Мечты сбываются..?

Когда я очутилась в своей комнате, я положила Мелиссу на кровать, так как она ещё не очнулась, и посмотрела в окно. На улице уже была ночь, луна освещала полянку, которую было видно из моего окна. Я села на подоконник и стала смотреть на звёзды. Сейчас мне казалось, что звёзды так близко, что до них можно дотянуться. Я всё время вспоминала те слова, что сказал Дин, чем делала себе ещё больнее. По моей щеке прокатилась прозрачная, хрустальная слезинка. Я любила — нет, люблю — Винчестера, люблю не персонажа, не актера, а именно того человека, с которым я находилась всё это время. Я люблю его искренне, люблю его улыбку, доброту и вообще всё хорошее, что в нём есть. И сейчас, смотря на звёзды, мне стало очень грустно, и я, упёршись лбом в колени, тихо заплакала. Вдруг я почувствовала маленькую и тёплую ладошку у себя на плече. Подняв голову, я увидела Мелиссу, которая смотрела на меня своими чистыми карими глазами. — Мамочка, почему ти плачешь? — спросила она, всё так же смотря на меня. — Папа совсем не любит маму… — всхлипнув, ответила я, не замечая, что назвала себя мамой, а Дина папой. — Нет, он тебя любит, просто етого не осознаёт, — сказала малышка, обняв меня. Обняв её в ответ, я вытерла слезы, надеясь, что Мелисса права. — Как ты себя чувствуешь? — окончательно перестав плакать, спросила я у малышки. — Холошо. Только кушать хочется… — ответила она, и я, взяв её на руки, пошла вниз, приготовить еду. Спустившись, я не увидела внизу Дина. «Наверное, Нафаня переместил его в комнату», — подумала я и направилась на кухню. Я приготовила Мелиссе кашу, а сама съела йогурт. Потом я отвела малышку в её комнату, уложила в кровать и, пожелав «спокойной ночи», ушла. Опять спустившись вниз, я легла на диван и стала смотреть телевизор. Через пять минут меня одолела усталость, и я стала засыпать. Но, перед тем как окончательно погрузиться в мир сновидений, я почувствовала, что кто-то укрыл меня одеялом. Я проснулась рано, когда солнце только-только вставало. Когда я посмотрела в окно, мне вдруг очень сильно захотелось пойти погулять. Сев на диване, я увидела спящего Винчестера. Он положил голову на край дивана и сладко посапывал. «Как можно быть таким красивым?» — спросила я сама себя. Лучи солнца, медленно поднимаясь, осветили его лицо, и Дин, зажмурившись, хотел перевернуться на другой бок, думая, что он у себя в кровати, но вместо этого упал на пол, чем очень сильно меня рассмешил. Наконец открыв глаза, он недовольно посмотрел на меня, потому что я продолжала смеяться. Когда я успокоилась, он до сих пор смотрел на меня. — Что ты на меня смотришь? — спросила я, не вытерпев его пронзающего взгляда. — Да нет, ничего. — Ну, раз ничего, значит, не смотри. И вообще, дай мне пройти, — недовольно пробурчала я. — Постой, я хотел извиниться… — Не надо, ты не должен заставлять себя, — перебила его я и вышла на улицу. Там я пошла куда глаза глядят. Я шла около пятнадцати минут и набрела на какой-то придорожный бар. Я, недолго думая, я зашла в него. Если бы я знала, чем это кончится, я бы туда не заходила… Когда я открыла дверь, на меня хлынул запах пота и пива. Поморщившись, я всё-таки зашла внутрь и уселась за столик в углу, подальше ото всех. Через минуту ко мне подошла потрёпанная официантка и приняла у меня заказ. Я заказала пиво, которое мне принесла всё та же официантка аж через пятнадцать минут. Я спокойно себе попивала холодное пивко, как вдруг ко мне подошёл какой-то мужик, то и дело пошатываясь. — Красотка, не хочешь развлечься? — нетрезвым голосом спросил он, на что я, презрительно оглядев, грубо отшила его. К тому моменту как я допила своё несчастное пиво, в баре началась драка. Везде летали стулья, столы, кружки из-под пива и даже тарелки. Встав, я уже было хотела выйти, чтобы не попасть под горячую руку, как увидела, что в меня летит стол – и не маленький. Я не успела увернуться и уже через секунду лежала на полу, чувствуя, как по моей щеке течёт кровь. «О, чёрт…» — подумала я и отключилась. Когда я очнулась, к своему удивлению, не в больнице, у меня сильно болела голова, а на щеке была моя застывшая кровь. Я была привязана к какой-то деревянной колонне, что меня уже во второй раз за минуту удивило, ведь обычно меня привязывали к стулу. Судя по виду комнаты, в которой я находилась, это был подвал. Везде валялись какие-то мешки, коробки и баночки. Вдруг я заметила в углу какую-то слизкую фигню. «А это не…» — подумала я, и, как будто прочитав мои мысли, в комнату зашла… Я. — Приветик, — ехидно улыбаясь, сказала «я». — Вот влипла…