Мечты сбываются..?

Когда мы приехали домой, у меня жутко болела рана, и я пребывала в полуобморочном состоянии. Взяв меня на руки, Дин занёс меня в дом и, положив на диван, укрыл одеялом. Как только моя туша коснулась мягкой поверхности, я сразу же провалилась в глубокий сон.

***

Я проснулась поздно ночью и сразу попыталась встать, но у меня слишком сильно болела рана, чтобы самостоятельно встать. Я легла обратно на диван и вдруг почувствовала чьё-то присутствие. Осмотревшись, я увидела около дивана спящего Дина. Он сидел на полу, положив голову на край стула, и сладко посапывал во сне. Удивляюсь, как он может быть таким милым во сне и таким вредным, когда не спит. Стянув с себя одеяло, я аккуратно накрыла им Винчестера, стараясь его сильно не тревожить, чтобы не проснулся. «Он, наверное, следил за тем, чтобы со мной ничего не случилось, пока я сплю…» — подумала я и стала просто лежать на диване, пялясь в потолок. Так я пролежала часа два, пока со стороны Дина не послышался тихое шуршание. Повернув голову к нему, я встретилась нос к носу с Винчестером. Быстро отшатнувшись, Дин спросил: — Ты как? На что я, внимательно посмотрев на него, как будто ища что-то в его глазах, ответила: — Рана сильно болит, а так ничего, — после чего попросила его: – Дин, а ты не мог бы принести чего-нибудь покушать? А то жрать охота… Не успела я договорить, как Винчестер быстро метнулся на кухню. «Чего это он…» — подумала я. Через минуту в комнату вошёл Дин с подносом в руках. Он поставил поднос на стул, на котором он сегодня спал, и вышел, коротко сказав: — Я к себе в комнату. Я кивнула ему, хотя в этом не было надобности, и стала осматривать содержимое подноса. На нём была большая тарелка овсяной каши, какао, бутерброды и печеньки. «Такое ощущение, что я на диете…» — подумала я, пристально посмотрев на большую тарелку с кашей. Пересилив себя, я еле-еле съела всю кашу, выпила какао, схомячила пару печенек и откусила половину бутерброда. Больше в меня не влезло, поэтому я решила, что доем это потом. Я отставила от дивана стул с едой. На улице было ещё темно, я посмотрела на часы – они показывали пять часов утра. Спать я уже не хотела, поэтому я потихоньку встала с дивана, стараясь не тревожить свою рану, и взяла какую-то книгу. Когда я прочла где-то четверть книги, мне это наскучило. Я вновь посмотрела на часы – уже было шесть часов утра. Я отложила книгу на столик около дивана, встала и, немного подумав, решила прогуляться. Еле-еле одевшись, я вышла на улицу. Стало светать, поэтому я решила пойти в парк, буду встречать рассвет. Я села на лавочку и стала ждать. Наконец, солнце начало плавно выходить из-за горизонта. Это было очень красиво. Небо вокруг солнца стало красным и оранжевым, чуть подальше – розовато-фиолетовым. Смотря на это, я невольно произнесла: — Как красиво… — Ага, — ответил сзади знакомый голос. Мне даже оборачиваться было не обязательно, я и так знала, что это Дин. Он больше ничего не сказал и тихо, как будто боясь нарушить идиллию, сел рядом со мной. Мы посидели так минут пятнадцать, после чего я встала, сказав: — Пойдём, Дин, Бобби, наверное, уже встал, он будет нас искать, — Винчестер кивнул мне, и мы не торопясь пошли домой. Когда мы пришли, как я и говорила, Бобби уже встал, и что-то готовил на кухне. Заглянув к нему, я спросила: — Тебе помочь? — на что Бобби, не отвлекаясь, ответил: — Да, давай. Я подошла к нему и заглянула ему через плечо. Он, судя по всему, жарил яичницу с базиликом и колбасой. Оставив на него яичницу, я начала делать салатик. Когда мы с Бобби приготовили завтрак и накрыли на стол, я пошла звать Дина, а Бобби – Сэма. Зайдя в комнату старшего Винчестера, я увидела его лежащим на кровати, а, подойдя поближе, услышала сладкое посапывание. Видимо, он всю ночь за мной следил и очень устал. Решив, что ему нужно поспать, я спустилась на кухню, сказав: — Дин спит. Я не буду его будить. Мы сели за стол и вкусно покушали, обсуждая всякую фигню. Когда мы уже мыли посуду, на кухню зашел заспанный Дин, спрашивая: — А почему вы меня не разбудили? — Ты так сладко спал… — ухмыльнувшись, ответила я. Винчестер, немного смутившись, сел за стол, а я дала ему еды. Дин быстро поел и хотел было помыть за собой посуду, но я его остановила. Он непонимающе посмотрел на меня и спросил: — Что?! — Давай я помою, — с лёгкой улыбкой ответила я. Дин, мило улыбнувшись мне в ответ, вышел из кухни. Я домыла посуду и пошла наверх, к себе в комнату. Сидя на кровати и тупо пялясь в стенку, я думала о своём прошлом. О том, как я приходила домой, мой пес налетал на меня, мама обнимала. Мы вместе с ней готовили, мыли посуду. Папа приходил с работы поздно, а мы с мамой кормили его ужином. Потом мы с ней упрашивали отца сходить куда-нибудь, и он, в конце концов, соглашался. Мы все вместе весело проводили своё свободное время. Ещё у меня была лучшая подруга Лизи. Луиза Уайт. Она была такая замечательная, весёлая, добрая, она никогда не давала мне унывать. По вечерам мы с ней смотрели наш любимый сериал «Сверхъестественное», и мечтали попасть к ним в мир. Мне так хотелось, чтобы Лизи сейчас была со мной, ведь она такая же суперамипришибленная, как и я. Сейчас, мне хотелось увидеть всех своих близких, обнять их. Но тут, мои мысли прервал стук в дверь. — Войдите… — тихо сказала я. В дверном проёме показался Дин. — Можно? — спросил он, на что я ответила: — Конечно, — я посмотрела на него, Винчестер зашёл и сел рядом со мной на кровать. — Не хочешь прогуляться? — спросил он. — Да, давай. Только я переоденусь, — встав с кровати, сказала я и уставилась на всё ещё сидящего на моей кровати Дина. Он пристально смотрел на меня. — Винчестер, чтобы мне переодеться, тебе надо выйти, — с улыбкой на лице произнесла я. — Ах да… Точно… Короче, я жду тебя внизу, — замявшись, ответил Дин, на что я лишь усмехнулась. Он вышел, а я стала переодеваться. Переодевшись, я спустилась вниз. Старший Винчестер уже ждал меня там. — Ну что, пошли? — спросила я. — Да, — коротко ответил Дин, и мы вышли из дома. Первые десять минут мы шли молча, но потом, Винчестер нарушил тишину. — Как твоя рана? — Вроде ничего, но если делать сильную нагрузку, то болит достаточно сильно, — ответила ему я. Тут я вспомнила про Бобби и Сэма. – Дин, а где Сэм и Бобби? — Они поехали на помощь Руфусу в Ривер Пас, Колорадо. Демоны, — ответил Дин. Мне это что-то напомнило, что-то из сериала, но я не стала придавать этому значения и спросила: — Опять? Мы же недавно с охоты вернулись! — Винчестер, видимо, решил не отвечать на мой вопрос, да и не особо надо было. Больше нам с Дином и поговорить не о чем было, даже как-то неловко. Когда мы проходили мимо парка, я сказала ему: — Дин, давай сядем на лавочку? — Давай, — и мы направились в сторону вышеупомянутой ближайшей лавочки. Мы посидели минут пять, думая каждый о своём. — Аня, — вдруг сказал Винчестер. — Ты только не обижайся, но ты скучаешь по своей прежней жизни? — спросил Дин. — Дин, тебе не за что извиняться, — ответила я. — Я не скучаю по прежней жизни, я скучаю по родным и близким, которые были в той жизни, — тихо пояснила я. По моей щеке покатилась первая бусинка слёз. Я еле-еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Не хотела показывать Дину, что я слабая. Он развернул меня лицом к себе и большим пальцем стёр только что скатившуюся слезу. Я всхлипнула и прижалась к Дину, а он приобнял меня. Мы посидели так минуты две, как вдруг эту идиллию разрушил телефонный звонок. Винчестер нехотя отдалился от меня и ответил на звонок. Это оказался Сэм. Ну, в принципе, как всегда. — Да… Хорошо… Выезжаю, — ответил Дин. Отключив телефон, он посмотрел на меня. — Сэму и Бобби нужна помощь… — Куда они поехали, ты говорил? — спросила у него я, на что Винчестер, ничего не понимая, ответил: — В Ривер Пас, Колорадо… Перебив его, я произнесла: — О, чёрт!