My best friend

— Эх, ну и что мне теперь с ней делать… — Понятия не имею. Но она, похоже, не из буйных. И это уже неплохо. — Это я уже понял... — Разбирайся сам, а мне пора. Не место ей здесь… Голоса звучали смутно, неотчетливо. Лемми с трудом открыла глаза и помотала головой, отгоняя дурноту. — Ой... А где я?.. – испуганно прошептала она, оглядывая незнакомую небольшую комнату с белыми стенами и закопченным окном, наглухо заделанным решеткой. — Ты очнулась. Хорошо…– раздался знакомый голос. Перед ней появился парень в очках, тот самый, которого она мельком видела, когда сидела в шкафу вместе с мистером Пиклзом. Кстати, а куда он делся?.. – Скажи мне вот что… Ты с какого этажа сюда пришла, голубушка? Лемми не отвечала, а только растерянно моргая глазами, разглядывала паренька. Перед глазами почему-то все плыло, но особенно отчетливо она различала красные пятна на его халате. — Эй, не отключайся! – он бесцеремонно потряс ее за плечо. – Я задал вопрос. Ты с какого этажа? — С седьмого, – ответила она. Слова почему-то выходили медленно и с трудом. — Ясно. Из обеспеченных. Это хорошо, – вздохнул он и виновато на нее посмотрел. – Ты извини… Я это… Машинально… — Что?.. — Я тебе снотворное кольнул, – пояснил парень. — Нечаянно. Извини уж. — Ничего страшного… – пробормотала Лемми. – Скажите, пожалуйста, а что это за место, мистер… э-э… — Что ты, – смутился парень. — Я просто Сниффлс, окей? — А я Лемми. – улыбнулась девушка. – Ну так вот, Сниффлс, что же все-таки это за место? — Как бы это сказать… Я-то тут только на стажировке. — замялся парень. – А тебе, должно быть ничего совсем не говорили. И правильно делали… В общем, это место… — Добро пожаловать в психушку, дорогая моя, — раздался голос за ее спиной, полностью заглушая слова Сниффлса. — Мистер Пиклз!... — А ведь говорил тебе много раз, – укоризненно покачал головой он, наклонившись к ней и всматриваясь в ее лицо. – Они ведь все притворялись… Никакая это не «школа». Тебя все эти годы обманывали, чтобы держать взаперти, понимаешь, Лемми. Даже твой отец и мать лгут тебе. Разве я не прав? — Это ведь мне все снится, да?.. – с надеждой спросила девушка, наблюдая за тем, как вся комната постепенно то расплывалась серой дымкой, то снова становилась нормальной. — Нет, это правда, – вздохнул мистер Пиклз. — Ты же сама все видела. — Не говори так… — прошептала Лемми. – Пускай это будет сон. — Тебе пора бы уже проснуться, – невесело улыбнулся он, вертя в руках свой черный цилиндр и задумчиво рассматривая комнату. — Но за что?.. — говорила она. – Разве я сделала что-то плохое? — Ты – не делала, – сказал мистер Пиклз, водружая цилиндр обратно на свою голову. – Ты не способна сделать что-то злое. — П-почему тогда?.. — Лемми, наивная моя госпожа… Зачем ты продолжаешь верить людям? Взгляни правде в лицо и не мучай сама себя… Его мягкий голос постепенно затихал и растворялся в размытом тумане, который окутывал все ее сознание. — Эй! Не отключайся! – смутно услышала она голос Сниффлса. – У тебя уже бред начался… Вот я дурак, надо же было так накосячить… Лемми, ты слышишь меня? Лемми не отвечала. Ее глаза постепенно слипались и она послушно позволила темноте снова подхватить ее мягкими лапами и унести в свой уютный дом, где-то там, в глубине молчаливой пустоты. Когда она проснулась, было уже утро. Солнечные лучи мягко скользили по ее лицу, пробиваясь сквозь незакрытое окно. Она потянулась и вздохнула. «Неужели мне действительно все приснилось?» Ее взгляд немедленно наткнулся на свитер, бывший когда-то белым и она тяжело вздохнула. — Как жаль, – пробормотала она и отправилась в ванную отмываться от дурацкой серой пыли. Едва она вышла из ванной и переоделась в чистый свитер, как в ее дверь постучал и без лишних церемоний зашел еще молодой мужчина в синем строгом костюме и накинутом сверху халате. Это был ее психиатр. Лемми застонала и уселась в кресло, приготовившись слушать долгий и содержательный разговор. — Сегодняшней ночью случился инцидент, – с каменным лицом произнес он. – От лица всех я приношу Вам глубочайшие извинения. — Извинения? Извинения?.. – мрачно повторил мистер Пиклз, мгновенно материализовавшийся рядом с ним. — Да одних их ей недостаточно, жалкий ты подхалим! — Перестань, пожалуйста, – сказала ему Лемми. – Не надо. — Вы что-то сказали? – поднял брови врач. Разумеется, высокого человека в цилиндре и смокинге, стоящего совсем рядом с ним он не видел. — Нет-нет. Продолжайте, – вздохнула она. — Ну так вот. Вам не стоит принимать все так близко к сердцу. — Это в самом деле клиника для… вы понимаете, что я имею в виду… — Верно, но все не так плохо, как Вы думаете, уверяю Вас, мисс Лемми! – воскликнул психолог. – То, что вы видели, всего лишь мелкий нюанс. Такое бывает в любой профессии, к сожалению. И наша не исключение. — Нюанс?.. – протянула Лемми. – Ведь он… Он же человека убил. А Вы называете это, с позволения сказать, нюансом ! — Э-э… Ну… — Неужели вы и всех остальных обманываете так же, как и меня? Почему Вы вообще это делаете?.. — Понимаешь ли, иногда правду лучше не рассказывать, – проникновенно произнес врач. – Ведь если все они вдруг узнают…Что Вы!... Так лучше для всех – ничего не знать. А мы лишь только исполняем свои обязанности. — Вот как… А я-то думала, что могу вам верить… — прошептала Лемми, опустив голову. – Ну и дура же я. — Прошу Вас, просто забудьте обо всем, что вы видите. Все вернется на свои места. А если Вас будет снова что-то беспокоить, я всегда рад Вас видеть в своем кабинете. — Еще бы ему не радоваться, ему же за тебя платят… — прошипел мистер Пиклз. – Не обращай на него внимания, Лемми. Он не стоит того. Лемми всхлипнула и отвернулась. — Ну что Вы?.. – огорченно покачал головой врач. – Успокойтесь, – он дружески положил руку ей на плечо и тут же передернулся, хватая ртом воздух. — Ч-что?.. Мистер Пиклз быстрым движением выхватил пояс из его халата и обмотал его вокруг горла психолога, после чего от души ударил головой об острый край письменного стола. — Зачем ты это сделал, мистер Пиклз!? – закричала Лемми, глядя, как по полу растекается лужа крови, хлынувшая из раны в голове доктора. — Он мне никогда не нравился, – сплюнул он. – И вообще, я ни за что не допущу, что бы хоть кто-нибудь еще до тебя дотрагивался. — Боже мой… — прошептала Лемми. – Ты всегда все не так понимаешь… Что же нам теперь делать, мистер Пиклз?.. Ведь из-за тебя, нас… меня… отправят в то место. — Я этого не допущу, – твердо сказал мистер Пиклз. — Нет, допустишь. Ты же ведь моя выдумка… — вздохнула Лемми. – Мне нужно было бы давно это признать. Ведь только я одна могу видеть тебя. — Разве «выдумка» сделала бы так? – поинтересовался мистер Пиклз и кивнул на распростертого на полу врача – Мы оба с тобой прекрасно знаем, что ты, хрупкая девушка, при всем желании не сумела бы таким образом умудриться убить взрослого мужчину. — Э-э?.. Но как же… — растерянно побормотала Лемми, глядя на него во все глаза. – Т-тогда… кто же ты такой, мистер Пиклз?.. Мистер Пиклз, помолчал, задумавшись и постукивая по полу своей тростью. — С одной стороны, я чувствую себя настоящим, а с другой… Ах, Лемми, если бы я только сам знал, кто я на самом деле. — Кажется, я начинаю понимать, почему меня отправили сюда, – задумчиво сказала Лемми. — Давай просто сбежим отсюда, Лемми. – предложил мистер Пиклз, присаживаясь рядом с ней на подлокотник кресла. – И начнем жить заново. Разве тебе не надоело сидеть взаперти и терпеть всю эту ложь? — Надоело, – согласилась она. – Но всему причиной являешься ты… Почему бы тебе просто не уйти, мистер Пиклз?.. — Я?.. – он вздрогнул и посмотрел на нее так, будто она его ударила. — Пожалуйста, просто уйди, – она бессильно уронила свою голову на скрещенные руки и прижалась к спинке кресла, дав себе слово, что больше ни за что на него не посмотрит. Даже в последний раз. Некоторое время мистер Пиклз молча смотрел на нее с ничего не выражающим лицом. После чего отвернулся и в такой же молчаливой тишине вышел вон из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь и исчезая в темноте коридора, в котором ранним утром никто не торопился включать свет. Лемми тихо полулежала в кресле, старательно прислушиваясь. И только тогда, когда убедилась в том, что он и не думает возвращаться обратно, она горько, навзрыд заревела.