Гляжусь в тебя, как в зеркало...

      Первый семестр пролетел совсем незаметно. Северус и Фиона привыкали к своему новому статусу, и хотя не обходилось без размолвок, Рина видела, что брат перестал шарахаться от своей невесты.       На тех уроках, где они пересекались с Фионой, Рина уступала место рядом с Севом подруге, искренне радуясь, что они смогли найти общий язык, хотя иногда её грыз некий червячок сомнения, правильно ли она сделала, подтолкнув этих двоих друг к другу.       Ведь если бы не подруга, Рина продолжала единолично заботиться о брате и получать его благодарность, которую тот, правда, выражал очень редко, предпочитая язвить по любому поводу. Но Северина была уверена, что он всё же привязался к ней и теперь воспринимает её сестрой не только на словах, но и в душе.       При этом девушка понимала, что рано или поздно ей всё равно пришлось бы делиться вниманием брата, так пусть уж лучше она поделится с Фионой. Этот вариант её устраивал полностью, принеся только улучшение их финансовой ситуации.

***

      Мисс Снейп сидела на уроке трансфигурации и размышляла о пене для ванн с разными эффектами — нежная пена с различными мелодиями, используемая для релаксации или разноцветная с эффектом массажа. Они могли бы начать выпускать их сразу, как только откроют салон…       Мысли о работе не мешали слушать профессора МакГонагалл, а заодно и обращать внимание на брата с подругой, сидящих впереди.       Северус, как обычно на уроке, который вела декан Гриффиндора, несколько настороженно посматривал на Мародёров, ожидая от них подвоха, за который обязательно достанется и ему. На данный момент те не выглядели сплочённой командой, но забывать о них, тем не менее, не стоило.       Поттер, сидящий теперь на всех уроках рядом с Эванс, время от времени посматривал на Снейпа с превосходством, словно демонстрируя тому, что выиграл приз, к которому стремились оба.       Лили старательно записывала новую тему, время от времени одёргивая жениха, вертевшегося беспрестанно.       Сириус Блэк, расположившийся за одной партой с Питером Петтигрю, вид имел заговорщицкий и Рина заподозрила, что они опять попытаются добраться до её брата, так и не перестав портить ему жизнь.       Правда, с того момента, как Северина появилась в жизни Северуса, их шутки уже не были настолько злы и опасны, но она подозревала, что это стало возможно только по причине её присутствия рядом.       Всё же, серьёзно повредив ей, они бы сильно испортили себе репутацию в глазах девушек, учившихся в Хогвартсе.       Ремус Люпин, последнее время несколько отдалившийся от остальной компании, сидел в одиночестве, впрочем, как и Рина, и делая вид, что внимательно слушает профессора, следил за мисс Снейп.       Рина знала это точно, потому что всё время чувствовала на себе взгляд его жёлтых глаз. Его постоянное внимание напрягало всё больше, хотя в последнее время, как ей показалось, оно не было настолько пристальным как раньше.       Увлёкшись разглядыванием соседей, Рина пропустила момент, когда профессор обратилась к ней, за что и поплатилась пятью снятыми баллами за невнимательность, на которые тут же захотелось наплевать, благодаря сочувствующему взгляду брата.       Мягко ему улыбнувшись, Северина стала внимательно слушать МакГонагалл, не желая расстаться с ещё большим количеством баллов.

***

      В начале декабря незнакомая сова принесла письмо, сбросив его на голову Рине во время завтрака. Девушка сразу же поняла, что это пришёл долгожданный ответ от тётушки, которой она написала сразу же, как только узнала адрес, надеясь завязать переписку.       С нетерпением распечатав конверт, Рина пробежала глазами по аккуратным строчкам, с каждым словом всё больше меняясь в лице. Северус, сидевший рядом, удивлённо посмотрел на сестру, чья радость сначала сменилась недоумением, потом огорчением, а под конец её лицо заледенело от старательно сдерживаемой обиды и злости.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил он.       Девушка молча протянула ему письмо, которое состояло из двух листов. Одним из них было письмо самой Рины, адресованное Эжени Нотт, и возвращённое писавшему, а второй лист содержал послание, в котором мисс Снейп ясно давали понять, что не желают поддерживать семейные отношения с детьми отщепенки, испортившей свою репутацию замужеством с маглом и нарожавшей от него ублюдков, не признанных семьёй.       По мере прочтения сего послания и лицо Северуса закаменело, хотя Рине послышался скрип его зубов, сжатых, чтобы сдержать ярость. Теперь уже ей нужно было успокаивать брата.       Прикоснувшись к его руке, она посмотрела брату в глаза со всей любовью, на которую была способна, и прошептала:       — Плевать на них, главное — мы вместе.       Дёрнувшийся брат, явно желающий выразить своё отношение к чистокровным родственникам, посмотрев на сестру, промолчал, но Рина почувствовала, что его ярость немного утихла.       — Они ещё пожалеют, что отвернулись от нас, — прошептал Северус и замолчал, увидев, что их сокурсники, сидевшие рядом, явно заинтересовались происходящим.

***

      Месяц пролетел незаметно, и вот они уже за воротами замка, для того, чтобы аппарировать домой. Первоначальное желание остаться на Рождество в Хогвартсе оказалось неосуществимым.       Тобиас Снейп, к которому улетела сова с предупреждением о том, что они не приедут на каникулы, в очередной раз пересилил своё неприятие магических штучек и придержал птицу, чтобы написать письмо.       Он хотел видеть их дома для решения некоторых вопросов, и Рина не сомневалась, что Снейп-старший объявит о своём желании жениться на Абигайль, тем более время, положенное на траур по Эйлин, уже прошло.       Было решено ехать домой, прихватив с собой Фиону. Теперь она была почти семьёй, да и желание тоже удивить отца сыграло в этом не последнюю роль.       Фиона попыталась было отказаться, объясняя своё нежелание трауром, но Рина сумела убедить девушку, что знакомиться с будущим свёкром всё равно придётся и нет разницы, когда это произойдёт, тем более эта поездка явно не будет праздничной…