1000 слов

- Тысяча слов? Всего тысяча, чтобы уверить Лидию в ее ко мне чувствах? Ну это же невозможно! Несправедливо! Я... - но говорливый подросток, находящийся сейчас буквально на грани эмоционального срыва с безумными глазами, бегающими по лицу оппонента, был бесцеремонно заткнут ладонью и тяжелым взглядом из-под бровей. - Стайлз, тысяча слов, вернее, - Дитон что-то быстро посчитал в уме, воспроизведя в памяти все, сказанное Стилински минутой ранее, - Уже девятьсот восемьдесят два, - на что подросток кинул на него возмущенный взгляд и поджал губы, всем своим видом показывая, что больше не скажет ни слова, если его речь не будет напрямую обращена к Лидии. Как только Алан убедился, что Стайлз понял всю серьезность своего положения, тут же убрал руку от его лица. Стилински сразу же принялся привычно кусать губы, пытаясь найти выход из ужасной ситуации и усиленно работая своим чересчур умным мозгом. Немного поразмыслив, Стайлз радостно прищелкнул пальцами и полез в карман своих любимых потрепанных джинсов. Дитон, в изумлении приподняв одну бровь, с усмешкой наблюдал, как сложно всегда гиперактивному парнишке держать язык за зубами. Он краснел, рассерженно пыхтел и несколько раз открывал рот, но тут же его захлопывал, поджимая свои полные губы. Да, определенно для Стилински это самое ужасное наказание. Переживет ли он его вообще? Тем временем Стайлз, не теряя драгоценного времени даром, уже что-то усиленно строчил в своем телефоне, высунув для достоверности кончик языка. Ветеринар, а по совместительству друид стаи Хейлов, повторно хмыкнул, в очередной раз подивившись сообразительности этого с виду нелепого школьника и взял протянутую ему технику. "Доктор Дитон, а теперь объясните, пожалуйста, все еще раз. И... у вас есть скотч?" - Алан поднял взгляд на слегка покрасневшего от смущения Стилински и кивнул. Ох уж этот Стайлз. Но надо отдать ему должное, он почти спокойно отреагировал на такую кхм новость, если не учитывать, что он потратил из своего "имущества" целых восемнадцать слов, тогда как мог пустить их на более прибыльные вещи, например, признаться Лидии Мартин целых три раза, с половиной. - Ох, мальчик мой, тебе крупно не повезло, - по унылому взгляду Стилински Дитон явно определил, что Стайлз уже в полной мере осознал, в какой заднице оказался. Искреннее признание в любви ему от Лидии или смерть, - Но, в общем-то это не настолько безнадежно, так что заранее не опускай руки, - доктор снова исподтишка взглянул на непривычно молчаливого подростка и дождавшись его заторможенного кивка, продолжил, - Впредь больше не будешь лезть в книги со странной, явно кричащей "не открывай меня" обложкой! - снова несмелый мах головы и пристыженные опущенные в пол глаза от Стилински. Алан решил сжалиться над и так с лихвой наказанным ребенком и тепло потрепал его по вихрастой макушке, улыбнувшись, - Ну так вот, эта книга очень давно была заколдована магом-недоучкой, который от безделия накладывал на все имеющиеся в его комнате книги различные заклятия с весьма странными и по правде дурацкими, а порой и трудно выполнимыми условиями, - на словах о магии и прочих волшебных штучках Стайлз, как человек, рьяно полагающийся на науку и вещественные доказательства, скептически приподнял брови. Оборотни, альфы, стая, друиды, банши - это то, с чем Стайлз живет бок о бок вот уже несколько лет, но он еще не совсем тронулся умом, чтобы верить в магию и заклинания. Но случившее с ним все же слегка пошатнуло его самоубеждения на счет магов и колдунов, - Тебе, как самому "везучему" попалось самое трудное-и-почти-невыполнимое условие снятия колдовства - "У того, на кого падет мое заклятие, в распоряжении будет ровно одна тысяча слов для того, чтобы предмет его воздыхания признался ему в искренней любви. В случае невыполнения условия - неминуемая гибель!" - Дитон видел, как от безысходности и неминуемой участи затухают яркие искорки в шоколадных глазах паренька, но сделать здесь ничего не мог. Слова сейчас были лишни. Случись это, например, с тем же Скоттом, вообще бы не было проблем - Эллисон от души завалила бы его признаниями в вечной любви и столькими же объятиями от сердца. Со Стайлзом, любовью которого с третьего класса, его персональной богиней, являлась Лидия Мартин - девушка, которая сроду не обращала на него внимания и до всякой этой мистической херни в их тихом неприметном Бейкон Хилз даже не знала о его существовании - было намного сложнее. Почти невозможно. И Стилински это понимал, как никто другой, но сдаться, даже не попробовав что-либо сделать - было совершенно не в его стиле, поэтому он твердо решил во что бы то ни стало добиться от клубничноволосой богини выполнения жизненно необходимого условия. Пожав руку доктору, Стайлз быстрым шагом покинул территорию ветеринарной клиники и направился к своему любимому джипу, на ходу выстраивая в своей голове несколько планов. Для начала надо бы стаю собрать. Может, они чем-нибудь смогут ему помочь в этой нелегкой ситуации.