Грейнджер или нет?

После урока зельеварения Николь собрала вещи и пошла на обед. За столом гриффиндора девушка села как можно дальше от Рона, который громко жаловался Гарри на Снейпа и одновременно рассказывал что-то про квиддич. Гарри же совершенно не интересовала его болтовня, все его внимание занимала Джинни, а вот ей совсем не нравились взгляды полные слепого обожания, которые Гарри ей посылал. Как только Николь заняла место за столом, все разговоры моментально стихли. Гриффиндорцы все как один скорчили самые злобные гримасы, на которые были только способны, отложили в сторону вилки и уставились на нее. «Ну что же это такое? — мысленно возмутилась девушка, — неужели они думают, что я сейчас под их взглядами засмущаюсь, перестану есть и, в конечном итоге, умру с голода?» Прошло уже несколько минут, но гриффиндорцы все еще продолжали пялиться на Николь, и тогда ей вспомнились слова Кэти, которые она сказала, когда обучала Николь обращаться с тринки — озерными феями, несколько стай которых живут рядом с поместьем. Тогда речь шла о злобных маленьких феях, паразитах, чем-то напоминающих пикси, но сейчас гриффиндорцы напоминали скорее паразитов, чем людей: «Покажи им кто главный, прояви характер, заставь их тебя бояться и только тогда они подчинятся». Уверенность Николь все нарастала, в тот момент ей не было никакого дела до войны, проблемы Гарри и тайн директора, перед глазами была только толпа предателей, корчащих глупые рожи, те, кому она раньше доверила бы свою жизнь, те, кто предал ее по первому слову главного предателя — Рона Уизли. Злобные ухмылки гриффиндорцев сменились удивлением и недоумением, все, кто сидел в зале, обратили свое внимание на Николь, когда она внезапно поднялась со своего места, гордо вскинула подбородок, окинула надменным взглядом всех, кто сидел с ней за одним столом и громко сказала: — Вы все мерзкие предатели, я не сдала ничего, чтобы заслужить такое отношение с вашей стороны. Вы просто стадо, недостойное сидеть под знаменами Гриффиндора. Как вы могли пасть так низко? Мне противно с вами за одним столом сидеть. Надеюсь, ты доволен, вожак стада? — последние слова были сказаны Рону, который, как и весь зал, шокировано смотрел на Николь, даже преподаватели теперь глазели на девушку. Николь говорила спокойным, холодным, как лед, голосом, но внутри всеми силами старалась сохранить самообладание и не сорваться на крик. Профессор МакГонагалл уже встала со своего места, чтобы поговорить со студенткой своего факультета, но Николь уже вышла из зала, да, именно вышла, не убежала, а прошлась вдоль стола гриффиндора, гордо вздернув подбородок. Николь была довольна своей речью и тем, что ей удалось сохранить хладнокровие; она назвала Рона вожаком, а значит, его ждет разборка в гостиной. Хотя гриффиндорцы и говорят, что не подчиняются никому и никогда, на самом деле это не так, они подчиняются тому, кто отдает им приказы и внушает доверие, но главное — не называет себя лидером. Раньше таким лидером был Гарри, он не стремился им быть, не отдавал приказы, но все равно был негласным лидером факультета. Но в этом году Гарри находится под действием зелья, все свое время уделяет Джинни, общается только с ней и не принимает участия в делах факультета, а еще эти статьи в Пророке сильно подпортили репутацию Гарри. Рон же, почувствовав, что друга больше никто не слушает, взял роль лидера на себя. Пройти по залу, гордо расправив плечи, и не споткнуться, стоило для Николь невероятных трудов. Как только девушка закрыла за собой большую дубовую дверь, по ее лицу покатились слезы, она бежала по коридорам, не разбирая дороги, стараясь просто скрыться от всего, сбежать от проблем. Николь все бежала и бежала, пока дыхание окончательно не перехватило. Девушка оглянулась по сторонам и поняла, что находится в подземельях, на том самом месте, где четыре года назад Гарри и Рон спасли ее от тролля. Именно здесь они стали друзьями. На глаза снова навернулись слезы, она сползла вниз по стене и осела на пол. Воспоминания о потерянной дружбе не давали покоя, она вспоминала все приключения, через которые прошла вместе с Гарри и Роном. Необходимо было разложить все по полочкам, хорошенько проанализировать. Но мысли разбегались, а эмоции мешали думать. Николь разрыдалась, выплескивая вместе с этими слезами все отчаяние, страх, усталость, разочарование и злость, накопившиеся за этот день. В конце коридора послышались шаги. Николь совершенно не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел ее в таком состоянии: волосы растрепаны, косметика размазана по опухшему от слез лицу, школьная мантия смялась и испачкалась от сидения на грязном полу. Шаги все приближались, и девушка спряталась в небольшую нишу в стене напротив туалета. — Панси, мы просто обязаны отомстить! То, что творят гриффиндорцы, это полный беспредел, — разнесся по коридору разгневанный голос Драко Малфоя. — Мы должны рассказать декану, он что-нибудь придумает, — тихонько сказала Паркинсон. — А что он может сделать? Директор защищает своих любимых гриффиндорцев и все спускает им с рук. Я уже представляю, как он говорит: «Детки разнесли пол гостиной Слизерина, ничего страшного, они же просто побаловались, не будим их ругать из-за таких глупостей» — сказал Малфой, подражая голосу Дамблдора. — А что ты предлагаешь? Подловить их в коридоре и устроить побоище? У нас даже нет доказательств, что это сделали гриффиндорцы, а потребовать проверки их палочек мы не можем — нет оснований! — начала злиться Паркинсон. — Проверка палочек ничего не даст, я почти уверен, что это было какое-то взрывоопасное зелье. Когда я зашел в гостиную, там на полу было что-то разлито, а когда я наступил в эту дрянь, все взорвалось, но я успел вовремя использовать щит, — сообщил Малфой. — Хорошо хоть, что в гостиную первым вернулся я, представь, чтобы было, если бы туда зашел какой-нибудь первокурсник или второкурсник — его бы разорвало на куски вместе с мебелью! И чем этот чертов Уизел думает, уверен, что это он во всем виноват! Мы не будем жаловаться, а отомстим, и даже не пытайся меня отговаривать. Николь сперва не поверила Малфою, решив, что он все сильно преувеличил — не мог же Рон и правда такое сделать, но все ее сомнения тут же улетучились, когда она увидела самого Малфоя. Выглядел он просто ужасно, мантия порвана в нескольких местах, всегда уложенные волосы растрепаны и покрыты какой-то сажей, на лице, которое сейчас не выражало ничего кроме ярости, несколько небольших царапин. — Можешь идти, я пойду, приведу себя в порядок, — бросил Малфой Паркинсон. — Пошел бы лучше в ванную старост, там намного комфортнее, — предложила Паркинсон. — Я и пойду, только сперва немного приведу себя в порядок и мантию переодеть надо. Ванная на пятом этаже, не буду же я так по школе ходить, — скривился Малфой. — Ладно, я пока приведу гостиную в порядок, а ты ни во что не ввязывайся, сперва нужно обсудить все на собрании факультета, в воскресенье, — сказала Паркинсон и, махнув на прощанье рукой, ушла. Малфой оглянулся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, скрылся за дверями туалета для мальчиков. Как только он ушел, Николь вышла из своего укрытия и, стараясь остаться незамеченной, побежала в сторону гостиной Гриффиндора. По дороге девушка тяжело дышала, кашляла и отряхивалась — ниша, в которой она пряталась, была очень пыльной и грязной. В гостиной сидело только несколько третьекурсников, которые удивленно посмотрели на Николь: девушка была покрыта пылью и паутиной, а по лицу была размазана уже высохшая косметика. Николь не обратила на взгляды с их стороны никакого внимания и пошла в ванную комнату. Там она набрала ванну, скинула с себя грязную одежду и попробовала расслабиться, параллельно думая обо всем, что навалилось на нее за последнее время. На следующий день за завтраком все гриффиндорцы спокойно ели, болтали и вообще делали вид, что Николь не существует. Девушку это, конечно же, только радовало, но в тоже время настораживало, не могли же они просто так простить ей то, что она назвала их стадом? Это же гриффиндорцы, они не успокоятся, пока не отомстят. Ее размышления прервало появление почты, Николь напряженно вглядывалась в летящих под потолком птиц, стараясь углядеть среди них свою. Слевин приземлился на стол прямо перед Николь и протянул лапку с письмом. Девушка угостила филина печеньем, он улетел, а Николь сломала пополам печать и принялась читать письмо: Николь, Я очень волнуюсь за тебя. Если что-то случится, даже самое незначительное, сразу пиши мне, пусть это будет просто плохое предчувствие — все равно пиши. Гриффиндорцы просто идиоты и ничего не понимают. Насчет Гарри, Николь, и не вздумай надевать на него свое кольцо! Не ожидала от тебя такой глупости, это же фамильный перстень, как тебе вообще такое в голову пришло? Кольцо не примет человека, в котором не течет кровь Греев, а просто убьет его или покалечит. Я не знаю, каким именно приворотным зельем напоили Гарри, их великое множество, а поэтому сварю наиболее универсальное противоядие, оно подходит практически для всех, но готовится достаточно долго — около двух недель. Возможно, к тому времени действие зелья уже прекратится самостоятельно, если его, конечно, не дают Гарри постоянно. Попроси Джинни, раз уж Гарри постоянно рядом с ней, проследить, не добавляет ли ему кто-то чего-нибудь в еду. Я почти уверена, что это так, приворотное уже вышло бы из организма, если это, конечно, оно. Ты уверена, что это зелье? Есть очень много способов заставить человека влюбиться, например, специальные ритуалы или артефакты (проверь, не появилось ли у Гарри необычных побрякушек). У нас за последние дни произошло несколько странных событий. Во-первых, состоялось два собрания клуба, в который я ради тебя записалась. Но меня и Сириуса на них не позвали, я не понимаю, почему? А на прошлой встрече добрый дедушка говорил опять какими-то загадками, переглядывался с другими членами клуба и т.п. Он, кажется, мне не доверяет. Но сейчас меня волнует не это, а Сириус, он и раньше часто просыпался по ночам, ему снятся кошмары — двенадцать лет Азкабана еще ни для кого не проходили бесследно. Последнее время он какой-то тихий, задумчивый, не шутит по любому поводу. Люпин стал приходить к нам чаще, они о чем-то долго разговаривают в кабинете, мне кажется, что у него какие-то проблемы, надо спросить могу ли я чем-нибудь помочь. Мне его так жаль, он всегда такой печальный. Мы уезжаем на несколько дней (куда — напишу позже, пока это и для меня сюрприз), ответить на твои письма в течение недели не смогу, Кэти. Николь быстро пробежалась глазами по письму и тихонько усмехнулась тому, как Кэти, чтобы не упоминать в письме Дамблдора, назвала его добрым дедушкой. Девушка засунула конверт в карман и поспешила на урок древних рун. Он проходил на третьем этаже в одном из самых маленьких кабинетов Хогвартса, рассчитанном на шесть человек, так как его всегда изучало очень мало учеников, все факультеты занимались в одно время, чтобы набрать полный класс. С пятого курса на древние руны ходили только Терри Бут, Чжоу Чанг и Мариэтта Эджком с Когтеврана, Эрни Макмиллан с Пуффендуя, Драко Малфой со Слизерина и Николь с Гриффиндора. Когда девушка вошла в кабинет, ученики уже сидели на своих местах. Первые две парты заняли когтевранцы и пуффендуец, поэтому Николь села за третью и разложила на столе свои тетради. Батшеда Бабблинг — профессор, преподающая древние руны, низкая, очень худая дама с торчащими во все стороны короткими рыжими волосами. Эта женщина просто обожает свой предмет, каждую свою лекцию она старается провести наиболее интересно и понятно для учеников. Но в тоже время она очень строго относится к дисциплине, и за малейший шум на своих занятиях выгоняет из кабинета. Профессор Бабблинг начертила на доске огромную таблицу, в которой написала значение различных рун. В это время в кабинет вошел Малфой, он выглядел слегка потрёпанным, но в тоже время очень довольным. Николь внимательно посмотрела на него и пришла к выводу, что он задумал какую-то гадость, у него это словно на лице написано. Единственное свободное место оставалось рядом с Николь, и он его занял. — Привет, Грей, — он доставал из сумки тетради, а с его лица не сходила ехидная улыбка. — И кому же ты решил подстроить гадость на этот раз? — сразу решила спросить Николь. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — как ни в чем не бывало, пожал плечами Малфой. — Хватит врать, я же знаю, что ты задумал какую-то подлость, без этого ты не можешь, у тебя все на лице написано, — Николь начала раздражать ехидная улыбка Малфоя. — Даже если это так, с чего мне тебе рассказывать? — изогнул бровь парень. В ответ Николь захотелось ему нагрубить, сказать что-нибудь обидное, хоть чем-то его зацепить, чтобы он изменил это насмешливое выражение лица. Хотя теперь Малфой и не вставлял в каждое предложение обидное «грязнокровка», его отношение к ней в целом не изменилось, он все еще считал ее заучкой и подружкой Поттера, что от него звучало как оскорбление. Николь тоже не меняла своего мнения о нем, считая его зазнавшимся, надменным, избалованным хвастуном. Но теперь, когда Николь захотела его оскорбить, перед глазами всплыло воспоминание: он спас ее от удара кулаком Рона в поезде. Она думала о том, что так толком и не поблагодарила его за это, но ее мысли прервала профессор Бабблинг, она уже дочертила таблицу, и ей не терпелось рассказать ученикам новую тему. — Ученики, рада приветствовать вас на уроке Древних рун в этом году, как вижу, с прошлого учебного года наш состав не изменился, — она окинула взглядом класс, вглядываясь в лица учеников. Профессор сказала перечертить с доски таблицу, а сама начала долгий рассказ о том, как Древние руны изначально использовались викингами, о том, как рунический язык распространялся в Англии и тому подобных вещах. Николь старательно перечерчивала таблицу в тетрадь, стараясь параллельно законспектировать слова профессора. Когда она, наконец, закончила, Николь мельком заглянула в тетрадь Малфоя: он не записал ни слова из того, о чем говорила профессор Бабблинг, и даже не приступал к таблице. Его серые глаза смотрели в одну точку, Николь даже показалось, что он заснул. Естественно, такое поведение на уроке девушка сочла неприемлемым и поспешила разбудить соседа по парте. Она провела рукой у него перед глазами, но это не принесло желаемого результата, он словно этого и не заметил. Николь поразилась тому, как вообще можно спать с открытыми глазами, но Малфою это удавалось прекрасно. Девушка легонько пихнула Малфоя в плечо, его глаза внезапно округлились, он покачнулся и с грохотом свалился со стула, повалив при этом на пол и Николь. — Грей, за что? — потер ушибленный затылок Малфой. — Я не хотела… Я.. — начала оправдываться Николь, поднимаясь с пола. Но ее слова прервал грозный взгляд профессора. — Мисс Грей, Мистер Малфой, вы сорвали мне урок, будьте так любезны, покиньте кабинет, — холодно сказала профессор Бабблинг и указала на дверь. — Но профессор… — в шоке смотрела на преподавателя Николь, раньше ее никогда не выставляли из кабинета. Малфой просто пожал плечами и вышел в коридор. Николь переводила широко распахнутые от удивления глаза с двери на профессора, которая явно не собиралась продолжать урок, пока нарушители дисциплины не покинут класс. Девушке осталось только грустно вздохнуть и выйти на коридор вслед за Малфоем. Он ждал ее за дверью, а когда она показалась, потребовал объяснений. — Что это такое было, зачем ты вообще ко мне полезла? — прищурился Малфой, в силу характера он во всем, что касается гриффиндорцев, видел заговор и просто не мог поверить в случайность. — Ты спал на уроке и я… — девушка уставилась в пол, не зная, что сказать, теперь идея разбудить Малфоя казалась по-настоящему глупой. — Что, беспокоилась, что я не усвою материал? — язвительно спросил Малфой. — Ну, хватит уже во всем обвинять меня! Ты виноват не меньше, нечего спать на уроке! — закричала на него Николь. — Не вопи ты так, в школе уроки идут, — шутливо отмахнулся от нее Малфой и пошел в сторону подземелий. — Подожди, — окликнула его Николь, он остановился и обернулся, с интересом наблюдая за девушкой. — Я хотела сказать тебе спасибо за то, что помог мне тогда, в поезде. Малфой удивленно приподнял брови, он ожидал от нее оскорблений, обвинений во всех грехах, может заклинания в лоб или чего-то подобного, но никак не благодарности. На секунду он растерялся и удивленно на нее посмотрел. — Пожалуйста, — немного рассеянно отозвался Малфой и продолжил свой путь к подземельям. Николь еще раз грустно посмотрела на дверь кабинета Древних рун и пошла в гостиную. Ее однокурсников там еще не было, что очень ее обрадовало. Но еще больше настроение улучшилось, когда на одном из диванчиков она заметила Джинни Уизли. Последнее время у них совсем не получалось нормально поговорить, а еще нужно было показать ей письмо Кэти, ту его часть, в которой говорится о Гарри. _____________________________________ Всем доброго времени суток) Пока только вернула удаленные главы, но вдохновение уже начало ко мне возвращаться, и времени свободного стало больше, так что скоро напишу продолжение. Может, кто-нибудь хотел бы выступить в роли соавтора? Если есть желающие, я была бы очень признательна, в лс =)