Похождение Хинаты и других девушек Конохи

Сразу после войны мы с Хинатой поженились. После того как я стал Хокаге — отношения с другими великими странами улучшились. Надо сказать, лучше всего у нас были отношения с Кумо. Все благодаря новому Райкаге и Би, который стал послом Кумокагуре в Конохе. 8-хвостый джинчурики внес немалый вклад в улучшение отношений между нашими странами. В том числе, благодаря ему увеличилось количество междуклановых браков. Правда в основном это были браки между нашими коноховскими девушками и кумовскими ниндзя. Но тогда я не задумывался над этим. Я был рад, что демография улучшалась стремительно, и наконец то настал мир во всем мире. Хината же после родов работала преподавателем, в новой элитной международной Академии Шиноби, где юные гении — шиноби постигали азы бытия ниндзя. После полугода работы среди прочих теток-училок моя Хината совсем скисла и постоянно жаловалась на то, что безнадежно теряет уровень своих навыков ниндзя, вбивая знания в тупые головы недогенинов — тинейджеров. Поэтому, когда мой друг Би задумал с помпой отметить какой-то праздник-традицию своей страны, пригласив на праздник в том числе и меня, я решил развеселить Хинату и даже выделил из нашего семейного бюджета сумму на «обмундирование». Зато когда моя Хина выпорхнула в своей новой амуниции из спальни, я сам уронил челюсть: куда только подевалась моя заика-жена и скромная училка в строгих костюмах! Лихорадочно порывшись в памяти на предмет протокольного дресс-кода я все же решил, что наряд Хины не очень выходит за его пределы и, что было важнее, почти полностью повторяет национальные цвета Кумо, а значит, может быть обыгран как дань уважения к их стране. Надо сказать, что на празднование были собраны почти все мало-мальски значимые представители диаспоры Кумо в Конохе. Я и не подозревал, что у нас проживает СТОЛЬКО народа из страны Молнии. Количество шоколадных, черных и оливковых белозубых физиономий, заключенных в оправу шикарных костюмов просто зашкаливало. Моя Хината была звездой вечера, шутя и щебеча со своими знакомыми, в том числе и с девушками, которые вышли замуж за шиноби из Кумо. Надо сказать, кому веселье, а кому — работа. Весь вечер я провел обмениваясь тем самым взаимным дипломатическим бредом, которым обменивались приглашенные гости и мои друзья, желающие вытянуть из этих гостей новые инвестиции в свою державу. Не удивительно, что к концу вечера я обнаружил, что потерял Хинату из вида, с удивлением обнаружив что больше не слышу ее заливистого смеха. Однако, приближался тот момент, когда согласно дипломатического протокола все посторонние и приглашенные должны покинуть резиденцию посла. Дальше празднование должно было проходить в узком кругу. Би как-то пошутил, что когда гости расходятся, они снимают свои костюмы, облачаются в традиционные набедренные повязки и достают из кладовки барабаны. И тут же начинается самое веселье. Как бы там не было, но нам с Хинатой было пора уходить и я отправился ее искать. На первом этаже мою спутницу жизни обнаружить не удалось, пришлось подняться на второй этаж — в жилые помещения. Мне показалось, что я слышу женский смех оттуда. В холле второго этажа я замешкался — в приоткрытую дверь одной из комнат я увидел красное платье Хины и услышал ее голосок. Меня слегка шокировали те кокетливые фривольности, которые изрекала моя женушка. Но когда я увидел в щель ее собеседника, я окончательно растерялся. Мелькнула мысль: интересно, будет ли дипломатический скандал из-за того, что несет моя слегка нетрезвая жена, или из-за того, что я стал свидетелем их диалога? В любом случае врываться в комнату не следовало. Минут 15 в запасе у нас еще было. Хината была предварительно проинструктирована мною о необходимости соблюдения протокола, а на каминной полке, на которую опирался ее обнаженный локоток стояли часы. Так что шанс избежать дипломатического скандала у меня еще был. Поэтому я решил еще минут 10 подождать в холле, и, чтобы не торчать столбом, опустился в глубокое кожаное кресло, стоящее в полумраке оконной ниши. В этот момент другая дверь, ведущая в холл, распахнулась и, не заметив меня, мимо прошествовали шесть «особо приближенных к посольству» представителей Кумо. Нет, вопреки шутке Би, набедренных повязок на них еще не было, но шикарные пиджаки и галстуки, по-всей видимости, были скинуты где-то в недрах посольства, вороты белых рубашек расстегнуты, а в руке каждый держал по бутылке вина. Видать ребята решили не дожидаться, пока гости окончательно разойдутся и горели желанием продолжить банкет в узком кругу. Эта «шестерка вороных» скрылась в той же комнате, где моя женушка любезничала с послом. С другой стороны, я слегка позлорадствовал. Хината лучше всех в нашей семье улаживала конфликты. Я же всегда сначала действовал, а потом думал. Было интересно, как она сейчас будет выкручиваться в реальной ситуации. Супруга была не настолько пьяна, чтобы не отдавать себе отчет в своих действиях. В этот момент я услышал звон бокалов и витиеватые тосты, прославляющие красоту и ум моей жены и ее голосок, выражающий благодарность элегантным и галантным мужчинам. Видимо, я все-таки недооценил степень опьянения своей жены. Ситуация выходила уже не только за рамки протокола, но и за рамки приличия. Я придвинулся к двери поближе и заглянул в щель. Увиденная картина меня порадовала: моя прелестница протягивала хозяевам вечера свою лилейно-белую ручку и выражала благодарность за прекрасный вечер и сожаления о том, что вынуждена их покинуть.  — Госпожа Узумаки, всего один танец — и мы вас отпустим! — прикладывая губы к ее запястью, заверил Би. Кто-то включил музыку. Пожалуй насчет барабанов мой друг был не так уж и не прав. Помещение заполнила вязкая, тягучая и ужасно эротичная музыка. Низкие басы порождали глухую вибрацию где-то внизу живота, а высокие звуки флейты, щемили сердце. Под такую музыку хотелось любить и плакать. Ничего подобного Хина точно станцевать не смогла бы. Один из кумовцев взял ее за руку и повел по кругу. Хината шла за ним как сомнамбула, зачарованная звуками необычной музыки. На миг передо мной мелькнуло ее растерянное и даже слегка испуганное лицо. Музыка нарастала мощным водоворотом, её нежно и властно передавали из рук в руки, не выпуская из центра круга и вдруг, с последним аккордом музыки, семь пар черных рук взметнули ее вверх, подняв над собой как красный трепещущий факел.  — Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня! — лепетала супруга. Но ее уже никто не слушал. Не спуская вяло вырывающуюся Хинату с рук, танцоры проследовали в соседнюю комнату. Видимо, это были личные апартаменты Би. Я же в свою очередь проскользнул вслед за ними в комнату с камином, благо последний из уходящих позаботился выключить в ней свет. Мою жену опустили на шикарную кровать, застеленную алым атласным покрывалом. Нетерпеливые руки шарили по её телу, стаскивая с нее платье, чулки, трусики. Одновременно кумовцы умудрились раздеться сами. Я мысленно присвистнул, увидев что скрывалось в их безукоризненно отглаженных брюках. Мои собственные «твердые восемь дюймов», которыми я так гордился, обозревая в бане чужие жалкие «пальчики» и «карандашики», померкли в моих собственных глазах перед великолепием этих 30-ти сантиметровых толстенных черных палок. Надо сказать, ребята оказались не лишены эстетства. Один принялся вылизывать киску, пара других мяли груди, третий завладел ножкой и один за другим облизывал пальчики, причмокивая от удовольствия. В это время один из них установил на штативе камеру. Минут через пять Хината начала постанывать и выгибать спинку. Тогда Би подтянул ее к краю кровати, ухватил Хинату за бедра, раздвигая в стороны ее согнутые в коленях ноги и резко вошел в нее. Хина охнула и забилась на конце его исполинского члена. У меня мелькнула мысль, что, наверно, правительство Кумогакуре раздает руководящие должности, ориентируясь именно на это достоинство кандидата. В моих штанах тоже стало тесно и я расстегнул ширинку, выпуская наружу свой жалкий восьмидюймовник. Между тем Би в ритме отбойного молотка насаживал Хинату на свой член, пока не погрузил его полностью в ее недра, а моя женушка, повизгивая и постанывая от удовольствия, подмахивала ему. Минут через пять ее накрыла первая волна оргазма и она заметалась, подавшись всем телом вперед, обхватывая ногами бедра посла, словно пытаясь запихнуть в себя его член вместе с яйцами. Би с хриплым рычанием выдернул член из её влагалища, видимо в его планы не входило заканчивать так быстро. Моему взгляду открылась розовая широченная дыра с широко раскрытыми половыми губами, проделанная огромным членом посла. Мои яйца отозвались на это зрелище сладкой болью. В это время один из кумовцев перехватил гостью поперек туловища и поставил ее раком, спиной к двери. В таком ракурсе зрелище призывно раскрытого влагалища было еще великолепнее. Однако он не дал мне им насладиться, вонзив свой член в разработанное послом отверстие. Хината опять пискнула и подалась навстречу пронзающему ее мощному поршню, заставляя мужчину убыстрять темп движения. Пальцами свободной руки он при этом одновременно манипулировал в ее анусе, запихивая в него все больше пальцев, пока, наконец, в её попке не оказалось четыре пальца по самые костяшки. Надо сказать, нашим личным семейным рекордом было всего два пальца в анус и три — во влагалище. Хина наотрез отказывалась продолжить эксперименты, уверяя, что иначе я просто порву ее. Видимо решив что постарался достаточно, он освободил свои пальцы из плена ануса и резко вонзил член в не успевшее сомкнуться отверстие. Супруга взвыла так, что мои яйца завибрировали как высоковольтные провода. В течении следующих нескольких минут шиноби из Кумо с активной помощью Хинаты добился колоссальных успехов: его член почти полностью погрузился в её попку, раздвигая ее со смачным чавканьем. Надо сказать в это время оставшиеся друзья Би тоже не скучали: сразу трое из них образовали полукруг перед ротиком моей жены и она попеременно заглатывала, сосала и облизывала их члены, причмокивая от удовольствия, периодически пытаясь засунуть в рот сразу парочку черных лоснящихся сарделек. Один из оставшихся не у дел гостей в это время, не прерывая столь увлекшего мою жену процесса, приподнял Хину над кроватью и подкатился под нее, нанизывая ее влагалище на свой член. Я просто обалдел от данного зрелища: из моего убежища у двери было видно, как два огромных черных поршня синхронно ходят в её дырочках, а моя «вторая половина» тащится от этого как похотливая мартовская кошка от сметаны. Первая пара кумовцев кончила одновременно, излив в обе дырочки свою сперму, их сменила вторая, затем третья. Хината, сотрясаемая одним оргазмом за другим, кажется даже не замечала этих рокировок своих партнеров и одинаково охотно подставляла свои дырки под все члены. Завершил же первый этап сексуального марафона Би собственной персоной, выпустив струю спермы Хинате в рот. Хината, в традиции лучших журнала «Эро-ниндзя», широко открыла ротик, показав почти пол-стакана спермы, наполняющей его, похотливо улыбнулась и проглотила «ценный белковый продукт». Но этого ей показалось мало. Опрокинувшись на спину она, бесстыдно раскинув ноги, продемонстрировала полные спермы широко открытые отверстия ануса и влагалища из которых вытекали на покрывало белые сгустки. Я с восторженным ужасом подумал, сколько же спермы сейчас наполняют мою ненаглядную, вспомнив, каким количеством одарил ее ротик Би. Хината запихнула пару пальчиков себе во влагалище, зачерпнула оттуда спермы и принялась облизывать свои пальцы. Похоже, она намеревалась еще подкрепиться белком. Би хрипло засмеялся и, отстранив ее руку, вновь потянувшуюся ко влагалищу, сам запихнул сразу четыре пальца ей внутрь по самые костяшки. Её глаза расширились, толи от боли, толи от вновь подкатывающей волне наслаждения. Би сделал резкое движение, заставившее Хину судорожно дернуться и пискнуть, и его рука вошла во влагалище Хинаты почти до запястья. Сделав несколько вращательных движений рукой внутри Хины он рывком извлек свою руку, обмазанную спермой со всех сторон и протянул ей, которая бросилась облизывать своё угощение. Когда рука джинчурики Хачиби снова стала черной, он опять потянулся к её влагалищу и я с ужасом увидел, что на этот раз его рука сжата в кулак и он вовсе не собирается деликатно и неспешно засовывать в её влагалище пальцы. Кулак Би, чуть зацепившись костяшками, вошел в неё целиком. У Хинаты было такое выражение лица, будто внутри нее разорвалась взрывная печать. Но, видимо, первое ощущение шока и боли сменилось наслаждением. И теперь уже не кулак посла ходил внутри Хины, а она нанизывалась всем телом на его руку, выгибаясь и постанывая от удовольствия. Спустя минут десять такой экзекуции, она соскользнула с кулака Би и попросила пить. Кто-то протянул ей бутылку вина, к горлышку которой она жадно припала. Я же в это время имел честь созерцать те разрушения, который наделал кулак, поскольку сомкнуть ноги моя женушка так и не удосужилась. Открывшаяся моему взгляду дыра была просто огромна, я видел темно-розовые стенки влагалища, все еще залитого сгустками спермы. Кумовцы явно нуждались в некоторой передышке, а вот Хината, уже, похоже, готова была продолжать. Кто-то протянул ей неизвестно откуда взявшийся черный огромный дилдо длинной сантиметров 60 и толщиной с мою руку, на который она начала медленно насаживаться попкой, не выпуская из рук бутылку с вином, из которой она периодически прихлебывала. При этом собравшиеся смеясь подзуживали ее, отпуская скабрезные шутки. Хината что-то в ответ сказала им, указывая на бутылку вина в своих руках и смеясь каким-то незнакомым мне хриплым смехом. - О, госпожа Узумаки хочет угостить нас вином — сказал Би. По его знаку один из кумовцев, обхватил мою благоверную, поднял ее так, что голова оказалась внизу, а призывно открытое, разработанное огромным дилдо отверстие ее попки наверху. Удерживая это тело навесу, чтобы она не сломала себе шею, шиноби вставил горлышко бутылки с вином ей в попу. Судя по количеству пузырьков воздуха, в разработанный анус Хинаты вошло не меньше пол-бутылки вина. Один из гостей, провозгласив тост за красоту жены Хокаге, припал к ее анусу, высасывая оттуда вино. Би, однако, это показалось не очень аристократичным и он извлек откуда-то трубочки для коктейлей, что дало возможность сразу нескольким извращенцам одновременно насладиться напитком из многострадального ануса моей жены. «Ничего себе игры у этих чернокожих!» — подумал я. Нашей с Хинатой жалкой фантазии, помниться, хватило не более чем на слизывание клубники со сливками с ее животика. Использовать задницу в качестве бокала для вина нам бы никогда не пришло в голову. Утолив жажду, гости, кажется, готовы были продолжать секс-марафон, тем более что Хината проявляла все больше активности, пытаясь ухватить те члены, до которых могла дотянуться. Один из них лег на спину, свесив ноги с краю кровати, и усадил Хину анусом себе на член лицом от себя. По его бедрам потекло недопитое вино. Второй встал у края кровати и засадил свой член в её призывно раскрытое влагалище, а третий, тут я опять не поверил своим глазам — взгромоздившись ногами на кровать и нависая над Хинатой сверху, стал пропихивать свой член вторым номером ей во влагалище. Впрочем, после кулака Би это оказалось совершенно нетрудно. Таким образом, моя вторая половина принимала в себя сразу три члена, умудряясь одновременно, запрокинув голову, прихватывать ртом еще два. Следующая тройка избрала другую тактику: лежащий на кровати кумовец посадил её влагалищем на член лицом к себе, стоящий с краю кровати — пропихнул свой член ей во влагалище одновременно с первым, а третий, встав на край кровати сверху, вонзил член в ее попку. Спустя пару часов я уже потерял счет разнообразию поз, в которых они драли Хинату. Каждый из них, по моим подсчетам, излил в нее свою сперму не менее 4-5 раз. Сам я тоже кончил не менее трех раз. Наконец, похоже, веселая команда начала уставать. Хина заснула на кровати, бесстыдно раскинув ноги. Похоже, после всех «экзекуций» ей было проблематично свести их вместе. Покрывало под ней было мокрым от спермы. Гости живописно расположились вокруг нее: один закинул ногу ей на живот, второй заснул, сжимая пятерней грудь, рука Би, на плече которого спала Хината, покоилась на ее лобке, а пара-тройка его пальцев была погружена в ее влагалище. Полюбовавшись еще раз на её разработанные и покрасневшие дырочки, я спустился на первый этаж, абсолютно обессиленный и разбитый. Дверь на улицу была заперта. Тогда я, хлебнув вина из стоящей на столике открытой бутылки, свернулся калачиком в кресле, укрывшись позаимствованным на втором этаже пледом и заснул. Утром меня разбудило легкое прикосновение руки. Возле меня стояла Хината. Она выглядела слегка помятой и виноватой, но при этом успела причесаться и навести макияж. Я подхватив её под руку, повёл супругу домой. Всю дорогу мы молчали. Хината — виновато. Мне же, вот извращенец, больше всего на свете хотелось сунуть руку ей под платье и ощупать ее дырочки, чтобы убедиться, что все это мне не приснилось. Едва за нами закрылась дверь квартиры, я поволок жену в спальню. Дырочки, разработанные кумовцами, оказались выше всяких похвал: моя рука входила в них без всяких затруднений. А пряный запах чужой спермы, который все еще шел от её влагалища, сводил меня с ума. Особую же благодарность к Би я испытывал, погружая член в теплые недра попки, чего мне до сих пор супругой не дозволялось. В результате оба выходных дня мы провели в постели. Утром в понедельник ко мне зашел посланец от Би, который сообщил что посол хочет обсудить новые инвестиции в нашу страну. На встрече Би особо отметил высокий уровень знания дипломатического протокола, проявленные моей супругой, и предложил мне сделать её постоянным представителем Конохи при посольстве Кумогакуре. Надо сказать, я против стремительной карьеры своей ненаглядной совершенно не возражал. Проведенные с Хинатой в постели выходные показали, что, пожалуй, теперь мне будет трудновато удовлетворить ее запросы в одиночку. Так что я очень рассчитывал на помощь Би и его команды. Передавая Хинате предложение посла, я не удержался от язвительного предположения, что ее должность будет называться не постоянный представитель Конохи при после Кумогакуре в Конохе, а личная шлюшка посла. На что Хина с милой улыбкой парировала: «ну почему же личная».