Песня банши

      Этот надоедливый призрак пристал к нему после миссии в Ирландии.       Тонкая полупрозрачная фигурка, издавая надрывный плач, переходящий местами в вой, вылезла из болота, рядом с которым лежал, тяжело дыша, восстанавливаясь, юноша после битвы с Акума. От тела валил пар, видневшийся белыми облачками в выдавшуюся холодную ночь. Кровь на плече запеклась, перед глазами Канды всё плыло. Мутная пелена не позволяла видеть что-то дальше своего носа, боль то утихала, и казалось, что уже можно встать и начать двигаться в сторону ближайшей деревеньки, как тут же накатывала с ещё большей силой. Кусочки бывшей новой формы хаотично были разбросаны по поляне.       Юу дёрнулся от чьей-то холодной ладони, нежно гладящей его щёку.       Зрение ещё не полностью восстановилось, и от этого становилось не по себе. Ведь никого живого в радиусе километра тут быть не должно и не может. Это болото считается проклятым, и его обходили.       «Странно всё это» — проваливаясь в сон от усталости, подумал Канда, желая скинуть всё на игру воображения.       Действительно, кто может быть здесь и сейчас, кроме него с зажатым в руке куском чёртовой Невинности.

***

      Но это было не видение.       В поезде, кроме преследующих всю его жизнь лотосов, в воздухе висел призрак, не прекращая рыдать всё время, что Канда ехал обратно в Орден. Как бы Юу не закрывал уши, он слышал отдающийся в голове плач.       Но чтобы он не спросил насчёт этого у Комуи, тот лишь пожимал плечами и давал успокоительное на ночь. Мол, перетрудился.       Спать было просто невозможно. Девушка, с припухшими от слёз глазами, седыми волосами, заплетёнными в небрежную косу и закутанная в белый плащ, доходящий ей до босых ног, стонала, изредка всхлипывая, останавливаясь на несколько секунд, чтобы перевести дыхание.       Рёв девок Канда не переносил на дух.       Камень в груди глухо стучал, заменяя биение сердца.       Спрятав голову под подушкой, парень перевернулся на другой бок, к стене, даже не надеясь уснуть.       Так продолжалось уже больше недели.

***

      — Канда, помнишь, я говорил про стойкость камня? Я боюсь, он уже на пределе, — сразу в лоб начал Смотритель, стоило только экзорцисту войти в кабинет.       На этих словах девушка завопила, что волной от её крика снесло высокую шатающуюся башню из отчётов и разных документов, вечно валяющихся на  у Комуи.       Юу уже не пытался спрятаться от воя — понял, что бесполезно, на днях вычитав в одолженной у Историка книге, что банши — плачущие предвестницы смерти. А то, что эта девчонка — банши, сомнений теперь не оставалось.       Хмыкнув, Канда даже не стал слушать мужчину, беря со стола папку с заданием и разворачиваясь к выходу.       Смерть, говорите? Как бы не так! Он ещё не встретил ту девушку, которую видит во снах.

***

      Резкий вопль в самое ухо заставляет Канду отпрыгнуть. А через секунду в это место упала последняя, самая неожиданная пуля неизвестно какого по счёту монстра.       Что-то несвязно шепча, Юу, держась за бедро, встал, опираясь на меч.       — Зачем ты это сделала? Ведь тебе от этого никакой выгоды нет… избавилась бы раньше времени от меня, вернулась бы в своё болото… — хрипя, произносит парень, поднимая признательный взгляд на банши.       Та в ответ, молча, обнимает его и прикасается ухом к груди, в том месте, где слышен болезненный стук каменного сердца.       Если вечно слышать песни-рыданья Мелкой — это и есть плата парня за продолженную жизнь, то он готов их терпеть.       И так же, не говоря ни слова, касается губами холодной мягкой макушки.

***

      Пусть этот призрак и надоедливый, но он спасает Канде жизнь уже не раз. И Юу ей благодарен, хоть и не скажет об этом никогда вслух.