Осколки того мира

Утром, когда я встала, папа только пришел с ночной смены. Мы завтракали вместе. Попивая свой чай, папа неожиданно спросил меня: – Чибиуса, мне господин Такеши сказал, что видел тебя в воскресенье в больнице. Это правда? – Да, – ответила я спокойно. – А что ты там делала? У тебя что-то со здоровьем не так? Надо было мне сказать, ну, или маме, если ты стесняешься... – Папа! – покраснев, перебила я, – да все со мной хорошо! Я навещала друга, который лежал в этой больнице. – Так вот чего ты такая веселая пришла в тот вечер! – вмешалась мама – И что это за друг? И чем он болен?– уже будто допрашивая, спросил папа. – Это семпай... Он лежал в больнице для обследования... Ну, он подрался... и ему сильно досталось... – уже тихим голосом с опущенной головой начала мямлить я. – А он симпатичный? Смелый, наверное... – что-то замечталась мама. – Усаги! – сердито посмотрел на маму папа и продолжил свой допрос, – что еще за семпай? – Да, что это за семпай?! – спросила мама, пытаясь изобразить серьезное лицо, но это выглядело смешно. – Ну... Семпай, как семпай... – Откуда ты его знаешь? Ты же только начала учиться? – Пап! Ну, что за допрос такой? – резко встав из-за стола, сердито сказала я. – Чибиуса, просто мы же волнуемся за тебя. То ты приходишь вся расстроенная, то на следующий день уже веселая. Если этот семпай попал в больницу из-за драки, может он хулиган какой? Может, не стоит тебе с ним общаться... – Мама, да что ты говоришь! Ты всегда меня учила не судить о людях по первому впечатлению, по слухам, по внешности. Что нужно сначала узнать человека, а уже потом делать выводы о нем. А теперь ты сразу говоришь, что семпай хулиган, даже не зная его! – слезы уже сами начали катиться по моим щекам, не смотря на то, что я пыталась их сдержать, – он, между прочим, влез в драку, защищая меня и Хотару! – Что??? – глаза папы расширились, в них можно было увидеть глубокое удивление. Я не стала ничего объяснять, а просто убежала в свою комнату. Заперевшись, я легла на кровать. Слезы текли ручьем, но я не понимала, почему я плачу. Почему я не могу остановиться? Неужели это из-за того, что Гелиоса мама приняла за хулигана? Ведь это естественно, что они беспокоятся за меня. Но меня видимо это очень задело. Ведь Гелиос спас меня, при этом сам чуть не погиб, а они так плохо о нем думают. Да и почему у них сразу возникло такое негативное мнение? Гелиос хороший человек. Когда я была в больнице у него, мне было так тепло и хорошо на душе, что казалось, будто бы мы всю жизнь знакомы... Постепенно успокоившись, я оделась и молча ушла в школу. Встретив веселую Хотару, я уже позабыла утренний неприятный разговор. Я не стала ей рассказывать про утро, не хотела портить ей настроение. Мне кажется, Хотару нравится Гелиос, поэтому ей было бы неприятно слышать о том, что мои родители так о нем отозвались, тем более что Хотару очень уважительно к ним относится. Ведь отец Хотару воспитывал ее один с малых лет, потому что ее мама погибла при пожаре, когда Хотару была еще совсем крохой. Поэтому, моя мама в какой-то мере старалась дарить Хотару то материнское тепло, что иногда не хватало ей. Папа же всегда старался ее подбадривать. Наверное, именно из-за этого, мы с Хотару больше, чем подруги – мы как сестры. Отец Хотару и мои родители знакомы очень давно. Поэтому мы с Хотару дружим еще «с пеленок». Доктор Томо работает в одной больнице с моим отцом, только в разных отделениях. Он всегда тоже ко мне хорошо относился. В общем, мы были словно большая семья – я, Хотару, мои мама и папа, и отец Хотару. Конечно, иногда с Хотару мы ссорились, но по всяким мелочам, поэтому быстро мирились. Мы всегда друг другу все рассказывали и вместе находили выход из разных ситуаций, но сегодня, мне не хотелось ей говорить про разлад с родителями. Я больше хотела узнать, почему Хотару такая веселая. – Чибиуса, сегодня Гелиос придет в школу! Он предложил нам всем вместе пообедать на перемене! – радостно заявила Хотару. – Здорово! Сегодня чудесная погода, можем даже пообедать на улице! Хотя, стой... Вчера мне звонила Нанами... Она сказала, что после занятий не сможет, поэтому предложила обсудить нашу работу как раз на большой перемене... – вдруг вспомнила я. – Ну, вот... Что же делать? – с досадой сказала Хотару. – Может, ее пригласить вместе с нами пообедать? Там все и обсудим? – предложила я. – Чибиуса, и как ты это представляешь? Нам же нужно будет обсуждать работу, не думаю, что Гелиосу и Нобору это будет интересно... – Да, ты права, да и Нанами наверняка будет стесняться их... – только я это сказала, как нас окликнула Нанами. – Привет, девчонки! – Ой, привет Нанами... – Привет... – так же тихо, как я, произнесла Хотару. – А чего вы такие грустные? – удивленно спросила Нанами. – Ну, понимаешь, Нанами... – начала я говорить, но меня перебила Хотару. – Мы не сможем сегодня с тобой пообедать, давай завтра все обсудим? – Хотару! – возмущенно произнесла я. – Да ничего, девчонки! Я уже почти все сама сделала! – ничуть не расстроившись, сказала она. – Сделала? Но зачем? – все недоумевала я. – Просто, понимаете, у меня появились некоторые дела, которые как раз займут всю неделю. Так что, я не смогу с вами встречаться и делать работу, но я не люблю сваливать все на других, оставаясь при этом не при делах. Поэтому, вчера, посидев подольше, я сделала почти всю работу. Осталось обсудить с вами кое-какие мелочи, думаю, что обычной перемены нам хватит, – улыбнулась она, – и если вам не понравится, я все пойму и переделаю. – Нанами... не нужно было все делать одной... – каким-то виноватым голосом произнесла Хотару. – Все нормально! И кстати, зовите меня Нана, – подмигнула она нам. После этого разговора, мы пошли в школу. Как и Хотару, я чувствовала какую-то вину на себе, за то, что Нанами сделала все одна. Она подошла к этому делу ответственно, а мы как-то легко решили отменить сегодняшнюю встречу, чтобы всего лишь пообедать с семпаями. Вообще, как-то сегодня день не удался. Какой-то он напряженный с самого утра... Надеюсь, к обеду эта напряженность хоть немного спадет...