Inside Out

Mirror_Mirror: что-то от тебя ничего не слышно последнее время. как дела? FirstSOund_01: всё просто ужасно! у меня родители разводятся Mirror_Mirror: охренеть FirstSOund_01: мне уже давно казалось, что мама совсем отца не выносит, но только сейчас я понимаю, что такое конец Mirror_Mirror: с кем ты останешься? FirstSOund_01: не знаю. брат точно уйдёт с мамой… Mirror_Mirror: а ты, значит, всегда с братом? FirstSOund_01: возможно. просто с папой очень тяжело, он терпеть не может всех моих сверстников, ничего не знает о моих увлечениях, а теперь стал ещё хуже! Mirror_Mirror: тогда что тебя держит? FirstSOund_01: это смешно, но хотя я понимаю, как сильно мне нужно уехать, я не так уж сильно хочу этого Mirror_Mirror: не хочешь, чтобы жизнь стала проще? FirstSOund_01: будет ли так проще?..

***

      Кагамине Лен медленно сходил с ума.       Первые признаки заметила его сестра, когда проснулась однажды посреди ночи и обнаружила, что тот решил постирать свои носки. Причиной же его внезапной любви к чистоте испокон веков было отсутствие вдохновения и, как следствие, полное сумасшествие. За завтраком он добавлял в кофе соль, на уроках, абсолютно игнорируя замечания учителя, неустанно черкался в тетради, с бешенством вырывал листы и при этом не переставал нервно притопывать ногой, а дома начиналось самое ужасное: Лен начинал убираться, что было уже совсем ненормально. И если у Рин и Кайто всё это вызывало только совместный и безутешный хохот, то вот его девушка начинала порядком переживать. Мало того, что у Кагамине начинало входить в привычку ни с того ни с сего набрасываться на Гуми с затяжными поцелуями на глазах у всей школы, так теперь он ещё и начал забывать, когда заканчиваются уроки, поэтому ей постоянно приходилось заходить за парнем в его класс и напоминать о том, что пора домой. В противном случае он мог сидеть за партой и смотреть в окно до тех пор, пока луна не сменит солнце. Сам же Лен порой понимал, что ведёт себя немного странно, однако ничего не мог поделать с собой. Стоило ему подумать о Хацуне Мику, мир отходил на второй план.       После той неловкой ситуации в первый день учёбы началось то, чего Лен боялся больше всего: Мику стала вести себя так, будто и вовсе не знакома с ним. Парень же хоть и порядком злился за то, что девушка так и не объяснила причины своего внезапного исчезновения, но меньше всего ему хотелось смотреть на то, как она игнорирует его. Таким образом, он начал решать, когда же ему подойти к ней, что сказать, а главное, как не сделать это похожим на выяснение отношений и окончательно её не отпугнуть, и процесс мышления было настолько тяжёлым, что окружающие начали считать его чокнутым.       Но самое ужасное произошло пару дней назад. После школы Лен решил зайти в супермаркет за парочкой упаковок растворимого кофе, так как был уверен, что ночью ему вновь захочется что-нибудь постирать, а затем вновь подумать над речью. В магазине он ориентировался ничуть не лучше, чем на улице, да ещё и выбирать между двумя любимыми марками было совсем не просто, а потому проторчал он там примерно полчаса, а когда, наконец, закончил и направился к кассе, то в соседнем отделе увидел именно свою заклятую подругу. Тогда-то он и решил, что будет неплохо поговорить с ней именно сейчас, когда никого из знакомых нет рядом. Однако стоило ему окликнуть её, Мику вздрогнула, словно её только что застукали за преступлением, как-то неестественно громко и приветливо поздоровалась, и не успел Лен придумать, что же сказать дальше, как она унеслась куда-то, ссылаясь на огромное количество дел. Он был почти уверен, что до этого она никуда не торопилась, и от мысли, что Хацуне его избегает, стало настолько плохо, что, придя домой, он даже начал мыть полы.       «Так больше не может продолжаться», - решил он и после пары напутствующих речей от Рин, которая почему-то постоянно подталкивала брата к общению с его бывшей подругой, направился прямо домой к Хацуне. Разумеется, он так и не смог придумать своей грандиозной речи, но сейчас хотелось верить, что стоит только увидеть Мику, слова сами польются из него рекой.       Ведь это Мику. Та самая…       Однако всё оказалось далеко не так просто. Найти снова тот самый шикарный дом, где жила Хацуне не составило труда, и Лен уже был уверен, что дверь ему откроет именно она, так что заранее продумал приветствие, но вопреки всем ожиданиям у порога его встретила немолодая женщина с ужасно злыми глазами.       - Эм… Здравствуйте, - от подобного взгляда у бедного мальчика из головы вылетели все вразумительные речи, так что теперь он своим дрожащим голосом просто пытался сказать хоть что-то, - Я Лен… Кагамине. К Мику… пришёл.       Женщина, которая с каждой секундой всё больше напоминала ведьму, не проронив ни слова, не сводила взгляда с его рта, отчего у Лена сложилось чёткое ощущение, что её не устраивают его совсем не белоснежные зубы.       - Я могу зайти и в другой раз… - начал испуганно отступать парень, забыв о том, как решительно был настроен ещё пять минут назад.       Ведьма закатила глаза и не очень гостеприимно мотнула головой, очевидно, приглашая внутрь. И хотя Кагамине обуревало желание поскорее сбежать, пока та отвернулась, он всё же взял себя в руки и, игнорируя страх, что возможно неверно истолковал этот жест и его сегодня совсем не рады видеть, переступил порог дома.       Пока парень оглядывался по сторонам и с некой ностальгией вспоминал о том самом дне, пугающая дамочка успела достать блокнот и ручку и своим ужасным почерком черкнуть пару слов. Когда она показала их Лену, парень всё ещё находился в довольно растерянном состоянии, так что толком не смог ничего разобрать, то ли оттого, что почерк скорее напоминал арабскую вязь, то ли оттого, что злодейка из вредности слишком быстро убрала блокнот обратно.       - Э, я ничего не понял, - набравшись смелости, сказал он, после чего женщина с явным негодованием вновь достала блокнот и чуть ли не ткнула им Лену в нос. Парень старался не выглядеть жалким, но был уверен, что, пока пытается разобрать хоть слово, похож на не умеющего читать, - «…пройти в комнату…», - прочитал он вслух, после чего поднял глаза на недовольную, - я могу пройти в её комнату?       Кагамине совсем не знал язык глухонемых, но почему-то был уверен, что следующий жест означал что-то вроде: «Аллилуйя!». Поняв это, Лен как можно быстрее, но всё же пытаясь не показать того, как сильно боится эту пугающую женщину, подорвался к лестнице, ведущей на второй этаж, где, как он помнил, и находилась комната Хацуне. После того, что он только что пережил, разговор с Мику не казался таким уж сложным.       Внутри никого не оказалось, однако Лен не почувствовал никакой неловкости, то ли из-за того, что уже бывал здесь однажды, то ли из-за того, что в самом центре стояло то потрясающее пианино, за которое он, недолго думая, уселся и принялся наигрывать простенькие мелодии, словно у себя дома. Это и было одной из странных особенностей Кагамине Лена: при том, что он так и не смог нормально научиться играть на пианино, стоило увидеть столь внушительный инструмент, парень не мог удержаться от того, чтобы что-нибудь сыграть на нём. Словно это было некое успокоительное, игра удивительным образом заставляла его забыть о всех проблемах, которые когда-либо его тревожили.       - Ты играешь на нём чаще, чем я, - внезапно раздался мелодичный голос у него за спиной, после чего Лен тут же захлопнул крышку пианино, тем самым чуть не прищемив свои длинные тонкие пальцы, и обернулся.       Сомнений не оставалось: перед ним стояла Хацуне Мику и, отведя игривый взгляд в сторону, улыбалась.       - Так ни разу и не села за него? – недоумённо спросил Лен, прекрасно понимая, что это, пожалуй, совсем не та тема, которую стоит обсудить.       - То ли времени нет… - девушка подошла ближе и, вгоняя Кагамине в краску, села рядом с ним, - … то ли желания не хватает, - сказала она, затем вновь подняла крышку и аккуратно пробежалась по нескольким клавишам.       Лен столь заворожено смотрел на неё, что даже не сразу среагировал соответствующим образом на то, как Мику подняла на него свой многозначительный взгляд. Хацуне ждала хоть какого-то объяснения его неожиданного появления.       Всё дело было в том, что совсем недавно отец решил нанять глухую домработницу с расчётом на то, что та не сможет подслушать ничего лишнего. Однако как бы Мику ни старалась, она так и не смогла до конца разобраться с этим странным языком жестов, поэтому, когда сегодня эта странная женщина решила оповестить её о том, что пришёл какой-то подозрительный паренёк и сейчас ждёт в комнате, девушка подумала, что один учитель из её школы, с которым она договаривалась сегодня встретится, пришёл пораньше. А потому Мику бы соврала, если бы сказала, что ждала увидеть у себя в комнате Кагамине Лена, которого она планировала ещё некоторое время игнорировать, как ни в чём не бывало играющего на её пианино.       Парень, наконец, опомнился и решил всё же перейти к главному вопросу, из-за которого он, собственно, и пришёл. Сейчас он всё выяснит. Прямо сейчас он спросит у неё, почему она так ведёт себя сейчас, почему поступила так тогда…       - Я пришёл извиниться.       … но он не смог. Лен ненавидел себя за свою слабохарактерность, но сейчас Мику смотрела на него такими красивыми глазами, что даже не верилось, как она может хоть что-то скрывать.       - За что? – недоуменно спросила она.       Кагамине подумывал о том, что, может быть, сейчас ему удастся сказать то, что он хочет, но, кажется, сегодня за него говорил кто-то другой. Тот, о ком он обычно не вспоминал.       - Возможно, я делал вид, будто мне всё равно, что я встретил тебя, - не отдавая себе отчёта, продолжал говорить он, - но это не так.       Мику не верила ни своим глазам, ни ушам, потому что, на самом деле, уже давно пыталась смириться с тем, что разбитую чашку не склеить и отношения с когда-то очень близким человеком потеряны навсегда. Но правда была именно в том, что Кагамине Лен сидел прямо перед ней и признавал, что всё это время ему было далеко не плевать на неё. Пусть это было очевидно для всех окружающих, только сейчас она могла действительно поверить в это.       - Я не хочу больше притворяться, - продолжал Лен, всё ещё не понимая, почему он говорит абсолютно не то, что планировал, - Не хочу, чтобы однажды я вспомнил о тебе, как о человеке, которого старался игнорировать против своей воли. Мне ведь было совсем не просто без тебя…       И вот настал момент, как никогда подходящий для выяснения того, почему же Мику в течение года ни разу не ответила ему, почему всё разрушилось. Ведь это будет абсолютно уместно именно сейчас.       Однако об этом успел подумать не только Лен: сейчас девушка боялась этого вопроса больше, чем конца света, а потому решила взять ситуацию в свои руки.       - Я тоже должна извиниться, - проговорила она. Лен опешил, - Возможно, я вела себя немного высокомерно, хотя и догадывалась, как ты будешь реагировать.       Лен слегка усмехнулся.       - Будем считать, это за то, что однажды «своими ботинками» испортил тебе весь день…       Мику была уверена, что вот-вот проронит пару слёз счастья, а потому с улыбкой отвела глаза. Как это было похоже на него: так невозмутимо вспоминать те глупости, что она когда-то говорила.       Если бы тогда Лен понял, что она - совсем не парень, то он бы ни за что не посмотрел на Гуми, тогда Мику бы ни за что не подумала бы отказаться от него. И сейчас, когда они встретились в реальности, они были бы свободны. Тогда они были бы вместе.       Девушка вновь повернулась к Лену и заметила, что тот всё это время смотрел на неё. Осознав это, Мику внезапно решила, что прямо сейчас скажет ему всю правду. Год назад она просто не решилась делить его с кем-то ещё, потому что сама мечтала о нём, как полная дура. Пусть сейчас ситуация совершенно иная, она скажет это, и будь что будет.       - Лен, я…       И всё же не суждено было сегодня состояться откровенному разговору, потому что стоило Хацуне сделать паузу, как раздался стук в дверь. На пороге вновь показалась женщина, от которой у Лена стыла кровь в жилах, и, абсолютно не заметив, какой момент только что нарушила, показала Мику пару непонятных жестов. Кагамине понятия не имел, что там сказала эта дамочка, потому что ждал только того, как она уйдёт, и совсем не заметил, как лицо сидящей рядом девушки исказилось от ужаса.       Теперь она была уверена: внизу её ждёт Киётэру, и вряд ли ей удастся вкратце рассказать своему вновь обретённому другу о том, как же так вышло, что она встречается с учителем.       - Отец пришёл, - выпалила она и только секунду спустя осознала, что это гениальный план, - да, точно… То есть я не всегда её понимаю, она же глухая… - затараторила Мику, поднимаясь. Лен догадался, что момент упущен, и сейчас ему нужно будет уйти, а потому тоже встал со стула, - Знаешь, кажется, папа совсем не любит, когда ко мне кто-то приходит…       - Да, знаю.       Мику не могла не умилиться, поняв, что Лен и впрямь помнит, что она когда-то говорила об этом, однако времени для милых бесед совсем не было.       - Ты ведь не будешь против уйти через чёрный ход? – спросила Мику, стараясь выдавить непринуждённый тон.       - Пожалуй, нет.       - Отлично, пойдём, - торопливо проговорила она, легонько подталкивая парня к двери.       Хацуне оставалось только надеяться на то, что домработница не поставила себе цели отправлять всех незнакомых парней в её комнату. И либо Киётэру производил лучшее, чем Лен, впечатление, и женщина решила придержать его, либо тот не так сильно испугался глухонемую мадам, и сам решил подождать внизу, во всяком случае, Кагамине был благополучно доставлен к запасному выходу.       - До встречи, - нервно улыбнулась Мику. Лен был настолько рад столь благополучному исходу их разговора, что совсем не заподозрил, что, возможно, столкновения совсем не с отцом опасается подруга.       - Да, в школе увидимся, - кивнул он и уже собирался неторопливо пойти домой, но вновь притормозил, совершенно не заметив, что Мику уже почти захлопнула за ним дверь, - Может быть, мы как-нибудь прогуляемся? – выпалил он.       Девушка почти потеряла дар речи и даже забыла, что ей стоит поторопиться.       - Мы, в смысле...? – решила уточнить она.       - Ну, знаешь, я, ты… могу позвать ещё Рин… и Шион, наверное, тоже лишним не будет… и… - Лен уже понятия не имел, зачем начал это, потому что был ещё один человек, кого он хотел бы вписать в эту компанию, но, пусть он даже не догадывался о возможном конфликте, произнести имя своей девушки было чертовски трудно.       - И Гуми, да? – догадалась Мику и слегка усмехнулась.       - Да.       Хацуне очень слабо представляла себе такую вот прогулку, но сейчас ей так хотелось вернуть былое общение с Леном, что терпеть общество Мегпоид не казалось таким уж сложным. Ведь вряд ли хоть одна из них отважится развязать открытую войну…       - Почему бы и нет? – улыбнулась она.       - Отлично, - просиял Лен и, помахав Мику рукой в знак прощания, поспешил удалиться.       Стоило Мику закрыть дверь, позади раздался хорошо знакомый голос.       - Привет.       Задержись Лен ещё хоть на минуту, и тайна отношений Мику и Киётэру была бы раскрыта. Однако этого вновь удалось избежать, и осознание этого захлестнуло девушку волной адреналина, так что, не сдерживая своих эмоций, она бросилась на шею своему принцу.