Желание на Рождество

— Ну, вот Рождество и закончилось, — Билл понуро посмотрел на циферблат часов. — Уже начало первого ночи… — Билл… — Том приблизился к юноше и, взяв его ладони в свои, заглянул в глаза. — Рождество ещё не закончилось. Оно будет продолжаться до тех пор, пока ты сам этого хочешь. — Том, можно тебя попросить? — нерешительно начал брюнет. Ему было страшного от того, что этот чудесный человек откажет. А если это вообще его обидит и он снова уйдёт, но теперь уже точно навсегда? Биллу было очень страшно. — Всё, что угодно… — прошептал Трюмпер. — Поцелуй меня… — юноша залился румянцем. — Пожалуйста… Эта просьба удивила Трюмпера. Он и не думал, что нравится Биллу. Сейчас юноша был таким трепетным и нежным, что и без этих произнесённых слов вслух, Том хотел поцеловать его, но сам бы никогда на это не решился. Он очень боялся сделать что-то против воли Каулитца и быть отвергнутым. Том вплотную приблизился к дрожащему юноше, которого лихорадочно била дрожь, и он до сих пор боялся, но теперь уже другого. Это будет его первый поцелуй. Он даже никогда не заострял своё внимание на целующихся влюблённых пар в фильмах. Он не знал, как нужно правильно целоваться. Трюмпер чувствовал напряжение юноши. Он провёл рукой по нежной щеке брюнета, и Билл блаженно прикрыл глаза. Ни разу в жизни его никто не гладил по щеке. Он даже не мог предположить насколько приятно это может быть. Потом Том немного наклонился и одной рукой обхватил Билла за талию. Вторую же положил ему на затылок. Брюнет уже сейчас часто и судорожно дышал, а что с ним будет вовремя поцелуя? Оттолкнёт Тома, которого сам попросил поцеловать, или может быть потеряет сознание? Тогда это будет самым настоящим позором. Нет, Каулитцу лучше не стоит об этом вообще думать. Нужно просто довериться Тому и всё будет хорошо. Трюмпер медленно провёл языком по пересохшим, чуть приоткрытым губам брюнета, увлажняя и пробуя их на вкус. Затем обхватил губами сначала нижнюю губу и начал слегка посасывать её, потом тоже самое проделал и с верхней. Билл не мог даже пошевелиться, только стал ещё более учащённо дышать. Ему были приятны эти ласки, но он совершенно не знал, что ему делать. Том понял, что этот юноша настолько невинен, что даже не познал сладость поцелуя. Ему это очень нравилось. Он испытывал невероятный трепет внутри. Юркий язычок проник в горячую глубину Билла. Прошёлся по ряду ровных зубов, нёбу и, прикоснувшись к языку, почувствовал холодный привкус металла. Этот контраст уносил Трюмпера в мир наслаждения. Он так сильно возбудился, что и сам испугался этого. Билл просил его только о поцелуе, но не более. — Останови меня, прошу тебя… — рвано, хрипловатым голосом попросил Том. — Иначе я зайду слишком далеко… — Я не хочу, чтобы ты останавливался… — так же рвано дыша, произнёс Билл. — Не хочу… Мне нужно это, Том. Сейчас… Том снова припал к таким желанным губам. Нежным как лепестки роз. Сладким как мёд. Податливым. Он снова целовал его нежно, лишь немного углубив поцелуй. Он хотел доставить удовольствие, а не боль. Хотел, чтобы этот поцелуй юноша сохранил в своей памяти надолго, и чтобы это было приятным воспоминанием. Теперь Том целовал подбородок брюнета, задержался на бугорке кадыка и спустился ещё ниже, на пульсирующую венку на шее. Билл инстинктивно откинул голову назад, тем самым открывая больший доступ к нежной коже. Проворные пальцы быстро расстегнули пуговицы на кардигане, и тёплые ладони забрались под тонкую ткань футболки, оглаживая горячее тонкое тело. От каждого прикосновения Билла ударяло словно током. Эти ласки были настолько приятны ему, что он уже терялся в своих же ощущениях. Он желал лишь одного — чтобы эти ласки никогда не заканчивались. — Где твоя спальня? — хрипло спросил Том, смотря Биллу в глаза. — На втором этаже вторая дверь направо, — ответил брюнет. Трюмпер взял лёгкое тельце юноши на руки, Билл обнял Тома за шею и положил голову ему на плечо. Том поднимался по лестнице, осознавая, что несёт на своих руках настолько хрупкого и дорогого для себя человека, что нужно быть с ним очень нежным. Да, он подарит Биллу сегодня ночью небывалую нежность, и юноша запомнит это навсегда. Открыв дверь в комнату брюнета и обведя её взглядом, Том увидел огромную кровать с балдахином и направился к ней. Билла снова начала трясти мелкая дрожь. Отступать уже было поздно, да и Каулитц не хотел. Он желал Тома. Брюнету нравились его прикосновения. Его блуждающие ладони на своём теле. Его поцелуи. Он чувствовал, что Том не причинит ему зла. Но юноша боялся снова сделать что-то не то, и этим самым оттолкнуть от себя Трюмпера. Он не знал, что ему делать и это угнетало его. Том снова будто почувствовал настроение Билла, осторожно усадил его на кровать, пригладил его волосы и заглянул в глаза. — Ты действительно этого хочешь? Если ты вдруг передумал, я пойму, — Том одарил брюнета ласковым взглядом. — Я хочу… — больше Билл ничего не сказал. Он залился румянцем. Ему было неловко. Том снова припал к губам юноши. Теперь он действовал намного увереннее и поочередно покусывал губы Билла, сразу же зализывая место укуса. На этот раз брюнет попытался ответить на поцелуй и у него это почти получилось. Их языки переплелись, их дыхание было рваным и тяжёлым, тела были возбуждены и требовали ласки. Они не верили, что это всё происходит с ними в реальности, ведь ещё вчера днём не были знакомы. Если бы не метель, если бы не занесло машину, если бы Билл не остановился и не предложил свою помощь… Если бы… Что это: подарок судьбы или очередная её насмешка? Каулитц сейчас сходил с ума от своих же мыслей и желаний, от поцелуев и осознания того, что Том рядом. Его сердце бешено билось в груди, а душа трепетала. Неужели это всё не снится Биллу? Неужели это всё происходит с ним в реальности? Как же в это сложно поверить. Том оторвался от губ и начал целовать каждый пальчик Билла, внимательно смотря на него. Юноше снова были приятны эти ласки, и он снова смущался, избегая смотреть Трюмперу в глаза. — Ты такой милый, когда смущаешься, — Том продолжал целовать его пальчики. — Том… — рвано выдохнул Билл. — Ты смущаешь меня ещё сильнее… Том тепло улыбнулся и, целуя юношу в плечо, снял с него кардиган, который так ему нравился. Затем подцепил тонкими длинными пальцами края футболки, и она через мгновение уже лежала на полу, рядом с кардиганом. Покрывая поцелуями шею Билла, Том уложил его на холодный шёлк тёмно-синих простыней и спустился поцелуями ниже. Провёл губами по соблазнительным впадинкам на ключицах, покрывая их лёгкими поцелуями. Спустился ещё ниже. Осторожно лизнул и тут же втянул губами тёмный затвердевший сосок, легонько прикусив, и тут же зализав место укуса. Тоже самое проделал и со вторым. Кожа Билла моментально покрылась мурашками от приятных прикосновений, и он тихо всхлипнул от новых ощущений. Трюмпер проложил мокрую дорожку из поцелуев до впадинки пупка и скользнул в неё языком. Билл снова прикрыл глаза и снова потерялся в своих ощущениях. Облизнув внезапно пересохшие губы, он прикусил губу, стараясь выровнять дыхание. Как Том это делает? Это магия или же это просто прикосновения опытного мужчины? Том спустился ещё ниже, обводя языком контуры вытатуированной звезды, и избавляя Билла от одежды. Обвёл обнажённое красивое тело брюнета восхищённым взглядом и почувствовал приятную тяжесть внизу живота. Это девственное тело сводило с ума, эти соблазнительные влажные губы так и манили впиться в них поцелуем, этот тонкий аромат шоколада, исходящий от атласной кожи брюнета, не давал думать ни о чём другом, кроме юноши. Том неохотно оторвался от такого желанного тела, чтобы и самому избавиться от одежды. Юноша сразу же это почувствовал и сжался от неприятного холода. Он разочаровано вздохнул и открыл глаза, смотря уже на обнажённое красивое тело Тома с развитой мускулатурой, и вновь смутился. Трюмпер удобно лёг между разведённых ног Билла, боясь спугнуть юношу. — Том… — тяжело дыша и сгорая от стыда, произнёс брюнет. — Да? — Том внимательно смотрел на Билла. — Скажи, что любишь меня, — щёки юноши пылали. — Я знаю, что это не так, но мне нужно это услышать, — слова путались. — Это ни к чему не будет тебя обязывать. Том продолжал внимательно смотреть на брюнета и ничего не понимал. Зачем это Биллу нужно? Почему он хочет услышать эти слова, если сам понимает, что они будут не правдивы? Нет, Трюмпер уже испытывал сильную влюблённость к этому юноше, но пока это не было любовью. Слишком мало времени прошло для такого прекрасного чувства. Видя замешательство и немой вопрос в глазах Тома, брюнет продолжил. — Просто, я так давно не слышал этих слов… Трюмпер продолжал молчать, всё ещё обдумывая слова Билла. Юноша же понял, что попросил слишком многого. Ему сейчас было так стыдно и неловко. Хотелось убежать. Хотелось скрыться от всего мира и разрыдаться во весь голос. Глупый, какой же он глупый. — Прости, Том… — Билл потупил свой взгляд. — Я не должен был просить тебя об этом… Прости… — он закрыл своё лицо руками, и Том услышал тихие всхлипы. У Трюмпера всё сжалось и защемило внутри. Только сейчас ему стало понятно, почему юноша попросил об этой просьбе. Билл настолько одинок и несчастен, что эти слова — слова отчаяния. Мысленно отругав себя, Том нерешительно позвал юношу. — Билл, — брюнет никак не реагировал, тогда Трюмпер снова позвал юношу. - Ну, Билл… — он даже обхватил его запястья своими руками, но Билл так и не убрал свои руки. — Билли, я люблю тебя, — Том даже и сам не понял, как сказал это. Это получилось само собой, и от этих слов по всему организму разлилось тепло. Сразу стало так легко и спокойно. — Спасибо… — прошептал брюнет, убрав ладони с лица, и красными от слёз глазами благодарно посмотрел на Тома. — Билл… — Трюмпер начал осыпать поцелуями лицо юноши. Нежно целовал в закрытые веки, щёки, скулы, подбородок… Он не понимал, что с ним происходит. Руки Тома скользили по стройному телу брюнета, сильно прижимая к себе, словно стараясь почувствовать, как соединяются их души. Его руки оглаживали плечи, грудь, бока, живот. Ладонь скользнула ниже, и Том обхватил пальцами возбуждённую плоть юноши, начиная ласкать её. Прошёлся несколько раз по всей длине ствола. Большим пальцем огладил головку члена, и Билл задрожал всем телом от интимности и наслаждения. Где-то внизу него нарастал тугой комочек, и юноша издал тихий всхлип. Смятые простыни и горячее обжигающее дыхание. Шире разведённые ноги и панический страх перед неизвестностью. — У тебя есть крем? — Трюмпер убрал руку с возбуждения брюнета и посмотрел в его глаза. — В верхнем ящике, — шумно выдохнул Билл, взглядом, показывая на прикроватную тумбочку. — Здесь? — Трюмпер привстал и открыл нужный ящик. Юноша лишь кивнул. Том выдавил себе на ладонь немного крема из тюбика и осторожно коснулся скользкими пальцами ложбинки между ягодицами, нанося смазку на сжавшееся от холодного прикосновения колечко мышц. Билл напрягся всем телом и прикусил губу, почувствовав палец Тома внутри себя. — Тише-тише, — прошептал Том на ушко Биллу, обжигая и щекоча своим дыханием. — Потерпи, пожалуйста. Том волновался не меньше юноши, боясь причинить ему боль. Он отвлекал Билла своими поцелуями в губы, шею, плечи. Поглаживал такое соблазнительное тело. Долго и аккуратно растягивал брюнета. Второй палец принёс Биллу невероятную боль и, сжав мышцы внутри себя, он выгнулся от боли. Лицо Билла покрылось испариной. Он мял простыни, морщился, кусал губы в кровь, и Том физически чувствовал боль юноши. Трюмпер оглаживал его бёдра, низ живота, снова ласкал возбуждённую плоть и шептал успокаивающие слова на ушко. Когда Том заполнил юношу уже тремя пальцами, и нащупал комок нервов, Билл не выдержал и начал постанывать, но уже не только от боли. Боль и наслаждение смешались воедино и превратились в одно сплошное безумство. Брюнет горел. Он плавился в сильных и умелых руках Трюмпера, теряя счёт времени и путаясь в своих мыслях. Когда пальцы покинули разгорячённую плоть Билла, Том распределил оставшуюся смазку по члену, проскользив всей ладонью от головки к основанию и обратно, и начал медленно входить, находя лучший угол, и снова отвлекая брюнета нежными поглаживаниями и ласковыми словами. — Расслабься… — прошептал Том, наклоняясь и целуя Билла в губы, при этом поглаживая его по бёдрам. Брюнет пытался расслабиться, позволяя Трюмперу проникнуть почти полностью. Глубокий вздох, несколько секунд для того, чтобы прийти в себя и медленные движения. Том входил очень аккуратно и двигался медленно, стараясь как можно меньше причинить Биллу боль. Он смотрел юноше в глаза и оглаживал руками его грудь. При каждом вхождении задевая чувствительную заветную точку наслаждения, с каждым разом проникая всё глубже, заставляя юношу выгибаться ему навстречу, тяжело дыша, требуя большего одним только умоляющим, горящим жаждой взглядом. Это была их ночь. Это было их одно желание на двоих. Первая и прекрасная ночь любви Билла, именно любви, которую он не забудет, не смотря на то, что их ждёт впереди. И не первая, но самая чудесная, ночь любви для Тома. Они связаны этой ночью. Их желания осуществились, они встретили друг друга, и сейчас счастливы. Они любят друг друга. Они дарят любовь друг другу. Они утопают в этой небывалой нежности, в этом трепете. Этой ночью их души соединились, не желая больше расставаться. Билл до сих пор не верил в реальность происходящего. Может, он спит и скоро этот сладкий сон растает, как туман? Неужели на этот раз судьба дарит ему шанс стать счастливым? Неужели теперь всё будет хорошо, и он не будет одинок? Он чувствовал, с какой нежностью и трепетом к нему относится Том. Билл чувствовал, как Том отдаёт всего себя и тоже старался подарить ему всё самое прекрасное, что до сих пор хранил в своей душе. — Желанный. Единственный. Мой… — Трюмпер переплёл их пальцы. — Только мой… — Твой… — Билл даже и не старался противиться. Он словно заворожённый смотрел в тёплый взгляд напротив, и тонул в шоколадных глазах. Неужели это и есть любовь? Если да, то это самое прекрасное чувство на земле. Тела обоих прострелило яркой вспышкой удовольствия. Билл кончил себе на живот, чувствуя пульсацию внутри, и ощущая, как Том заполняет его собой. Они оба до сих пор прибывали в мире наслаждения. Том вжался всем телом в тело Билла и обнял его за талию, целуя в нежное плечико. Он боялся выпустить Каулитца из своих объятий. Боялся, что Билл окажется всего лишь миражом и растворится в воздухе. Больше он не уйдёт и не оставит Билла одного. Он так долго его искал и нашёл, когда меньше всего этого ожидал. Билл снова не оттолкнул Тома, позволяя обнять себя. Он и сам хотел этих объятий. Снова хотел почувствовать эти сильные руки на своём теле. Тепло, которое исходило от тела Трюмпера, что так сильно необходимо брюнету. Он снова почувствовал себя защищённым, и теперь проблемы не казались ему такими серьёзными. Он не хотел, чтобы эта ночь заканчивалась никогда, но скоро должен был наступить рассвет. Том быстро уснул со счастливой улыбкой на губах, а Билл никак не мог сомкнуть глаз. Он любовался спящим Томом и невесомо, чтобы не разбудить, обводил пальчиком контуры его губ. — Твой… Только твой… — прошептал он на грани слышимости с тёплой улыбкой на губах.