Осколки того мира

Вечером, придя домой, я молча прошла мимо мамы в свою комнату. Закрыв плотно за собой дверь, я обернулась и увидела на кровати аккуратно завернутый сверток. Я тут же его развернула и увидела, что внутри лежали очень качественные дорогие карандаши, которые я так хотела. Может для кого-то это покажется детским подарком, но для меня эти карандаши были нечто ценным – то, о чем я мечтала несколько лет. Я радостная побежала вниз, спросить маму от кого это, но тут же вспомнила, что я с ней, как и с папой не разговариваю. Тут же мое лицо переменилось, и я снова с кислой миной стала подниматься наверх. Но, не успев пройти и пару ступенек, как мама окликнула меня. – Усаги Чибо младшая! А ну-ка подойди ко мне! – произнесла мама приказным тоном. Когда она меня называет полным именем (ведь мое имя такое же, как у мамы, но все зовут меня Чибиуса), то это не к добру. Зачем меня вообще, кстати, назвали так же, как маму? Все равно, везде, даже в школе учителя называют меня Чибиусой. Интересно, а когда мне будет лет семьдесят, меня тоже все будут называть маленькой Усаги (Чибиуса). Мои мысли прервала мама. – Так ты долго будешь стоять на лестнице? Я подошла к маме с опущенной головой, держа карандаши в левой руке за спиной. – Знаешь, Чибиуса, быть родителем не так уж и просто. Нам всегда будет казаться, что ты такая кроха еще... То, что ты взрослеешь очень быстро, для нас словно маленькая трагедия, ведь мы с папой хотим подольше оберегать и направлять тебя, видеть, как ты прислушиваешься к нам. Мы хотим быть уверенным в том, что ты видишь в нас поддержку. Но проходя путь взросления, ты начинаешь принимать свои собственные решения, начинаешь искать свой собственный путь. И наконец, понимаешь, что родители тоже бывают неправы. Но ты же знаешь, что мы желаем тебе только добра. – Мама... – только смогла промолвить я. – Чибиуса, ты наша единственная дочь, поэтому мы так беспокоимся о тебе. А особенно, когда касается дела мальчиков, у папы просто начинается нервный тик, вот я уверенна, была бы это девочка, папа бы не столько волновался, – уже улыбаясь, сказала мама, – Кстати, ты получила от него подарок? – Да, да! Это же карандаши моей мечты! – уже радостным голосом сказала я. – Хотя, он это так и не говорит, но мне кажется, это его извинения, – подмигнула она, – Мы узнали от Хотару, что ты решила пойти на художественный факультатив, вот и решили купить именно то, что тебе так нужно для этого. И знаешь, не нам решать, с кем тебе дружить, а с кем нет. Когда-то, мне тоже говорили не дружить с одним человеком, но я их не слушала и была права... Ведь без него я тогда бы не справилась... Ой, что-то я предалась воспоминаниями... – Спасибо мама! – Мне-то за что? Это же папа купил тебе карандаши, – с недоумением спросила мама. – За то, что поняла... И извини, за то что, нагрубила вам... – Эх, Чибиуса... – вздохнула мама и обняла меня. После такого душевного разговора, я позвонила папе. Извинилась перед ним и поблагодарила за подарок. Как и сказала мама, он не признался, что подарок этот вместо его извинений, а сказал, что это в честь поступления в старшую школу. Но меня это вполне устроило. Главное, что мы друг друга простили и папин подарок мне очень кстати. Ведь завтра собрание для тех, кто хочет вступить в художественный клуб. А я самого детства любила рисовать. Хоть в художественные школы я не ходила, у меня неплохо получалось. Я хотела бы развить этот навык, а развитие приходит с опытом, именно поэтому я захотела поступить в художественный клуб в старшей школе. На следующий день после уроков я пошла на собрание для художников. Собрание было на третьем этаже в большом светлом классе. Сразу видно, что класс предназначен для этого клуба. На стенах висело огромное количество картин в рамках, нарисованные карандашами, красками, маслом. Но меня привлекла стенка, на которой висел отдельный позолоченный стенд. На стенде располагались три картины, с нумерацией от одного до трех. Не успев все осмотреть, в класс вошли девушка-третьекурсница* и парень-второкурсник*, которые привлекли на себя внимание. – Итак, здравствуйте, творческие! – поприветствовала нас первая девушка с длинными черными волосами, собранные в хвост, – меня зовут Кироеки Мори. Я президент художественного клуба. А это Широ Мацуя, мой заместитель. Я обратила внимание на парня. Этот был с виду обычный высокий юноша с темно-каштановыми волосами. Но его глаза, глаза привлекали к себе особое внимание. Они были темные, можно даже сказать черные, но в них был какой-то особенный блеск, огонек, чем они так и притягивали к себе. – Все здесь собрались для того, чтобы вступить в наш клуб. Однако не все сюда попадут. Это старшая школа. Здесь вас не будут учить, как рисовать натюрморт. Вы должны уже уметь рисовать! Здесь вы для того, чтобы развить свой талант! – продолжила Кироеки, – Мы будем с вами выезжать на различные места, выставки, будем принимать участия в различных конкурсах и еще много другое! В конце каждого года, мы сами устраиваем выставки наших участников. Три картины, набравшие большее количество положительных отзывов, мы помещаем на позолоченный стенд... Итак, перейдем к делу. Чтобы попасть к нам в клуб, вы должны будете нарисовать небольшую картину. Вам дается 2 недели для этого. Конечно же, для некоторых шедевров требуется месяцы, а то и годы, но в нашем случае 2 недели вполне нормальный срок. Мы не требуем от вас шедевра. Нам нужно, чтобы вы проявили себя. При этом нам важен ваш уровень рисования, но еще важнее ваше воображение. Вы должны предоставить нам картины не просто какого-то пейзажа, а действия, действия чего-либо. Срисовка повседневности, природы – это не наше. Нам хотелось бы увидеть, что творится в вашей творческой голове – ваши идеи. Вот что нам важно. Рисовать можно чем угодно и как угодно. Я внимательно слушала Кироеки, но в тоже время, я продолжала осматривать класс. Я решила присмотреться к тем, кто пришел. Здесь были и первокурсники, и второкурсники. Среди всех остальных я сразу обратила внимание на розоволосою девушку с желтыми бантиками. Кажется, эта одна из сестер, что мы встречали в первый день. Интересно, насколько хорошо она рисует? После собрания, я должна была встретиться с Хотару и пойти вместе домой. У нее тоже сегодня было первое собрание волонтеров. Но когда у нас закончилось собрание, Хотару еще не освободилась, поэтому я ждала ее в школьном дворе на скамейке. В это время ко мне подошла та самая розоволосая девушка и протянула руку. – Привет! Меня зовут Церера, я видела тебя сегодня на собрании художников. – А меня зовут Чибиуса. Да, я хотела бы туда вступить. – А у тебя есть идеи что рисовать? – Возможно, но пока еще не определилась. – А вот я точно уже знаю, что будет у меня на картине, – как-то хвастливо сказала она, – я думаю, им понравится! Ты кстати кого-то ждешь? – Да, подругу. У нее еще не закончилось собрание волонтеров. – А я сестру жду. У нее должно закончиться занятие по гимнастике. А вот и она. Ну, удачи тебе, я пошла! – Пока... Прошло уже больше сорока минут, а Хотару все не было. Я написала ей смску, но она не отвечала. Я уже начала замерзать, тогда я решила ей позвонить. Она долго не брала трубку, и лишь спустя множество гудков ответила. – Алло! – Хотару, ты скоро освободишься? – А, Чибиуса, это ты. Извини, я забыла тебя предупредить. Собрание перенесли на завтра. – На завтра? Я ничего не понимаю! Тогда где ты сейчас? – с недоумением спросила я. – Я уже дома. Когда собрание отменили, я решила посидеть сначала в классе, чтобы на улице не мерзнуть. Но только я собралась пойти в школьный двор, как я встретила Гелиоса с Нобору. Мы как-то заболтались и они сказали, что проводят меня. – Что??? – я не понимала, толи я была в ярости, толи в сильном удивлении, – Хотару, ты забыла про меня? – Не знаю, как так вышло... – Я тебя тут уже почти час жду. Я вся продрогла. Хотару, что с тобой случилось? Ты в последнее время ведешь себя очень странно. Все это из-за этих мальчишек! Ты так изменилась, что я тебя не узнаю! – Чибиуса, да что ты говоришь? Я такая же, как обычно! Подумаешь, один раз забыла тебя предупредить, что ушла домой. – Такая же, как обычно? Хотару, да ты послушай себя. В последнее время у тебя разговоры только о них двоих. Ты плевать хотела на Нанали, тебе тогда важнее была встреча с семпаями. А сейчас тебе плевать было на меня! – Знаешь, Чибиуса, если ты завидуешь, что парни обратили на меня внимание, а не на тебя, то это не повод делать плохие выводы обо мне! – Хотару! – но не успела я еще что-либо сказать, как она положила трубку. Теперь я точно поняла – я была в ярости, я была зла и обижена на Хотару. Это была не та Хотару, которую я знала много лет. Нет, она совсем другая. Неужели любовь так меняет людей? В таком случае, я не хочу любить...