчина несколько секунд стоял перед дверью, готовясь к очередным разглагольствованиям, который вполне могут затянуться очень надолго. Зайдя в кабинет, он увидел дядю, который сидел за своим столом, крутя в руках ручку. — Доброе утро, Питер, — поприветствовал Дерек, садясь на стул напротив. — Доброе, племянник, зачем пожаловал? — Питер удивленно приподнял бровь, уставившись на племянника, — неужели ты уже устал от своего юного сожителя? Тут уже настал черед Дерека удивляться. Он удивленно взглянул на Питера, откинувшись на спинку стула: — Ты меня вызвал. — И ты приехал? — ехидно усмехнулся Хейл-старший, повторяя движение Дерека, — я признателен, конечно, и, безусловно, польщен, но я тебя не звал. Дерек был в ступоре. Он не был уверен в том, что правильно понял Питера, но его несколько растерянный взгляд наталкивал на мысль, что он действительно не понимает, о чем речь. Недавно проснувшийся мозг начал замедленно подавать сигналы тревоги. — То есть, ты не просил Чака передать, что просишь меня заехать? -осторожно спросил Хейл, хмуря брови. Что-то ему подсказывало, что нужно как можно быстрее возвращаться домой. — О, дорогой племянник, ты что, серьезно? — спросил Питер, поднимаясь с кресла, — поехали скорее, пока от мистера Стилински не остались одни воспоминания. Нам еще нужно что-то возвращать его отцу. Чертыхнувшись сквозь зубы, Дерек сорвался с места, спускаясь к машине. Питер шел за ним следом, не торопясь, и явно был доволен сложившейся ситуацией. Младший Хейл нервничал и сам не знал почему. Хотя, по сути, и так было ясно, почему он волновался — Чак был гораздо сильнее хрупкого подростка, и уж точно гораздо агрессивнее. А вспоминая болтливость мальчишки, Дерек всерьез начинал беспокоиться за свою жизнь. — Ты не мог послать хоть кого-то менее опасного? -бросил он недовольно, наблюдая за тем, как Питер пристегивается. — А ты думаешь, я специально подобрал самого неуравновешенного из своего эскорта? — ехидно спросил Хейл, — я спросил, кто умеет включать камеру и, как выяснилось, Чак единственный, кто, держал камеру в руках хоть раз. И вообще-то он довольно спокойный парень, просто вид у него такой, устрашающий. Дерек недовольно заворчал, ничего не говоря. Он был зол на дядю, еще больше зол на себя. И как ему в голову пришла мысль оставить мальчишку одного? Даже сам подросток оказался догадливее, чем он. Уже подъезжая к своему дому Дерек понимал, что ничего хорошего он дома не обнаружит. Его голову посетила неожиданная мысль о паркете, который стелили совсем недавно. Не хотелось, чтобы его сильно забрызгало кровью. По лестнице мужчина поднимался почти бегом. Что-то гнало его вверх, заставляло ускорять шаг. Открывая дверь в квартиру, Хейл всерьез задумался над тем, что ему с того, что происходит в квартире сейчас. Он практически не был знаком с подростком, тот ничего для него не значил. По крайней мере, не должен значить. Они же даже не говорили почти, правда? Впрочем, это казалось не таким важным, а важным было совсем другое — в его квартире был напуганный парень, совсем ребенок. У Дерека были сестры, одна из них училась в колледже и была немногим старше Стайлза. И именно это, как думал Дерек, заставляло его оказывать помощь мальчишке, или стараться это делать. Впрочем, говорить об этом и копаться в себе он не собирался. Войдя в квартиру, Дерек тут же почувствовал металлический запах. Он был слабым, но тошнотворным, пропитывал воздух вокруг, от него в горле вставал мерзкий ком. Следующее, что видит Дерек — пленку, расстеленную по полу гостиной. Она была видна из коридора, хотя сначала Хейлу показалось, что в комнате все залито водой — прозрачная пленка очень плотно прилегала к паркету. После этого Дерек слышит звук удара об пол. Что-то упало в гостиной, словно мешок с картошкой. Следом последовал тихий крик. — Черт! — сквозь зубы прорычал Дерек и, не разуваясь, вбежал в гостиную. Слух его не обманул. На полу, жмурясь от боли, лежал Стайлз. Нижняя губа его была разбита, на скуле расцветала багровая гематома, мальчишка держался за ребра, а из пореза на щеке текла кровь. Над мальчишкой возвышался Чак. В руке у охранника была короткая и явно тяжелая дубинка, которой он уже замахивался, собираясь вновь ударить подростка. Лицо его было перекошено злобой, и Дерек еле успел перехватить руку, оттолкнув застигнутого врасплох охранника в сторону. — Ты совсем с ума сошел?! — сорвался на крик Хейл, приподнимая голову парня. Стайлз с трудом приоткрыл глаза, смаргивая кровь, налипшую на ресницы. — И где тебя так долго носило? — очень тихо, почти шепотом спросил мальчишка, — все веселье пропустил. Мы тут неплохо проводили вре… Договорить Стилински не успел, заходясь хриплым кашлем. — Да я не виноват, он хамил и… — Закрой рот, пока я тебе все зубы не выбил, — ярость кипела в младшем Хейле и готова была вырваться наружу. И вряд ли бы это закончилось хорошо. Чак хотел было что-то ответить, но, взглянув на Питера, который жестом указал ему на дверь, решил промолчать и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Дерек с трудом взял себя в руки и, пересадив Стайлза на диван, заглянул мальчишке в глаза. — Голова кружится? Тошнит? — спросил он, ощупывая ребра парня. Стайлз недовольно поморщился, неловко уворачиваясь от рук Дерека, — Стайлз, ответь мне, у тебя может быть сотрясение. — Мне вдарили по голове минимум три раза, — ворчит мальчишка, поднимая глаза на Хейла, — я грохнулся на пол, стукнувшись головой о стену. — Даже не вздумай спрашивать, что из этого следует, без тебя знаю, — как ни странно, раздражающая манера разговора подростка, успокаивает Хейла. Похоже, не так уж и сильно он пострадал. Впрочем, облегчения своего Хейл не показывает, хмуря брови, — Питер, принеси лед из морозилки. — Почему это я? — в голосе Питера слышится возмущение и толика насмешки. — Потому что тебя я и на секунду в одной комнате с ним наедине не оставлю, — приподняв брови, ответил мужчина. Он и сам не совсем понимал, почему так печется о парне, скидывая это на банальную человечность, которой раньше он у себя не наблюдал. Питер ехидно усмехнулся, но все же выполнил просьбу племянника. Как только дядя скрылся за дверью, Дерек пересел на диван, разглядывая застеленный пленкой пол. Было не совсем понятно, зачем она была нужна, ведь крови было не так много, хотя Дерек догадывался, что она просто не успела натечь — слишком уж рано вернулся хозяин дома. Стайлз тихо шмыгнул носом, аккуратно устраиваясь на диване. — Черт, как ребра болят, — проворчал Стайлз, — мне определенно нужно к врачу. — Согласен, — ответил Хейл. На этом продуктивный разговор закончился. Дерек прекрасно понимал, что Питер не даст ему отвезти подростка в больницу, но и оставить его без помощи врача нельзя. Вернувшийся из кухни Питер в буквальном смысле бросил в Дерека пакетом со льдом. Племянник сквозь зубы поблагодарил его, прикладывая пакет со льдом к скуле парня. Тот блаженно прикрыл глаза, подаваясь щекой навстречу. — Ладно, мальчики, развлекайтесь пока, врача я вам пришлю, — улыбнувшись, Питер прихватил камеру с записью и поспешил удалиться. Стайлз проследил за мужчиной взглядом и, как и в прошлый раз, громко выдохнул. Похоже, Питер действительно внушал парню ужас. — Черт, — выругался парнишка, сгибаясь почти пополам, — слишком много событий за два дня, слишком много. — Держи лед сам, не маленький уже, — проворчал Дерек, отпуская пакет. Он прекрасно понимал, что это даже диалогом не назвать. Мальчик нуждался в утешении и, по большому счету, нужно было бы отвезти его домой или в больницу. Но, в первом Дерек никогда не был силен, а проще говоря, вообще не умел утешать. А вот со вторым у Дерека были какие-то совершенно другие, непостижимые даже самому Хейлу проблемы. Он не был уверен в том, что хочет сделать так, как нужно и это странно. — Дерек, а долго еще держать-то? — голос парнишки вывел Дерека из состояния задумчивости. Он покосился на Стайлза. Мальчишка все еще сидел, прижав к болящей скуле пакет. Лед таял, холодная вода текла по шее, промокшая футболка приятно холодила горячую кожу. Дерек снова невольно засмотрелся на мальчишку, чувствуя себя последней скотиной. — Давай сюда, — приняв у парнишки лед, Дерек быстро отнес его на кухню и вернулся обратно с аптечкой. Стайлз аккуратно коснулся пальцами красной и распухшей нижней губы. Она ныла, болела больше, чем гематома на скуле, хотя, может ему так просто казалось. И еще Стайлзу было обидно. Не от того, что его избили за то, что он не хотел говорить на камеру то, что его просили, а от того, что его опять никто не послушал. Стилински ведь просил Дерека не оставлять его наедине с тем злобным «оператором», но кто же послушает обычного ребенка? Ни отец, ни друзья, ни даже Дерек, который был ему практически не знаком, но и он вел себя так же, как все. И Дерек видел эту обиду на лице мальчика. Как это ни странно — видел. Это было непривычно для Хейла — видеть эмоции человека, просто взглянув на него. Стайлз был искренним, по нему было слишком легко понять, что он чувствует. Ну, или, по крайней мере, так казалось Дереку. Сначала Хейл мужественно терпел обиженно пыхтящего мальчишку около себя, который сосредоточенно копался в аптечке, в поисках йода. Дерек старался не смотреть на него, смотрел в документы, делая вид, что работает, потом отложил бумаги в сторону, сложив руки на груди. Проблема была в том, что Дерек не знал, на что конкретно обижен подросток. В этом была основная проблема. Хейл мог только догадываться, и что-то ему подсказывало, что рано или поздно обиженный подросток его достанет. — У тебя нет йода, — констатировал факт Стайлз, протирая ватой, смоченной спиртом, кровь с губ, — и пластыря тоже нет. Зачем такая аптечка вообще нужна? — Там есть бинты и игла, — возразил Дерек, понимая, что это оправдание крайне вялое. И Стайлз это явно тоже понял и попытался сделать скептичное выражение лица, но тут же сморщился от тянущей боли в разбитом лице. — Это конечно поможет, я забинтую себе лицо и зашью губу, — тут же исправился мальчик, стараясь вложить в голос как можно больше сарказма. Правда, даже это казалось сейчас каким-то вялым. — Давай лучше целиком тебе рот зашьем, — усмехнулся Хейл, откидываясь на спинку дивана. Мальчик презрительно фыркнул в ответ и отбросил аптечку в сторону. Он все еще выглядел обиженным, и не обращать на это внимание становилось все труднее. Дерек хмурился, отворачивался и пытался отвлечься, но Стайлз, который сидел рядом и, казалось бы, занимался своими делами, то есть сопел от дискомфорта в болящих синяках. Дерек тяжело вздохнул, прикрыв глаза: — Извини, — получилось тихо, и Стайлз чувствовал, как нелегко Дереку далось это слово. Он ехидно улыбнулся, медленно поворачиваясь лицом к мужчине: — Да ну? — И Дерек тут же пожалел, что вообще начал это: голос Стилински так и сочился сарказмом, — И за что же? Неужели за то, что ты меня не послушал и оставил с огромным страшным парнем, который сначала пытался заставить меня наврать отцу и вытянуть из него деньги, а после, когда я вполне цивилизованно объяснил, что делать этого я не буду, потому что у нас нет таких денег, а запчасти придут только через месяц, начал избивать? — Так уж и цивилизовано? — зацепившись за слово, хмуро спросил Хейл. Ему не хотелось признавать свою неправоту. — А ты что думаешь, я не умею разговаривать цивилизовано? Мы всего день как знакомы, а мнение у тебя обо мне уже в корне неправильное! — тут же вскинулся Стайлз, но, поймав на себе крайне скептический Дерека, тяжко вздохнул.- Ну ладно, допустим, что не так уж и цивилизовано… И возможно даже не вежливо… Дерек криво усмехнулся, поднимаясь с дивана. Мальчик проследил за ним взглядом, проводив мужчину взглядом, и, как только тот скрылся за дверью соседней комнаты, глубоко задумался. Как-то все было странно. Дерек был не тем, кому стоит доверять, но, тем не менее, на данный момент, казался самым безобидным и заслуживающим доверия человеком. К тому же Стайлз, который считал забавную хмурость Дерека чертовски сексуальной, не мог перестать косится на хозяина дома, когда тот не видел, ну, или когда Стайлз думал, что он не видит. Впрочем, даже если бы Дерек заметил, он бы, скорее всего, промолчал, сурово нахмурив брови. И, черт возьми, думал Стайлз, где только этот парень нашел такие брови? Он их купил на черном рынке, или они такие от рождения? Этот вопрос все еще не давал ему покоя, но отвечать на этот вопрос Дерек не хотел, так что и задавать его два дня подряд было бы бесполезно. Стайлз чувствовал себя не очень хорошо. Ему было больно, ребра ныли, все лицо горело, а голова неприятно кружилась. Он прилег на диван, головой зарылся в подушку, надеясь, что его не стошнит. И единственное, что сейчас интересовало мальчика это «Бог мой, когда приедет врач?». И еще ему было совсем немного интересно, куда ушел Дерек. Впрочем, этот вопрос интересовал его гораздо меньше — мужчина ведь вовсе не обязан без конца сидеть рядом с ним. Звонок в дверь заставил мальчишку приподнять голову. Откуда-то из конца коридора вышел Хейл, открыв дверь врачу, встал у окна, наблюдая, как мужчина проходит к лежащему на диване парню. Врач присел рядом, задавая короткие вопросы о самочувствии Стайлза. Лишних вопросов он не задавал, что невероятно радовало Дерека — он не знал, рассказал ли врачу Питер о том, что случилось, или он просто привык к таким вот вызовам, но объяснять, что стряслось, ему не хотелось. — Ну, молодому человеку повезло, — закончив с мальчишкой, доктор повернулся к Дереку, который смотрел на происходящее, прислонившись к подоконнику поясницей, — признаков сотрясения нет, гематома небольшая, за пару недель сойдет. Единственное, что меня беспокоит, это его ребра. Вполне возможно, что в одном из них трещина, я перевязал его покрепче, так же следует делать еще хотя бы месяц. Обезболивающее пить не больше трех раз в день, по одной таблетке. — Спасибо, доктор, — кивнул Дерек, выходя в прихожую, чтобы проводить врача. Стайлз проследил за ними взглядом, касаясь пальцами приклеенного к щеке компресса. Намного легче ему не стало, но туго забинтованные ребра ныли уже чуть меньше, таблетка обезболивающего, которую врач дал ему почти сразу же, начинала действовать, и, честное слово, Стайлз не знал, по какой причине он взял у незнакомого человека лекарства. — Ну что, легче? — поинтересовался Дерек, вернувшись в комнату. — Ага, — вяло отозвался парень, снова ложась на подушку, — зачем ты уезжал? — сонно спросил он, хотя особо интересно ему не было. Он просто не хотел, чтобы Дерек уходил. — Не зачем, как оказалось, Питер меня не звал, — ответил Дерек, собираясь уйти в комнату. Мальчишка клевал носом, и мешать ему Дерек не собирался, понимая, что ему и так тяжело. — Постой, не уходи! Ты что, собираешься оставить умирающего в одиночестве? — притворно жалобно спросил мальчишка, приподнимая голову. — Ты не умираешь, Стайлз, — закатив глаза, проворчал Дерек, тем не менее, останавливаясь. Он думал над тем, остаться ему, или вернуться в комнату, чтобы не слышать и не видеть парнишку, — через пару месяцев будешь как новенький. — И все-таки, в том, что мне плохо, больно и страшно, есть доля твоей вины, — весомо заметил мальчик, но, поняв, что Дерека он все еще не убедил, взмахивает руками, тут же шипя от боли в ребрах, — да брось ты, я же прошу тебя всего лишь посидеть две минуты рядом! Это не смертельно и уж точно не подорвет твой статус сурового мачо! Дерек несколько секунд стоял рядом, раздумывая над этим, и, тяжело вздохнув, сел рядом. Стилински, довольной своей маленькой победой, улегся обратно, накрываясь одеялом. — А у меня завтра контрольная, — вдруг заявил Стайлз, закрыв глаза, — по литературе. — И что? — недоуменно спросил Дерек. — Разговор, Дерек, это называет разговор, — протянул парень, приоткрывая одно веко, — я говорю что-то, ты мне отвечаешь. Этим занимаются люди, когда им нечем заняться. Или чтобы передать информацию. Или когда им нечего делать, и надо передать информацию. — Не умничай, а то уйду, — словно маленькому ребенку, пригрозил Хейл Стайлзу. И, как ни странно, парень послушался, снова закрыл глаз и уже через несколько минут заснул. Дерек смотрел на умиротворенное лицо спящего подростка, думая над тем, что так парень ему кажется гораздо милее и спокойнее. — Черт, проблем мне было мало, — проворчал Дерек, хотя прозвучало это совершенно не так недовольно, как ему бы самому хотелось. Натянув на Стайлза одеяло в порыве несвойственной себе нежности, мужчина отправился на кухню, решив заказать на ужин пиццу, пока парень спит.